Чтение онлайн

— Ничего другого не остается.

Действительно, ничего другого людям не оставалось. Ведь стрелкового оружия почти нет. Разве что гранат в достатке, да четыре десятка пистолетов, но с ними много не навоевать. «Крысы» не дураки и не подойдут на расстояние броска, пока не перестреляют всех, кто представляет хоть малейшую угрозу еще издалека.

Эрик передал приказ Антона Николаевича о баррикадировании в модуле.

— Элен, ты готова?

— Да.

— Тогда взлетаем.

«Пчела» послушно взмыла в воздух. Как и ожидалось, подлететь к «крысам» для эффективного бомбометания стало невозможно, тут же от колонны отделялась группа, из машин выходило человек пятьдесят, ясно давая понять, что стоит вертолету подлететь ближе, как на него обрушится шквал огня. Вертолет и не подлетал.

Все, что парочке оставалось делать в таких условиях, так это наматывать круги вокруг «крыс», сопровождая их до самого конца и поставляя сведения Ремезову и Шульцу. Но беда заключалась в том, что коалиционные силы сильно опаздывали, огибая бесконечные преграды в виде длинных трещин в земле, а Сиволапый уже отчетливо видел модуль, который собирался захватить. И медлить с этим он не собирался.

Ему, кстати, тоже требовалось торопиться, до рассвета осталось не так уж много времени, о чем свидетельствовало наступление меганочи. Пришлось включить фары.

Заряда батарей в условиях абсолютной тьмы из-за отсутствия подпитки надолго не хватает, потому Эрик принял решение идти на посадку.

— Садись на крышу модуля.

Элен кивнула и приземлилась на крышу.

«Крысы» уже подъезжали к модулю и по размышлении приземляться здесь, когда его вот-вот захватят, было не очень умно, ведь они могли улететь куда угодно. Но Эрик убегать не собирался, а Элен просто не задалась таким вопросом, вымотанная физически и морально тяжелым днем до предела.

— Ты загрузила в этот вертолет маршруты, налетанные на прошлом вертолете? — как бы невзначай спросил Махов.

— Конечно… А зачем ты спрашиваешь?

— Прости меня, Элен…

— За что? — еще больше удивилась девушка, абсолютно ничего не понимая.

— За это…

Эрик Махов хорошо поставленным ударом, которому научили его «крысы» из стаи Шульца и сам Шульц, отправил девушку в глубокий нокаут, успев ее подхватить, чтобы она не упала и не пострадала еще больше. Того, что он сделал, Элен и так хватит надолго. Махов лишь пожалел, что после этого удара она заработает синяки под глазами и сотрясение головного мозга… но это лечится.

Положив Элен в салон вертолета и пристегнув ее ремнем, Эрик вывел маршрутную карту и, немного подумав, задал автопилоту маршрут полета — головной модуль. Элен давно уже мечтала побывать там вновь. Конечно, она хотела побывать там вместе с ним, но… всегда есть многочисленные «но», которые мешают спокойно жить.

«Исполнять», — нажал соответствующую позицию Махов и выскочил из вертолета.

Лопасти закрутились, и через двадцать секунд машина, поднявшись в воздух и осторожно развернувшись, полетела на восток.

Махов не мог допустить, чтобы Элен оказалась в руках «крыс», и отправил ее подальше. Почему таким методом? Потому что чувствовал — иначе она откажется и никакие уговоры на нее не подействуют. Потому как она тоже перешагнула некий психологический порог, за которым страх перед опасностью отступает и появляется решимость этой опасности противостоять до самого конца, каким бы этот конец ни был.

Именно по этой причине остался сам Эрик, хотя какая-то частичка его страстно желала улететь на этом вертолете вместе с Элен, подальше отсюда. Но он не мог. Да и какой в этом смысл? Если «крыс» не остановить сейчас — их вообще уже не остановить, и тогда рано или поздно он попадет им в руки. Так зачем ждать, маяться и бояться, ожидая неизбежного?

Конечно, имелась и такая причина, что Эрик не хотел казаться в глазах Элен трусом. Именно этого по-настоящему боятся все мужчины: показаться трусом в глазах женщины. А она обязательно о нем так подумает. Не скажет, даже наоборот вслух будет говорить, что он поступил правильно — улетел и остался с ней, но нет-нет да и подумает, что он струсил. И это страшнее всего.

Едва вертолет скрылся с глаз, как «крысы» подобрались к самому модулю и высыпали из транспорта. От такого количества «крыс» у кого угодно могли опуститься руки. Эрик насчитал не меньше семи тысяч бойцов. Противостоять такой силе казалось просто нелепостью.

«А не раздолбай мы их хвост, „крыс“ было бы еще больше», — с легким удовлетворением от проделанной работы подумал Махов.

Коалиционные силы все еще двигались к модулю, объезжая многочисленные препятствия на своем пути. Когда они прибудут, все будет кончено, и уж конечно четырем, даже пяти тысячам не выгнать такое количество «крыс» Сиволапого, тем более когда начнется обжигающий рассвет.

Двери на крышу открылись, и наверх стали подниматься люди. Это оказались минометчики с пятью минометами, которые успели дополнительно сделать из труб. Правда зарядов к ним оказалось не очень много, но это хоть что-то, что поможет задержать «крыс», выиграв тем самым время до подхода подмоги. Также вытащили некоторое количество ручных гранат.

Минометные расчеты заняли свои места, готовясь к отражению атаки. Она не заставила себя долго ждать. «Крысы» отключили фары своего транспорта, чтобы не освещать собственные войска, и метким огнем вырубили все осветительные прожектора модуля. Все погрузилось почти в абсолютную темноту меганочи.

— Огонь! — скомандовал Эрик.

Первые мины полетели в толпу «крыс», бросившуюся в атаку. Яркие вспышки осветили наступающих. Захлопали редкие пистолетные выстрелы обороняющихся, стреляющих из бойниц, к их хору Махов прибавил голос своей УВК-15. «Крысы» падали, сраженные пулями и взрывами минометных мин, но их было слишком много, чтобы остановить такую ораву столь небольшим количеством оружия.

Не обращая внимания на потери, тем более что они невелики, да и не видно их в темноте, что давало бойцам ощущение личной безопасности, «крысы» подступили практически под самые стены модуля. На головы им полетели гранаты, и «крысы» под таким огненным шквалом вынуждены были отступить, но недалеко и ненадолго.

Ни инженеры Сиволапого, если у него такие вообще имелись, ни рядовые бойцы почему-то не додумались до простейшей пушки или миномета. Времени изготовить подобные образцы у них тоже не было — когда им все же стало известно о таком самодельном оружии от воздушного разведчика, они уже наловчились бросать гранаты с помощью пращи или просто привязав гранату веревкой и бросая вместе с ней.