Чтение онлайн

– Точно, - улыбнулась я.

– Тогда пойдем чай пить, я тебе пирожков испекла, вот, еще горячие.

Мама накрывала на стол, а я смотрела на нее, будто видя впервые. А ведь мы похожи. Во мне, как в том чае, соединились гены родителей, так же как Стас - наше с Сережей творение. Я вспомнила, как ждала его, загадывая: пусть у него будут Сережины глазки, а губы - мои, и щечки. Пусть будет сильным, как папа, а от меня возьмет терпеливость и упорство. А теперь только время покажет, каким он будет, и, может, станет совсем не похожим ни на меня, ни на Сережу. Но все равно он - мое продолжение. И, даже если меня не станет, в нем и его детях останется частичка меня. И в каждом человеке есть частичка того, кто начал род людской. А в нем - чьи гены? Интересно...

Уложив сына спать, попросила маму посидеть с ним, а сама, сославшись на приказ врача, собралась и ушла, якобы в поликлинику. На самом деле, конечно к магистру.

У высокого старого дома - не меньше шестнадцати этажей, - я сверилась с адресом, и, убедившись, что все верно, толкнула тяжелую деревянную дверь.

– Вы к кому?
– безразлично поинтересовалась консьержка.

– Я в сорок седьмую, к Кассальскому.

Она внимательно посмотрела на меня поверх очков, и я поежилась от ее взгляда. "Еще подумает, что я его любовница!"

– Я студентка, профессор ждет меня.

Женщина молча кивнула и уткнулась в книгу, от которой я ее отвлекла.

Я поднялась по широкой лестнице, ища нужную квартиру. Наконец, остановилась у высоких дверей с табличкой "Кассальский Н.В,"

Осмотрела себя, одернула платье, глубоко вздохнула и нажала на медную кнопку звонка. Ничего не происходило - в квартире стояла тишина. Я уже обрадовалась, что его нет, как вдруг заскрежетал звонок и дверь отворилась. Меня снова окатило холодом. На пороге стоял Николай Валерьевич, в домашнем халате поверх брюк и рубашки. Безжизненно улыбаясь тонкими губами, он ощупал меня взглядом, и я задала себе вопрос: "Зачем пришла?"

– Ну заходите, Яна, - глухой низкий голос звучал как из колодца.
– Милости прошу.

Я вошла, дверь за мной захлопнулась, и прихожая погрузилась в темноту.

Тихо щелкнул выключатель, зажегся свет. Я ахнула: обстановка, как в Лувре. Ну, может, не совсем так, но шикарно. Высоченные потолки украшены аэрографией, мебель - по виду старинная, - сверкает золотой отделкой, пол устлан дорогими коврами. Я смутилась, попятилась к выходу, увидев, что туфли оставляют грязные следы.

– Не беспокойтесь, - усмехнулся хозяин.
– Знаю, что непрактично - ковры на полу, но мне нравится. Люблю тишину, а они поглощают звуки.

Он помог мне снять плащ, достал из шкафа тапочки и протянул мне.

– Пройдемте в гостиную.

Я, наверное, глупо выглядела - вертела головой, разглядывая окружающую роскошь. Подсвечники под старину, золоченые часы на мраморном камине, а на стенах - картины, старые, потрескавшиеся, не удивлюсь, если оригиналы. Гостиная оказалась практически бальным залом. Центр комнаты занял большой стол темного дерева, вычурный и на вид просто неподъемный. Его окружили стулья в том же стиле, с шелковой обивкой. У стены напротив возвышались шкафы под потолок, заполненные книгами. Насколько я смогла увидеть, многие на иностранных языках, переплеты потерты - тоже, наверное, антиквариат. Камин настоящий, загороженный причудливой решеткой. Люстра хрустальная, огромная, свет от нее падал мягко, рассыпаясь бликами на мебели. Да, обстановка, достойная персидского шаха. Даже шторы, глухие, непроницаемые - и то из тяжелой ткани, расшитой золотыми узорами. Но в целом - мрачновато.

Хозяин жестом пригласил меня присесть на высокое кресло в углу, рядом с кофейным столиком. Я подчинилась и утонула в мягкости бархата, объемные подлокотники показались мне лапами мохнатого зверя, заманившего в свои объятия добычу и ласкающего в предвкушении обеда.

– Вы голодны?
– будто прочитал мои мысли магистр.

– Нет, спасибо.
– Я решила держаться подчеркнуто-отстраненно.

– Ну, хоть чаем позволите вас угостить? Такого вы не пробовали, уверяю. Я привез его из Индии. Очень редкий сорт, к тому же обогащенный целебными травами.

– Ну, от чая не откажусь.

Он ушел на кухню, а я прошлась вдоль шкафов с книгами. Названия на латыни и нечитаемых иероглифах мне ни о чем не говорили, но сами переплеты были крайне занятны. Притом, кое-где на полках были разложены разные камни, старинные предметы. Зеленый от времени кинжал и лежащие рядом ножны, украшенные разноцветными камнями, наверное, стоили целого состояния. Удивилась лежащему на отдельной полке простому булыжнику, пожала плечами: кто их разберет, этих коллекционеров? Может, этот невзрачный камень стоит дороже всего остального?

Я поежилась от холода. Как же он живет тут, без солнечного света? Хотя, у всех свои причуды. Наконец, на самой нижней полке шкафа нашла книги самого магистра. Взяла в руки увесистый том, еще пахнущий типографской краской, и обмерла: на обложке был изображен человек, раскинувший в стороны руки, а вокруг него закручивался смерч.

"Властелин чудес, или управляй силой духа". Наугад раскрыла посередине - какие-то формулы, знаки... Слишком сложно.

– Не скучаете?
– хозяин вошел неслышно, неся поднос с чайником и чашками.

– Нет, у вас так интересно. Рассматриваю книги.

– Вряд ли вы поймете, что там написано. Многие фолианты на древних языках, я собирал их по всему миру.

– А вы много путешествовали?
– заинтересовалась я.

– Не погрешу против истины, если скажу, что бывал там, где столетиями не ступала нога человека.

– Вот это да!
– восхитилась я.
– Это по работе, да?

Он кивнул.

– Долгое время я возглавлял научные экспедиции, приходилось и под землю спускаться, и подниматься на вершины Памира.

– Наверное, столько интересного повидали!
– Я, любопытствуя, снова забралась в кресло и приняла от магистра фарфоровую чашку с горячим напитком.

– Если я начну вам рассказывать, то вы состаритесь и умрете, не дослушав, - пошутил он, улыбнулся натянуто, но мне почему-то не стало смешно.

Я предпочла промолчать, отхлебнула чай - он оказался горьковатым и со странным, но приятным вкусом.

– Итак, пока вы пьете, я хотел бы объяснить, зачем позвал вас. Там, на лекции, мне было неудобно касаться сугубо ваших дел, вы понимаете, наверное, лектор обязан держать аудиторию.