Лихач. Мой сосед
Шрифт:
И тогда все будет.
Тело ныло истомой.
Мышцы словно после долгой тренировки не могли расслабиться до конца. Мне стало смешно. Кошмар! У меня, конечно, опыт в подобных вещах невеликий. Но что-то мне подсказывало, что такой вот секс — это редкость.
Я закусила губу.
Мне достался весьма выносливый мужчина?
Низ живота стал медленно наливаться тяжестью.
Уй, черт!
Хватит!
Где-то в моей голове стоп-кран сорвало что ли? Я теперь всегда при мыслях о Руслане буду возбуждаться и течь?
Я сжала бедра. Вдруг засмущалась своей наготы.
Кстати, а где он?
Войдет, а я тут валяюсь. Голая, возбужденная и уже мокрая до колен. Бери и делай что хочешь!
А я, по-моему, даже отказываться не буду. Мне понравилось, да.
Стыдно, но…
Я поднялась. Умыла лицо прохладной водой в ванной. Зубы бы почистить, но нечем. Натянула высохшее бельишко, подобрала с пола вчерашнюю футболку.
Выйти?
Поискать его? Не сидеть же тут одной. Да и желудок активно намекал, что вода это круто, но как-то не очень сытно.
Я осторожно дошла до лестницы. Босыми ногами идти бесшумно было легко.
На самой верхней ступеньке стоял пакет с вещами.
С женскими.
И даже бирочка сверху торчала.
Я осторожно вытянула что первое попалось под руку.
Футболка. Новая.
В груди разлилось тепло. Руслан просто идеален. Привез мне новую одежду, но в комнату не зашел. Наверное, подумал, что мне будет неудобно.
И был прав на сто процентов!
Я выудила из пакета спортивные штаны. На дне обнаружились еще и кроссовки. На размер больше, чем ношу я, но это ведь пустяк. Шнурки потуже и можно ходить.
Я быстро перегрызла ниточки на бирках и натянула обновки.
Класс!
Как много значит одежда! Сразу увереннее себя чувствуешь.
Я спустилась на первый этаж.
— О! Проснулась? Кашу будешь? — в его руках была маленькая кастрюлька-ковш и в ней что-то булькало.
И пахло…
Вкусно пахло, кстати. Овсянкой и молоком.
Челюсть совершенно неожиданно и невоспитанно отвисла куда-то в район пупка.
Вялый?
А… Почему? И где Руслан?
Этот вопрос я ему и озвучила первым.
— Слушай, тут такое дело, — он поставил горячую кастрюлю на красивый деревянный стол.
— Да ты что, блин! — я перехватила ручку и подняла посудину с завтраком. — Испортишь же!
— Эм, — он озадаченно посмотрел на кастрюлю. На стол. На меня. — Женщины. Я понял. Короче. Рус присел. Немножко. Да, — он посмотрел на часы на руке. — Уже точно присел.
Я медленно поставила горячую посудину обратно на стол.
И тоже присела.
Только я на стул, а вот Руслан…
Вялый явно имел в виду тюрьму. Лихач пошел и взял вину на себя. Из-за меня все…
Из-за меня.
Слезы были такими же горячими, как овсяная каша Вялого.
Только горькими. Солеными до тошноты.
— Ты чо? — теперь уже Вялый подхватил несчастную кастрюлю. — Ты что, ревешь что ли? Ты это, завязывай, давай.
Я всхлипнула.
Он меня специально сюда привез. Все распланировал. Меня спрятал, а сам пошел сдаваться в полицию.
Как я без него буду?
Меня затопило горем. Самой страшной на свете бедой. Вот только я почувствовала, что я не одна. Что рядом появился тот, кому можно доверить все, от мелочи до собственной жизни.
Я отогрелась рядом с ним.
И вот он ушел снова.
Укрыл меня за своей спиной. В очередной раз взял на себя ответственность за мои косяки.
— Так! Я утешать не умею, слышишь меня? — Вялый вдруг взл меня за плечи и ощутимо встряхнул. — Ты чего расклеилась? Соберись, давай! Нам еще работать надо. Так что ешь кашу и поехали.
— Куда поехали? — я смотрела на худощавого парня через бликующие на веках слезы.
— В мастерскую, — он достал две тарелки из шкафа. Большой ложкой стал раскладывать по ним кашу. — Хоть поем с тобой нормально. Достали эти пиццы и хот-доги, хоть самому уже женись.
Я не понимала ничегошеньки.
Чего он такой спокойный?
Его друга посадили в тюрьму только что? Разве можно оставаться в адеквате?
— Ешь! — он впихнул мне в руку чистую ложку. — Масло купить я забыл. Давно ничего сам не готовил, а тут чот захотелось. Обновил кухню Лихачу.
Я растерянно повела взглядом.
Возле большой современной плиты стояла пачка овсяных хлопьев. Пакет молока с оторванным небрежно уголком. На гладкой поверхности поблескивали крупицы рассыпавшегося сахара.
Воздух застрял в горле комом.
— А одежду тоже ты мне привез?
— Угу, — промычал Вялый, активно жуя.
Да твою же…
Ну, и как не реветь?
Я же подумать даже не могла, что Лихач на самом деле окажется таким…
Чутким. Добрым. Внимательным.
Нежным.
Готовым отдать мне всего себя. До конца. Без остатка.
И друзья у него такие же замечательные, как оказалось.
— Ешь, а? Реально времени в обрез. Ты же хочешь, чтобы Рус вышел?
— А что, — звон упавшей в тарелку ложки ударил по нервам. — Ты можешь это сделать?
Глава 28
— Ты какого хера где-то шаришься?
От высокого, женского голоса я даже слегка подпрыгнула.
А вот Вялый отреагировал не так интересно. Глаза закатил под лоб и все.
Потянул меня за собой, в узкую дверь в стене бокса. Зачем мы приехали в мастерскую Лихача, я пока не понимала. Но доверяла Вялому.
Какой у меня еще был выбор?
— Я уже заманалась тут одна!
В небольшой полутемной комнате сидела девушка со смешными косичками на голове. Рыжая как огонь. И с жутко недовольным лицом.