Чтение онлайн

— А вот склеп — довольно жуткое место. Там зомби, гориллы и брат Нимрод. Они хотели украсть нашу чеканку. Волк Самуэль сбежал, представляешь?! Енот Крот всех арестовал, но брата Нимрода и горилл отпустил. А нас инспектор отпустил. Волк Самуэль подсказал Марио про чеканку, теперь она у нас!

Берта некоторое время пристально смотрела на Евгения и молчала. Пингвин не знал, что еще добавить к своему рассказу, который казался ему совершенно исчерпывающим, поэтому только кивал и произносил «вот» и «да». Наконец Берта сказала:

— А теперь, пожалуйста, с самого начала — медленно и подробно.

Примерно через полчаса картина ночных происшествий наконец стала проясняться. И хотя в деталях непогрешимой ее назвать было бы трудно, в целом от истины она отклонялась не сильно.

— Получается, что у нас полно конкурентов, — озабоченно сказала Берта. — Идем к Улиссу!

— Как идем? Но… ты же в школе. А я на работе.

— Какая школа?! — возмутилась Берта. — Мы же время теряем! Надо действовать! Короче, не хочешь, сиди тут. А я пойду к Улиссу. И наверняка Константин бы со мной согласился!

— Ну да… — жалобно сказал Евгений. — Константин же не работает в библиотеке.

— Слушай! А давай, ты возьмешь отпуск! — осенило Берту.

— Отпуск? — испугался Евгений.

— Ну да! Прямо сейчас!

— Ой… — Евгений нерешительно покосился в сторону кабинета директора.

— В чем дело? Почему ты колеблешься?

— Мне кажется, меня сейчас в отпуск не отпустят…

— Ты ведь даже не попробовал! Или ты трусишь? Ты, который прошел замок графа Бабуина, Старое Кладбище и каталажку?! Который мордой к морде столкнулся с древним злом?!

— Каким древним злом? — оторопел Евгений.

— С братом Нимродом, разумеется! Он же снежный барс, верно?

— Он альбинос. Так Улисс сказал.

— Да-а? — разочарованно протянула Берта. — Ну, значит, ты столкнулся мордой к морде с современным злом! И после всего этого ты боишься своего начальника?

— Не боюсь, — возразил Евгений.

— Тогда в чем же дело?

— Не знаю…

Берта решительно встала со стула.

— Как хочешь. Сиди здесь и бойся. А я ушла.

— Нет-нет, погоди! — всполошился Евгений. — Я… я пойду к директору. Ты пока побудь здесь, ладно? Последи за библиотекой.

— О чем речь! — Берта снова уселась.

Евгений вздохнул и обреченно направился в кабинет начальника.

Директором библиотеки был пожилой барсук, большой поклонник военной литературы. Самого себя он мысленно называл не иначе как командующим печатными силами, и на этом посту дослужился уже до чина генерала-лейтенанта. Тоже мысленно, разумеется. Останавливаться на достигнутом он не собирался и в ближайшее время рассчитывал на новое повышение, которое уже себе пообещал.

Рядового Евгения командующий встретил без особой радости.

— Почему оставили пост? — строго спросил он.

Пингвин съежился под грозным взглядом начальника и робко сообщил:

— Мне срочно нужен отпуск…

— Отпуск?! — переспросил главнокомандующий, не веря своим ушам. — В такое время?! Когда родина нуждается в нашей защите?! Когда может случиться всякое?!

— Понимаете… Это очень важно…

— Защита книг от неприятеля — вот что очень важно! Или вы не знаете, сколько у книг врагов? Они только и ждут, когда вы отвернетесь или оставите вахту! Как сейчас! — Указательный палец генерала взметнулся в сторону Евгения. — Вы оставили свой пост, без присмотра, на радость врагам!

— Ну почему же без присмотра? — вяло возразил пингвин. — Там Берта…

— Берта? Ну это в корне меняет дело. Она, наверное, уже не первый год служит в библиотеках, правда?

— Нет…

— Так как же вы посмели оставить пост на какую-то Берту, которая даже не знает, как заряжать авторучку!

— Она надежная… — попытался заметить Евгений.

— Отпуск! — продолжал возмущаться начальник. — Сейчас, когда на счету каждая боевая единица… И это говорите вы, которому я прочил блестящую карьеру! Которого я уже почти что наградил орденом славы имени меня второй степени! Или даже первой… Возвращайтесь на пост и выкиньте из головы эти недостойные мысли! А в наказание — три смены вне очереди!

Евгений уже собрался обреченно вздохнуть и понуро удалиться — что было ему весьма привычно, — как вдруг ощутил странное, не сразу узнанное чувство. С удивлением он обнаружил, что это чувство — не что иное как злость. Евгений подумал о своих далеких предках, отважных воинах-пингвинах, защищавших родную Антарктиду от варваров с севера. Он подумал о рассчитывающей на него Берте, о друзьях-Несчастных, о замке графа Бабуина, о Старом Кладбище и о полицейском участке… И впервые в жизни злость взяла верх над робостью.

— Я хочу спеть вам песню… — тихо сказал Евгений.

— Что? — удивился директор. Заявление подчиненного было настолько неожиданно, что он поначалу даже не понял, как реагировать.

— Песню, — уже уверенней повторил Евгений. — Я выучил ее в тюрьме…

— В тюрьме? — книжному главнокомандующему стало не по себе. Он привык, что рядовые его слушаются и робеют, и не привык, чтобы они распевали выученные в тюрьме песни.

— Да, в тюрьме, — подтвердил Евгений. — Меня посадили за грабеж.

— Грабеж?

— Ага. Сцапали на месте преступления. На Старом Кладбище.

— Кладбище?!

— Да, вместе со сверхобезьянцами. Ну, знаете, такие сектанты, которые пьют кровь.

На этот раз барсук даже переспросить не решился. Ему начало казаться, что перед ним не тихий и скромный пингвин, а гремучая змея. Но под личиной пингвина. Это пугало.

— Так вот, песня… — продолжал Евгений. — Меня ей научил один панк… — Он набрал в легкие побольше воздуха и пропел, точнее, проорал: — Потом не будет ничего-о-о! Ты сдохнешь, вот и все-о-о! Живи сейчас и зде-е-есь! Хватай, что можешь съе-е-есть! Давай, чувак, давай, дав-а-ай! Хватай бутылку, самочек хвата-а-ай! А несогласным — по мордам! Как дам, как дам, как дам, как дам!