Ловушка повелителя

В Лондоне было раннее утро. По набережной быстро шагали двое — мужчина и женщина. Многочисленные пешеходы толкали друг друга, спеша по своим делам, но суетливая толпа огибала эту пару, словно ее окружало и защищало невидимое облако.

Мужчина, одетый в длинное черное пальто, с кроваво-красным шарфом, обвивающим шею, был высок и изящен, и лишь седеющие виски выдавали его возраст. Женщина, спешившая следом, выглядела моложе, короткие темные волосы обрамляли бледное, но удивительно красивое лицо. Она держалась совсем не так спокойно, как спутник, ее глаза сосредоточенно изучали толпу.

— Макс, мне это не нравится, — тихо проговорила Ворон.

— Ты говорила то же самое как минимум в семи последних поездках, — хладнокровно заметил Нерон.

— Это ловушка, — с настойчивостью ответила Ворон, — у меня нет сомнений.

— Вполне возможно, — парировал Нерон и слегка улыбнулся уголками губ. — Но Григорий — один из моих старинных и наиболее преданных союзников. Если он говорит, что ему нужно срочно встретиться со мной, я не могу отказать.

— Но почему именно здесь? В открытом месте, практически не защищенном от нападения?

— Значит, у Григория есть причины. — Нерон невозмутимо пожал плечами. — Он слишком стар и мудр для того, чтобы идти на ненужный риск.

Нерон надеялся, что его доверие к старому другу послужит достаточным доводом для Натальи, к тому же сам верил, что Григорий не стал бы рисковать без крайней необходимости. Григорий Леонов, как и Нерон, являлся одним из старейших членов правления АТОМа, Ассоциации Террора, Обмана и Мошенничества, и достичь такого положения можно было, лишь имея чрезвычайно развитый и обостренный инстинкт выживания. Нерон совершенно не представлял себе, что именно заставило его старого друга назначить встречу в таком людном месте, но точно знал, что к этой просьбе следует прислушаться.

— Надеюсь, тебе не придется разочароваться, — колко заметила Ворон. Когда она сердилась, ее русский акцент, обычно очень слабый, становился заметнее. — Потому что если ты ошибаешься, то очень-очень скоро все будет очень-очень плохо.

— Именно поэтому ты здесь, хотя Григорий настаивал на том, чтобы я приехал один, — нетерпеливо сказал Нерон.

— Иногда ты слишком веришь в меня, Макс — озабоченно ответила Ворон. — Надо немедленно уходить отсюда. Это просто глупо.

— Это мое дело, Ворон, только мое. Нерон специально назвал девушку ее кодовым именем — таким образом он тактично, но твердо дал ей понять, что, хотя ценит ее советы, решения принимает сам.

— Отлично. — Ворон остановилась и взглянула на него. — Я стану… как можно незаметнее.

— Тебе лучше знать.

Нерон посмотрел на часы. До назначенного времени оставались считанные минуты.

— Дай мне знать, если возникнет хоть малейшее подозрение.

— Конечно, — заверил Нерон. — Будем надеяться, что все пройдет как надо.

— Разумеется, — мрачно усмехнулась Ворон, повернулась и растворилась в толпе.

Нерон неспешно направился вдоль реки. Встреча была назначена рядом с гигантским колесом обозрения, называемым «Лондонский глаз». На своем веку Нерону довелось видеть немало детищ новейшей конструкторской и инженерной мысли, да и УДАВ был учреждением впечатляющего масштаба, но «Лондонский глаз», нависающий над Нероном, даже на этом фоне поражал воображение.

— Здравствуй, Макс, — внезапно раздался рядом знакомый голос.

Нерон обернулся и оторопел от неожиданности. Прежде Григорий Леонов походил на гигантского медведя, который до боли стискивал в объятиях своих ближайших друзей. Теперь же он изменился до неузнаваемости — похудел, постарел, вид у него был явно нездоровый, встревоженный и недоверчивый, будто он постоянно ожидает нападения. Он не попытался обнять Нерона, не протянул ему руки, лишь слабо и печально улыбнулся.

— Григорий… — пробормотал Нерон, не в силах сдержать изумление при виде друга, пребывающего в столь жалком состоянии.

— Рад, что ты пришел, дружище, — негромко сказал Леонов. — Мне больше не к кому обратиться.

— Что случилось, Григорий? — с неподдельным беспокойством спросил Нерон.

— Ты пришел один? — пристально взглянул на него тот.

— Как обычно, — ответил Нерон, не желая лгать.

— Понимаю — с тобой, как всегда, твой ангел-хранитель, — усмехнулся Леонов.

— Наталья кто угодно, но только не ангел, — парировал Нерон.

— Ты прав, — тихо засмеялся Григорий.

На мгновение Нерон увидел старого друга таким, каким знал его многие годы, но тут же тот снова стал печальным и озабоченным.

— Идем, дружище. — Григорий взял Нерона за локоть. — Поговорим там, где нам никто не помешает.

Он потянул его к лестнице, ведущей на площадку, где своей очереди дожидались желающие прокатиться на великанском колесе обозрения. Не обращая внимания на туристов, он кивнул служителю и вошел в ближайший вагончик. Нерон подумал, что служитель, вероятно, нынешним утром заметно обогатился. Дверь закрылась, и вагончик в виде капсулы со стеклянными стенами начал медленно подниматься над серыми холодными водами Темзы.

Внутри могли поместиться две дюжины человек, но Нерон и Григорий оказались здесь только вдвоем. Несомненно, это было идеальное место для тайной встречи, где никто не смог бы подслушать их или незаметно подобраться близко. Григорий стоял, держась за перила, и смотрел на воду. Было похоже, будто он пытается собраться с силами, чтобы повернуться к Нерону и начать разговор.

— Что тебе известно об Инициативе Возрождения? — наконец спросил он, прищурившись и взглянув Нерону прямо в глаза.

— Слышал кое-что, но ничего существенного, — спокойно ответил Нерон.

Это было неправдой. Об этом секретном проекте он знал гораздо больше, чем ему самому хотелось бы. В прошлом году Сайфер, после провала его попытки захватить Академию, успел рассказать ему немало. Сайфер был безумен, но Нерон не имел причин ему не верить. Тогда он и выяснил, что сам Первый, глава АТОМа, пытался возродить искусственный разум по имени Повелитель и для этого создал зловещий проект под названием Инициатива Возрождения, который держал в тайне от остальных злодеев мира. Нерону еще много лет назад однажды пришлось испытать на себе могущество и злобу искусственного интеллекта, в результате чего он почти чудом остался в живых, и теперь он не мог даже предположить, что именно побудило Первого разработать этот не только опасный, но и безумный план. Когда-то Первый сам помог остановить разбушевавшегося Повелителя, а теперь, похоже, пытается тайно вернуть его к жизни — но зачем?