Чтение онлайн

Мы еще немного поговорили, Репа сказал, что он сегодня же оптом продаст свои товары и завтра отправится домой.

– Вы ведь с князем Мономахом мои убытки возместите, что я понес, бескорыстно вам, служа? – он деловито произнес, как бы, между прочим.

– Ого, вот это купчина, на ходу подметки рвет, ничего не упустит,- подумал я.

– Репа, если все будет, так, как ты говоришь, возместим твои убытки. Прикинув, через сколько времени можно будет ожидать князя, мы расстались.

Я вышел во двор совсем в другом настроении, кажется, все начинало налаживаться, хотя, еще ничего конкретно не решилось.

Феодора, приученная не лезть в мои дела, не задала ни одного вопроса. Я же, поглядев по сторонам, свистнул и ко мне тут же подскочили Ильяс с Тирахом, парни на хорошей еде и постоянной физической нагрузке окрепли, отъелись, и уже ничем не напоминали тех тощих мальчишек, которыми они были не так давно.Они внимательно смотрели на меня, зная, что я просто так их не зову.

– Видели человека, который только, что вышел от меня.

– Да прониар.

– Сегодня и завтра смотреть за ним день и ночь, да, за ним может следить еще кто-нибудь. Не трогайте, но выясните, откуда эти люди. Завтра вечером мне доложите, все, куда ходил, с кем встречался. Если на него будет нападение, убить всех, но сначала допросить. Ну, короче, все, чему я вас учил.

Через несколько секунд оба печенега исчезли.

Я тяжело вздохнул и отправился приводить себя в порядок. Сегодня я собирался уезжать в пронию, надо было продолжать свою работу. Вместе с Иоанном была еще набрана команда из десяти человек, и хотя сейчас у меня было, кому их учить, все же надо было отправляться туда. Но вот из-за непредвиденного визита купца, придется задержаться.

Я умылся, оделся в более подобающую прониару одежду и решил пройтись по городу.

Я шел по шумным улицам Константинополя и ловил себя на мысли, что собственно ничего не изменится здесь за следующие девятьсот лет. Если только закрыть глаза, так сразу можно представить себя на улице Стамбула. Были в моей жизни пара поездок в этот мусульманский город. Правда, времени на рассматривание его красот, не было. Надо было успокоить одну небольшую группировку, следы которой вели к нам на Кавказ. Все уже было практически сделано, до нашего приезда вычислены адреса и все подробности жизни этих объектов. В этот же вечер мы с напарником отработали свои цели, и на следующий день, позагорав на пляже, спокойно улетели домой. Разве думал тогда, что вновь буду ходить по этим улицам, когда про османов еще никто даже не слышал.

Я шел, наслаждаясь редкой возможностью ничего не делания. Каким-то образом ноги принесли меня к собору Святой Софии. Он почти ничем не напоминал ту мечеть, которую я видел в первой своей жизни. Я смотрел и размышлял, неужели и это все же случится и вначале крестоносцы, а потом толпы турок османов разграбят этот почти вечный город. Пока я размышлял, из входа в храм показалась девичья фигурка, в белой столе, с богатой вышивкой, ее лицо, было закрыто прозрачной тканью. Она изящно уселась в паланкин, ожидавший ее у входа, четыре здоровых негра подняли его, и пошли вдоль улицы. Сразу за ними, шло человек двадцать этериотов.

– Интересно, - подумал я,- видимо кто-то из семьи Василевса посетил храм. Кто бы это мог быть. Анна практически не ходит одна в храм, Евдокия тоже не пойдет. Неужели Варвара, я ее и не видел никогда, но мои сослуживцы говорили, что она очень красивая девушка. Заинтригованный я медленно шел по краю дороги, идущие сразу за паланкином этериоты меня, конечно, узнали, несколько из них приветственно махнули мне рукой. Я шел немного быстрее, чем они и вскоре оказался почти у паланкина. Мы приближались к узкому перекрестку, когда я кинул взгляд налево, с пересекающейся улицы ехала огромная повозка, мой машинальный взгляд направо увидел такую же повозку с другой стороны.

В голове застучали молоточки, и я кинулся вперед, и успел проскочить прямо перед повозкой, но меня все-таки зацепило торчавшей осью колеса. Когда я, буквально через секунду чертыхаясь, вскочил на ноги, паланкин лежал на земле, около него лежали негры с торчавшими из них арбалетными болтами.

