Чтение онлайн

Островский в последний раз повернулся перед зеркалом и остался доволен собой. План, разработанный им для сегодняшнего праздника, состоял из нескольких частей: в первую входило знакомство с местными помещиками, во вторую — обольщение тетушки княжон Черкасских и ее крестного — барона Тальзита, и только потом он собирался заняться самой княжной. Оружие на сегодняшний вечер было одно — почтительное восхищение — оно одинаково хорошо должно было сработать сразу со всеми намеченными жертвами.

— Слушаю внимательно, восхищаюсь искренне, разговариваю почтительно, — сказал он своему отражению, одетому в новый черный сюртук в талию, узкие панталоны и мягкие сапоги с лаковыми отворотами.

Лаврентий решил, что одеваться во фрак на праздник в саду — глупо, к тому же у него не было коляски, а скакать верхом во фраке было глупо вдвойне. Сейчас, в модном сюртуке и сапогах, он выглядел так, как будто заехал к соседу по-приятельски повеселиться в саду и проводить барышень на народные гуляния в село. Молодой человек вскочил на своего дончака и поскакал в Троицкое. Пути было сорок минут, а он не хотел являться рано, поэтому пустил коня неспешной рысью, размышляя на ходу о своей предполагаемой невесте. Девушка была очень красива, но, похоже, в силу возраста еще не понимала этого. Сейчас был самый подходящий момент, чтобы увлечь ее, отстранив всех потенциальных женихов. Он надеялся просчитать ситуацию, но сначала требовалось определить, много ли у него конкурентов.

Теплый октябрьский день, золотивший яркими солнечными лучами еще зеленую листву рощи, очаровал его и отвлек от трудных мыслей. Ему даже показалось, что черной полосы в его жизни не было, и что он — юный Лаврик Островский, единственный сын богатых помещиков, а впереди у него — прекрасная светлая жизнь. Молодой человек подумал, что он действительно хочет все забыть, зажить простой достойной жизнью с молодой красивой женщиной, которая будет его любить. Поняв, что это — его самое заветное желание, он встряхнул головой, как будто отгоняя от себя ужас прошлого, ударил коня каблуками и полетел по узкой лесной дороге галопом.

Через четверть часа Лаврентий подскакал к подъездной аллее барского дома в Троицком и, пристроившись за вереницей модных и старинных экипажей, начал продвигаться к крыльцу. Хозяин дома под руку с крестницей, Долли Черкасской, стоял в дверях, встречая гостей. Еще издали Лаврентий понял, что он прав: девушка уже сейчас очень хороша, а через год-два она станет ослепительной красавицей. Сегодня на ней было простое, но очень изящное светло-зеленое платье. Оно оттеняло изумрудные глаза хозяйки и тяжелые волосы цвета красного дерева, закрученные в длинные тугие локоны.

Молодой человек спрыгнул с коня, отдал его повод конюху и, когда шумное семейство с множеством детей, приехавшее перед ним, поздоровалось с хозяевами и прошло в дом, поднялся на крыльцо.

— Здравствуйте, господин барон, благодарю вас за приглашение, — обратился он к Тальзиту, пожимая протянутую руку.

— Очень рад вас видеть, господин Островский, будьте как дома.

— Приветствую вас, сударыня, — поздоровался молодой человек и низко поклонился княжне, ожидая ее ответа.

— Здравствуйте, сударь, — ответила Долли и сделала легкий реверанс, но руки ему не подала.

Плохо — она его сторонится. Что же он сделал не так, когда встретил ее у водопада? Хорошее настроение Лаврентия начало таять, но барон, сам того не зная, пришел ему на помощь, обратившись к крестнице.

— Дорогая, пойди познакомь господина Островского с нашими соседями, а то он пока никого здесь не знает. Как мне кажется, все уже приехали. Я постою еще минут десять, а ты займи гостей.

— Хорошо, крестный, — покорно кивнула княжна и прошла к дверям дома, жестом пригласив Островского следовать за собой.

Молодой человек нагнал ее в дверях и тихо спросил, наклонившись к уху:

— Я чем-то разгневал вас?

— Почему вы так решили? — в голосе девушки звучало искреннее изумление.

— Вы сторонитесь меня, — в словах Лаврентия прозвучала обида.

— Вам показалось, — возразила княжна, подняв на него глаза, и он увидел, что девушка действительно не кривит душой, просто для нее эти встречи в лесу значили слишком мало.

За разговором они прошли через пустые комнаты дома и очутились в саду. Уже издали был слышен гул множества голосов. По запущенным дорожкам мимо буйно разросшихся кустов жасмина и сирени они вышли на большую лужайку, с двух сторон окруженную оградой сада, а с двух других — кустами. На лужайке были в два ряда расставлены столы, накрытые белыми скатертями, украшенными цветными гирляндами. В центре каждого стола стоял красивый букет цветов, посуда сияла, а серебряные приборы отражали солнечные блики.

— Как красиво сервированы столы, — похвалил Лаврентий, зная, что Долли считается хозяйкой этого праздника.

— Спасибо, я передам ваши слова сестрам и подругам, им будет очень приятно, что их труд оценен, ведь украшением столов занимались они, — ответила княжна, повернув к нему голову, и огромные изумруды в ее серьгах разбросали зеленые лучи, поймав солнечный свет.

Лаврентий подумал, что люди не обманули, семья — очень богатая. Сколько могут стоить эти драгоценности? Даже на его не очень знающий взгляд, на эти серьги вполне можно было купить Афанасьево. Ему так захотелось вынуть украшения из ушей девушки и положить себе в карман, сразу решив половину своих проблем, что он даже разозлился. Мысленно обругав себя идиотом, решившим поживиться крохами и упустить главный шанс в своей жизни, Лаврентий постарался сосредоточиться на своем плане.

Девушка подвела его к первой группе гостей. Это было шумное семейство, приехавшее перед ним. Долли начала его представлять, и Лаврентий отметил, что молодой человек лет двадцати, старший сын у родителей, представленный ему как Михаил Епанчин, встретил его очень холодно. Островский понял, что это — его первый конкурент, и приободрился — этот был слишком молод.

Они продолжили обход гостей, княжна знакомила его с соседями-помещиками, их добрыми женами и многочисленными детьми. Лаврентий старательно запоминал фамилии семейств, присматриваясь к молодым людям. Потенциальных претендентов на руку княжны Черкасской было человек шесть, но на его счастье все они были совсем молодыми людьми — либо ровесниками княжны, либо старше ее на два-три года. Поняв, что все взрослые мужчины — в армии, и получается, что серьезных конкурентов у него нет, Лаврентий развеселился и решил действовать по разработанному плану: заняться теткой девушки и ее крестным.