Чтение онлайн

– Ты что, на самом деле нас ненавидишь, и все это время мастерски притворялась?

– Вы разбрасываетесь словами, обещаниями, чувствами… Играете ими, как степной ветер сухим перекати-полем, совершенно забывая, что у всего есть истинные имена.

– Истинные имена?
– переспросил маг. Дриада зло усмехнулась.

– Ты даже не знаешь, что это такое!

– Я уточняю, - обиделся Велен, понимая, что в этот раз вести беседу по привычным для него правилам не получится. И еще ему показалось, что в бешенство девушку приводит совсем не традиционная "этикетная вежливость". Она как будто чувствовала, что подобные приемы Велен использовал налево и направо, совершенно не заботясь, есть ли в его словах хоть "дюжина капель души".
– Не хотелось бы, чтобы потом оказалось, что мы говорили о разном.

– Порядок - форма, Хаос - содержание. Каждая вещь, каждое явление, все родилось из Хаоса, и истинное имя - это его отражение. Порядок хрупок, он лишь искривление, меняющееся слишком просто. Хаос - изменчив изначально, поэтому каким бы парадоксальным это ни казалось, изменить его гораздо сложнее, практически невозможно. И из всех правил, по большому счету, имеют значение только правила Хаоса. Вы говорите: любовь, дружба, братство… А ведь на самом деле имеете в виду всего лишь привязанность. И при этом пытаетесь любовь, самое чистое, самое первозданное порождение Хаоса, свести к Порядку, по сути, убить!!! Одним словом: люди… Да вы даже стихии обездвижили, свели к Порядку! Пламя, Ливень, Ветер и Песок - вот как они на самом деле называются!

Велену было плевать на стихии. Не важно, как их называют, лишь бы работали. О концепции Порядка и Хаоса он слышал, но она действительно была слишком сложна для человеческого сознания, не наделенного, в отличие от эльфийского и дриадского, активной памятью поколений. Правила Хаоса - это вообще болото непроходимое, друиды, занимающиеся их изучением, все поголовно лысые и иссохшиеся. И все это сейчас мага абсолютно не волновало.

– Ты считаешь, что мы, люди, не умеем любить по-настоящему?

– Скажи мне, - девушка на удар сердца отвлеклась от созерцания пламени, - что такое настоящая любовь?

Он задумался. Сначала попытался проанализировать испытанные за годы жизни ощущения, потом, не найдя ничего подходящего, начал вспоминать творчество менестрелей. Наконец ответил:

– Это что-то, что захватывает тебя полностью, что заставляет жить, что… Что?! Чего ты ухмыляешься?
– Велен возмущенно оборвал объяснение на полуслове.

– Забавные вы, люди… Ну кто же пытается объяснить истинное имя, особенно такое?

– То есть ты категорически утверждаешь, что раса людей не умеет любить? Так получается?

Таисс снова заглянула ему в глаза. Странный человек, пахнущий волком. Странный маг, иногда становящийся жестоким убийцей. Странный… Ведь по сути не важно, что он сказал… Рано или поздно, он бы сформулировал. Важно, КАК он это сказал.

– Нет, я не утверждаю настолько категорично. Я думаю, что любить не умеешь лично ты.

Велен вскочил на ноги, зло пнул подвернувшуюся под ногу кучу хвороста, от чего она разлетелась по поляне.

– Значит, ты думаешь, - процедил он сквозь зубы, причем от слов странно повеяло глухим рычанием, хотя во фразе не было ни одной "р", - ты, знающая меня всего два, нет, даже меньше двух дней, вот так вот легко заявляешь, что я не умею любить! Ты кто, Каэсанна во плоти?!

– Я так чувствую…

– Да, пожалуйста!
– маг запрокинул голову, словно сдерживая подкатившие слезы, и судорожно сглотнул.
– Знаешь, чувствуй, что хочешь! Мне нет дела ни до тебя, ни до твоих чувств!

– Твое право, - в голосе дриады не отразилось ничего. За спиной в черной рубашке уныло качнулись, смыкаясь, мокрые от росы ветки.

После того, как он ушел, Таисс как-то разонравилось наблюдать за огнем. Она вытянула ноги и улеглась прямо на остывшую уже землю, покрытую влажной травой и еловыми иголками. Скользнула взглядом по небу и остановилась на Эерин - вершине созвездия Выверны.

Определенно, этот молодой человек выводил ее из равновесия и лишал самообладания. Начисто. И Ардара замолкала, стоило спросить у нее что-нибудь о маге. Мол, разбирайся, милая, сама. Страшно. Как будто почву из-под ног выбили, зашвырнули в Хаос, а вернуться…

– Почему?
– неслышно прошептала дриада в небо.
– Почему ты оставляешь меня в одиночестве? Почему не хочешь помочь разобраться?

Как только он появлялся поблизости, все ощущения сходили с ума. Как будто боги на время давали ей какую-то другую сущность, которая чувствует совсем другие вещи. Велен уходил - и все снова становилось просто и понятно. Но кому это уже нужно?

– Я, конечно, лезу не в свое дело, - Нэр деликатно кашлянул, присаживаясь на корточки рядом, - но что между вами уже успело произойти? У вас есть какое-то общее прошлое? Или вы с самого утра уже успели стать смертными врагами? Он там, случайно, не вешаться пошел на сумрачной ели от тоски безысходной?

Дриада криво усмехнулась. А вдруг и, правда, пошел? Может, у этого человека душа отличается особой хрупкостью?

– Мы друг друга не поняли, - Таисс поджала губы.
– Среди людей и нелюдей очень часто случается.

– Между эльфами и всеми остальными - тоже. Сами разбирайтесь. Если тут никого срочно спасать не надо, то я пошел спать.

На сладкий зевок в исполнении ласкайла дриада посмотрела с нескрываемой завистью.

– Приятных снов, - она хлопнула себя по уху и поднялась на ноги.
– А я пойду погуляю. Все равно лучше, чем всю ночь тут торчать.

В ответ Нэр только кивнул и изобразил что-то вроде традиционного жеста, уже откровенно засыпая на ходу.

Велен широкими шагами мерил лес, гневно пиная все вокруг. Он ненавидел себя, весь этот мир, богов и одну особо языкастую и чувствительную ведьму. В первую очередь, конечно, ведьму. И в первую очередь, конечно, за то, что не так уж не права она была.

Когда-то давно ему, тогда еще совсем мальчишке, сказали, что он не умеет бороться по-настоящему. К нему, талантливейшему магу, сыну своего отца, красавцу и умнице, все приходило само, падало на колени и умоляло принять. Он привык, что так есть, и искренне полагал, что так будет всегда. А как иначе? Но слова его не на шутку задели. И он решил доказать всем, что это неправда, начав, как водится, с борьбы за свою мечту.