Четыре замотанных в плащи фигуры, выскочившие из повозок, возились рядом с ними. Вот один из них кинул девушку на плечо, и они побежали в ближайший проулок. Когда они заворачивали туда, я уже развил первую скорость, стараясь бежать, как можно тише, что в моей мягкой обуви было нетрудно. Только завернув за угол краем уха услышал треск досок и материи на телегах, это этериоты наконец прорвались через заграждение. Подивившись про себя, как все было рассчитано у похитителей, прибавил скорость. Догнав бегущих, я остановился на долю секунды,выхватил метательные ножи и два похитителя упали. Один из оставшихся в живых обернулся и, увидев меня, остановился и спокойно ожидал меня. Я на ходу метнул нож, но противник легко ушел в сторону.И также легко ушел от первых моих ударов. Его тряпки слетели, и он остался в одной набедренной повязке, Молодой жилистый парень восточного типа ничего не мог противопоставить мне, кроме ловкости, но я терял время, И все же я его подловил, от моего удара в переносицу он без звука упал на землю. Я побежал дальше.Влетев на улицу ведущую к заливу, я увидел, как оставшийся в живых похититель бережно укладывает девушку в лодку и пытается распутать цепь, которой лодка привязана кбревну на берегу.

– Ха, думали здесь уже не надо торопиться, вот была бы веревка, так ты сучок от меня ушел,- думал я прыгая сверху на похитителя. Когда мои сто десять килограмм упали к нему на плечи,он заорал от боли и упал на дно лодки и я вместе с ним. Когда повернул его лицом к себе, он был жив, но руки и ноги безжизненно лежали, раскинутые в стороны.

– Вот же блин, перелом шеи, не повезло, никаких свидетелей. Я плеснул водой ему в лицо. Поднялись веки и на меня смотрели темные глаза семита.

– Еврей или араб? – подумал я,- да, нет, что тут евреи забыли, наверняка это арабы.

И что-то довольно ловкие, пожалуй, почти такие же, как мои парни сейчас.

Я наклонился к нему, и на своем хреновом арабском языке, выученном еще на спецкурсе начал допрос. Парень был стойкий, но и я не пальцем деланный и, в конце концов я услышал слова федаи и Ибн-Саббах. Я содрогнулся - это был настоящий противник, и вот теперь мне придется крепко и хорошо подумать. Единственное Хасан ибн Саббах даже не подозревает, насколько много, я про него знаю,

Когда, в свое время, я перешел в отдел планирования специальных операций, мне пришлось узнать много нового. Нашему руководителю нужны были люди с широким кругозором. Из-за чего мы все частенько сидели в библиотеках и готовили рефераты по интересующим его темам. Вот и мне пришлось пару месяцев сидеть в библиотеке, и изучать деяния Хасана ибн Саббаха - старца горы, создателя одной из самых эффективных тайных разведок мира. Он много лет, как паук сидел в своей крепости в горах, но с помощью своих фанатиков федаинов, мог влиять на судьбы многих держав и царств того времени. Я же сейчас знал про него, наверно больше любого человека в мире, кроме его самого. Я даже знал план его горной крепости Аламут, и практически все подходы к ней.

Все это быстро промелькнуло в моей голове, сразу, как федай испустил последний вздох.

Наконец, мне удалось заняться девушкой. Я знал, что она жива, когда открыл ее лицо, у нее на губах лежала губка с каким-то специфическим запахом,откинув ее в сторону, посмотрел на ее лицо. И тут меня, как стукнуло, она была так прекрасна, что я даже перестал дышать. Не знаю, меня, пожалуй, с юности так не впечатляла женская красота. Я осторожно побрызгал на девушку морской водой. Та, медленно, открыла глаза и посмотрела на меня необычными для ромеев голубыми глазами. Неожиданно она села, посмотрела на меня внимательней и ее щеки заалели.

– Ты ведь этериот Константин, не так ли?- спросила она робко.

– Да, это я, а ты - Варвара, дочь Василевса, а откуда ты меня знаешь?

– Знаю, - шепотом ответила девушка и еще больше покраснела.

Тут до нее дошло, где мы находимся, она попыталась встать и наверно бы упала, если бы я не подхватил ее. Мы стояли в неудобной позе, в качающейся на волне лодке и мне совсем не хотелось отпускать эту девушку, которая так прижалась ко мне, касаясь меня маленькими грудками. От нее пахло розовым маслом и благовониями, и моя бедная голова закружилась, похоже, теперь я попал по настоящему. Я до ужаса, до безумия захотел, чтобы эта девушка была моей.