Чтение онлайн

— Представляешь! — встряла Юля, — Он даже идти к тебе сначала не хотел! Совсем обленился! — вообще-то да, на твердом некогда прессе стал завязываться жирок.

— Пошел же! — отмахнулся от ее наезда Макс, — С Викой познакомились, мы ее поначалу за твою девушку приняли, пока она не объяснила. А потом начали искать всерьез.

— А Ван-Димыч откуда?..

— Ушел ты в капитанской форме явно неспроста, в полицию обращаться вроде бы не с руки. Сначала думал куратору позвонить, но выяснилось, что я потерял ее номер…

— Потерял! — снова набросилась на жениха Юля, — Он его выбросил, когда сюда приехал! Сказал, что семь цифр в состоянии запомнить, а лишних напоминаний ему не надо. И забыл! — девушка обвиняюще ткнула пальцем в слегка выпирающий над ремнем живот.

Макс тяжело вздохнул, отвел палец от пуза и продолжил:

— Из всех телефонов вспомнил только Воронинский.

— Помирились?

— Куда тут денешься? Помирились, конечно. Он-то ведь со мной не ссорился, это я ему много чего в сердцах наговорил. Обрадовался старик…

От определения "старик" по отношению к сорокадвухлетнему Ван-Димычу поперхнулся, но поправлять товарища не стал. В беседу снова вклинилась Юля:

— Они с Иваном Дмитриевичем два часа протрепались! Всё свои железки обсуждали! — Макс привычно закатил глаза к потолку, — Счет за межгород потом придет!.. А если бы я не напомнила о тебе, то так бы и забыл!

— Пока вас, болванов, учил, у меня кое-какие идеи возникли, — это мне в качестве оправдания, а после развернул стоящую к нему спиной Юлю, нажал ей на нос и произнес, — И я бы не забыл!!!

— Когда ж вы уже поженитесь-то?! — спросил, любуясь друзьями.

— А мне работу предложили! — ни к селу, ни к городу произнесла Юля.

— Когда?

— Где? — наши с Максом вопросы прозвучали одновременно.

— Здесь. Сейчас. Я на твоего врача из-за ренземпама набросилась, а оказалось это не твой врач, а вообще главврач. Он меня выслушал, карточку твою полистал, а потом спросил, где и кем я работаю. И вот…

— Так это же здорово! — обнял ее жених.

— Поздравляю! — присоединился к всеобщей радости с койки.

Вика, убравшая к тому времени последствия котлетной бомбардировки, с вымытыми руками присоединилась к нашей компании. Деловитая сестренка застелила мне грудь с животом полотенцем и поставила сверху грозное боевое оружие — кастрюлю с одинокой сиротливо плавающей в подливе котлетой. Котлета была правильной — продолговатой и величиной с ладонь мужчины. С тоской вспомнил две ее павших в неравном бою подруги.

— А теперь я хочу послушать! Кто-нибудь объяснит мне, какого черта мой братец щеголяет в капитанской форме с двумя орденами на груди? Если до этого он военную службу на дух не переносил, а всех военных называл идиотами?!

— Эфо фыло фо афнефии! — прошепелявил набитым ртом.

— Масик!!! — Вика угрожающе нависла надо мной, подставляясь под удар облизанной ложкой по лбу.

— Я ведь обещал, что за "Масика" в следующий раз получишь?!

— Миша! — захныкала сестренка, — Я тебя после того отравления вообще не узнаю! Ты как будто не мой брат! Откуда у тебя ордена?

— Орден и медаль, — поправил ее Макс, вместе с Юлей устроившийся на подоконнике. Юля сначала шипела на него, что так мол негигиенично, но от предложения посидеть на полу почему-то отказалась, устроившись в кольце его рук. Единственный стул сейчас оккупировала сестра, кормящая раненого бойца.

— Как ни странно, но она права! — ответил я, выскребая хлебом остатки подливы со дна, — Теперь уже два ордена.

Взглядом послал недоверчиво заломившего бровь друга к шкафу, где висели личные вещи. При виде формы, покрытой грязью, слипшейся мукой и засохшими бурыми потеками, зато со сверкающей на фоне всего этого безобразия новехонькой "Звездой", Макс присвистнул:

— Это у тебя традиция — в январе новую цацку на грудь получать?

— Нахуй такую традицию! — передернулся я и тут же получил щелбан от проходящей мимо Юли, тоже влекомой любопытством к шкафу.

— Фьюить! — она тоже присвистнула, — Ничего себе! Это как ты умудрился?

— Я на днях прочитал в заметке, что Ведьму в тяжелом состоянии перевезли в Москву, — сказал Макс, пошире открывая дверцу, чтобы и Вика могла сунуть в шкаф свой любопытный нос, — Одну из моих сестер туда же дернули. Это события одного порядка?

— Одного.

— Тебе нельзя рассказывать?

— Да нечего там рассказывать! По дурости с Ариной на окно напросился, а они его не схлопнули. Шум, гам, стрельба, месиво! Мы же с тобой сами были свидетелями! Только в этот раз еще поучаствовать пришлось, вот и весь сказ, — а помолчав, добавил, — И четыреста семь человек в минус.

— Сколько?! — разом встрепенулись Макс с Юлей.

— Четыреста семь, как мне сказали. И кто-то еще не вытянет.

— Сумасшедшие потери! — задумчиво проговорила подруга.

— Да кто-нибудь! Эй! — крикнула возмущенная Вика, — Кто-нибудь объяснит мне, что происходит с моим братом?!

— Твой брат — герой, — Макс, поцарапав ногтем грязь на кителе, резким жестом захлопнул шкаф, — Лично участвовал в схлопывании нескольких окон. На моих глазах забил насмерть Чуму!

— Для своей летописи моих деяний запиши еще убитого собственноручно Войну.

— Это как это?

— Сам не понимаю: "лаки шот", "рука бога" или просто — дуракам везет? Не глядя, отмахнулся наудачу саблей и попал. Его, наверное, в то место уже несколько раз до этого ранили, а добить повезло мне.

— Даже не буду спрашивать, почему тебе достался Война, если ты в поединке не участвовал, и почему ты был с саблей, а не со своим любимым пулеметом!

— Пулеметы кончились, — хмыкнул в ответ.