Чтение онлайн

Жестокий луч еще согреет грудь,

Но не воспламенит, и сон подчас

Лишь потревожит, не прервав при этом.

"Глаза! В слезах излейте грех любовный:

От вас на сердце смертная истома".

"Мы плачем, нам тоска давно знакома,

Но больше страждет более виновный".

"Допущен вами недруг безусловный,

Амур, туда, где быть ему, как дома".

"Не нами, в нас любовь была влекома,

И умирает более греховный"

"Покаяться бы вам в грехе злосчастном!

Вы первые виденья дорогого

Возжаждали в порыве самовластном".

"Мы понимаем: ничего благого

Ждать не пристало на суде пристрастном

Нам, осужденным за вину другого".

Всегда любил, теперь люблю душою

И с каждым днем готов сильней любить

То место, где мне сладко слезы лить,

Когда любовь томит меня тоскою.

И час люблю, когда могу забыть

Весь мир с его ничтожной суетою;

Но больше – ту, что блещет красотою,

И рядом с ней я жажду лучше быть.

Но кто бы ждал, что нежными врагами

Окружено все сердце, как друзьями,

Каких сейчас к груди бы я прижал?

Я побежден, Любовь, твоею силой!

И, если б я не знал надежды милой,

Где жить хочу, там мертвым бы упал!

О эта злополучная бойница!

Смертельной ни одна из града стрел

Не стала для меня, а я хотел

В небытие счастливым погрузиться.

По-прежнему подлунная темница

Обитель мне – ведь я остался цел,

И невозможен горести предел,

Пока душа в моей груди ютится.

Понять, что время не направить вспять,

Извлечь достойный опыт из урока

Давно душе измученной пора.

Я пробовал ее увещевать:

– Не думай, что уходит прежде срока,

Кто слезы счастья исчерпал вчера.

Отправив только что стрелу в полет,

Стрелок искусный предсказать берется,

Придется в цель она иль не придется,

Насколько точен был его расчет.

Так вы, Мадонна, знали наперед,

Что ваших глаз стрела в меня вопьется,

Что вечно мне всю жизнь страдать придется

И что слезами сердце изойдет.

Уверен, вы меня не пожалели,

Обрадовались: "Получай сполна!

Удар смертельный не минует цели".

И горькие настали времена:

Нет, вы не гибели моей хотели

Живая жертва недругу нужна.

Со мной надежда все играет в прятки,

Тогда как мне отпущен краткий срок.

Бежать бы раньше, не жалея ног!

Быстрее, чем галопом! Без оглядки!

Теперь трудней, но, сил собрав остатки,

Я прочь бегу, прижав рукою бок.

Опасность позади. Но я не смог

Стереть с лица следы неравной схватки.

Кто на пути к любви – очнись! Куда!

Кто ж не вернулся – бойся: одолеет

Безмерный жар, – как я, беги, не жди!

Из тысячи один спастись сумеет:

Моя врагиня как была тверда,

Но след стрелы – и у нее в груди.

Я после долгих лет бежал из плена

Любовного – и, дамы, без конца

Рассказывать могу, как беглеца

Расстроила такая перемена.

Внушало сердце мне, что, несомненно,

Одно не сможет жить, как вдруг льстеца

Встречаю, кто любого мудреца

Предательством поставит на колена.

И вот уже, вздыхая о былом,

Я говорил: "Был сладостнее гнет,

Чем воля", – и цепей алкал знакомых.

Я слишком поздно понял свой просчет

И, пленник вновь, теперь с таким трудом

Невероятный исправляю промах.

В колечки золотые ветерок

Закручивал податливые пряди,

И несказанный свет сиял во взгляде

Прекрасных глаз, который днесь поблек,

И лик ничуть, казалось, не был строг

Иль маска то была, обмана ради?

И дрогнул я при первой же осаде

И уберечься от огня не смог.

Легко, как двигалась она, не ходит

Никто из смертных; музыкой чудесной

Звучали в ангельских устах слова.

Живое солнце, светлый дух небесный

Я лицезрел… Но рана не проходит,

Когда теряет силу тетива.

Красавица, избранная тобою,

Внезапно нас покинула – и смело,

Как я надеюсь, в небо улетела:

Жила столь милой, тихою такою.

Тебе ж пора, взяв крепкою рукою

Ключи от сердца, коими владела,

За ней – прямой стезею – до предела.

Пусть не тягчим ты ношею земною;

От главной ты избавлен, хоть нежданно,

Теперь легко от прочих отрешиться,

Как страннику, обретшему свободу.

Ты видишь ныне: к смерти все стремится,

Что создано; душе идти желанно

Без груза к роковому переходу.