Чтение онлайн

— Она тоже приехала из США?

— Нет, она приехала из Англии. Была корреспондентом радио. У нее мать, по-моему, итальянка. Но они были знакомы с Элизабет достаточно давно, пожалуй, несколько лет. Вот они и решили жить вместе.

Дронго кивнул, но не стал ничего больше уточнять, и его гость продолжал свой нелегкий рассказ:

— Я успел побывать на том месте, где разбилась машина Элизабет. Это был довольно крутой поворот, в который она не вписалась и врезалась в грузовик.

Откровенно говоря, место там действительно сложное и вполне можно было не вписаться в поворот, тем более что в день аварии шел довольно сильный дождь.

Дронго внимательно слушал.

— Автомобиль, который арендовала Элизабет, был разбит почти полностью, и мне пришлось еще оплатить его стоимость. Я почти не встречался с представителями прокуратуры и полиции, простите, в России, кажется, полицейских называют милицией. Только один раз, перед самым отъездом, встретился с молодым человеком, который передал мне папку с заключением экспертов и официальным заключением московской прокуратуры. После этого вылетел в Америку, куда привез тело нашей Элизабет.

Роудс снова замолчал, но молчание на этот раз не затянулось, просто он раздавил очередную сигарету и потянулся за новой.

— Больше рассказывать, собственно, нечего. Мы похоронили Элизабет в Джорджии, в Даблине, рядом с моими родителями. Я бы не стал никогда больше приезжать в эту страну, если бы не одно обстоятельство.

Дронго смотрел на своего гостя и по-прежнему ничего не спрашивал.

Роудс достал из папки, которую принес с собой, лист бумаги.

— Это официальное заключение о смерти Элизабет. Вы ведь можете прочесть его сами. Оно написано по-русски.

Дронго внимательно прочел заключение медицинских экспертов и акт вскрытия патологоанатомов. Потом посмотрел на гостя.

— Ваша дочь злоупотребляла спиртным? — спросил он.

— Вот-вот, — оживился Роудс, — все дело как раз в этом. Вы тоже обратили внимание на этот странный факт. Эксперты утверждают, что у нее в крови обнаружили достаточное количество алкоголя. Мне это показалось очень подозрительным.

— Почему?

Роудс помедлил, затем все-таки сказал:

— Дело в том, что Элизабет не могла выпить такого количества спиртного.

Она вообще не притрагивалась к алкоголю. У нее с детства была аллергия на алкоголь. Вы меня понимаете?

Дронго посмотрел на листы бумаги, которые все еще держал в руках. Затем осторожно положил их на столик перед собой.

— Это серьезно, — сказал он, — это очень серьезно, мистер Роудс. Кажется, вы уже убедили меня в том, что этим делом обязательно следует заняться. Но почему вы сразу приехали ко мне? Было бы логичнее, если бы вы обратились с подобным запросом к следователям и экспертам, которые выдали заключение.

— Я уже обращался, — кивнул Роудс, — примерно месяца три назад я обратил внимание на это несоответствие. И сразу позвонил в Москву, в наше посольство.

Через две недели получил официальный ответ из московской прокуратуры. Они уверяли меня, что ошибки не могло быть, Элизабет действительно управляла автомобилем в нетрезвом виде. Тогда мне пришлось бросить все свои дела и снова приехать в Москву.

— И вам никто не поверил? — понял Дронго, тихо переспросив своего гостя.

Тот кивнул.

— Вот именно, мне просто никто не верил. Даже когда я предъявлял заключение лечащих врачей Элизабет, московские следователи смеялись и говорили мне, что в их стране даже убежденные трезвенники со временем становятся поклонниками Бахуса. Но я-то знал, что Элизабет не могла пить ни при каких обстоятельствах.

— Тем не менее вы настаивали на новом расследовании? — уточнил Дронго.

— Да, конечно. Они провели еще одну экспертизу, решили проверить все на месте и доказали мне, что на этом повороте даже абсолютно трезвый человек мог врезаться в грузовик. Собственно, это я видел и сам. После чего дело было закрыто официально и мне повторно выдали справку.

Роудс снова замолчал. Даже рассказывать о столь трагических обстоятельствах было для него чрезвычайно тяжело. Затем он поднял рюмку и сделал несколько маленьких глотков. И лишь поставив рюмку на столик, продолжил свою нелегкую историю.

Дронго обратил внимание, что пришедшая с ним молодая женщина смотрит не столько с сочувствием на своего патрона, сколько с явным любопытством на самого Дронго. Ее черты начинали раздражать Дронго, привыкшего полагаться на свою память. В этот раз она его подводила. Он никак не мог вспомнить, где раньше видел эту молодую женщину.

— Я вернулся в Америку, — продолжал Роудс, — и решился на эксгумацию трупа. Скрыв от своей семьи, настоял на подобной процедуре, и уже наши американские эксперты-патологоанатомы исследовали тело Элизабет. Должен сказать, что самого меня в этот момент там не было. Я бы просто не смог во второй раз наблюдать за всем этим… В общем, наши эксперты подтвердили все мои опасения. Элизабет не была пьяна. Хотя после ее смерти прошло несколько месяцев, тем не менее специалисты исследовали ее костные ткани и пришли к однозначному выводу. Но более того… Они посчитали, что смерть не могла наступить в результате удара автомобиля, смерть Элизабет наступила от удушья.

Дронго еще раз взглянул на листы бумаги, подписанные экспертами. «Нужно будет в первую очередь обратиться к этим экспертам», — подумал он. Очень интересно, что они не заметили явного убийства и нашли не существующий в крови алкоголь. Для любого патологоанатома такая ошибка просто невозможна.

— После этого я снова прилетел в Москву, — продолжал Роудс, — мы, южане, любим справедливость. Мне хотелось узнать, кто мог убить мою девочку и почему он за это не отвечает? Я пошел на прием в прокуратуру республики. Принял меня заместитель прокурора России. Он любезно меня выслушал, пообещал принять меры.