Чтение онлайн

— Вы говорите об этом так спокойно.

— А зачем мне волноваться? Все и так совершенно ясно. Вы обвиняете меня сразу по нескольким статьям. У вас есть показания Полеванова. Наверное, если покопаетесь, еще что-нибудь найдете. Так зачем же мне отпираться?

— Это вы организовали убийство американской журналистки Элизабет Роудс?

— Нет.

— Но вы передали приказ о ее устранении, — настаивал Юдин. — А убивали совсем другие.

— Если хотите, да. Я был своеобразным связным.

— И вы передали приказ об устранении Короткова?

— Эксперта-патологоанатома? Можете и это записать на мой счет. Хотя это я говорю вам сейчас по-дружески. Потом, во время официального допроса, я от всего откажусь.

— Хорошо, что вы меня предупредили, — недовольно проворчал Юдин, — а приказ об устранении Леонтьева тоже вы отдали?

— Какого Леонтьева? — не сразу понял Чихарев, с предыдущим «гостем» они не говорили об этом, и он считал, что вполне можно обойтись без этого эпизода.

— Того самого, заместителя председателя таможенного комитета. Которого тоже убили, — четко произнес Виктор, глядя в упор на сидевшего перед ним полковника.

— Ах, Полеванов, Полеванов. Такой болтун оказался, дурашка. Не понимает, что получит статью за соучастие в преступлении, — проворчал полковник, — нет, от этого я решительно отказываюсь.

— Сегодня в больницу поступили пятеро раненых. Среди них офицеры ФСБ и МВД, — продолжал Виктор. — Вы можете рассказать мне, что сегодня ночью случилось на складе? Двое дали показания, что появившийся там американский журналист Чарльз Сноу, которого они подобрали у отеля «Балчуг», перестрелял всех находящихся на этом складе.

— Это их дело. Меня там не было.

— Но такой журналист никогда не приезжал к нам в страну, мы проверили.

Такой иностранец просто не проходил через нашу границу. Откуда тогда он возник?

Может, вы его знаете? Высокий, широкоплечий, лысоватый. Прямой нос, мощный подбородок, очевидно, бывший боксер.

Чихарев вспомнил своего первого визитера и опять улыбнулся. Они тоже его ищут.

— Чему вы все время улыбаетесь? — недовольно спросил Юдин. — Или вы так радуетесь своему аресту?

— Человек, о котором вы спрашиваете, был у меня сегодня днем. Примерно часа за полтора до вашего приезда, — признался полковник, — и задавал абсолютно те же вопросы.

— Как он выглядел? — вскочил со стула Виктор.

— Так, как вы его описали. Высокий, широкоплечий. Мне он показался довольно забавным.

— Этот «забавный» человек сегодня ночью зверски убил одного и искалечил еще пятерых людей, среди которых есть сотрудники милиции и ФСБ. Вы не считаете, что его нужно арестовать?

— Не считаю. Их было пятеро против одного, а он умудрился ни одного из них не застрелить. Согласитесь, что для этого нужно быть суперпрофессионалом. Что касается убитого, то и здесь все правильно. Убитый был сам виноват.

— В чем?

— На этот вопрос я не буду отвечать. Я и так сказал слишком много.

— В квартире, где был найден убитый, на кровати найдены следы спермы. Там явно кого-то насиловали. Простыня порвана в двух местах, на спинке кровати еще висят наручники. Это был мужчина или женщина?

— Понятия не имею, — пожал плечами полковник, — спросите у убитого, зачем он ввязался в такое паскудное дело.

— Вы не хотите отвечать?

— Я только что признался в соучастии по нескольким убийствам. Вам этого мало? Вы хотите, чтобы я взял на себя еще непонятное изнасилование и последующее убийство насильника? Вам мало статей, которые вы готовы на меня навесить? — усмехнулся Чихарев.

— Значит, убитый был насильником? — поймал его на слове Юдин.

— Не знаю, — разозлился на свой промах полковник, — возможно, что и так.

Это я сделал вывод из ваших слов.

— Слушайте, полковник, — сказал, заметно волнуясь, Виктор, — я весь день иду по следам этого «журналиста». Сначала он перестрелял несколько человек на складе, а потом, собрав их в машину, сдал в больницу. Какой-то нелогичный убийца получается. Или маньяк. Затем он спасает кого-то на квартире, убивая насильника. Я не знаю, кого изнасиловал убитый, но это его сперма обнаружена на кровати. Потом выясняется, что этот «журналист» оказывается раньше меня в институте судебной экспертизы, где беседует с Полевановым. И, наконец, я приезжаю сюда и узнаю, что он был и здесь. Я гоняюсь за этим человеком и до сих пор не знаю, кого он представляет и почему так часто попадается на моем пути.

— Можете не беспокоиться, — успокоил его Чихарев, — он вам не мешает.

Скорее, наоборот, помогает.

— Он действительно американец?

— Думаю, нет. Слишком хорошо говорит по-русски. И главное, слишком правильно работает, чтобы быть иностранцем.

— Но кто он такой?

— Мне тоже было бы интересно это узнать. Но мне известно лишь то, что он ведет свое параллельное расследование, которое ему заказали. Если хотите, он своеобразный частный детектив.

— Ничего себе, частный детектив, — пробормотал Виктор, — еще парочка таких частных лиц, и в Москве не останется преступников.

— Может быть, — согласился полковник, — но он слишком непредсказуем. Он ведь может сыграть и на другой стороне. Все зависит от угла зрения, с которого он смотрит на все это дело. Хотя, признаюсь, я не хотел бы иметь такого врага.

Лучше союзника. Поэтому вам повезло, он на вашей стороне.

— Вы меня мало обрадовали, — нервно заметил Юдин, — я еще не знаю, кто он такой и почему вообще влез в это дело. Но если он будет все время опережать нас, то вполне может и первым провалиться, прямо перед нами.