Чтение онлайн

–  Я знаю, что такое гномон. Такой специальный шпенек на солнечном циферблате, который показывает время, отбрасывая тень, - сообщает Клит со значением в голосе. И ухмыляется, весьма довольный собой.
– Гномон, циферблат, время… Что дальше? Темпоральная физика! Этот парень не смог устоять против искушения подбросить нам ключик, верно?

Порфирио неопределенно пожимает плечами и молчит. Клит доедает свои картофельные чипсы, а потом, перевернув жестянку, вытряхивает раскрошенные остатки на ладонь.

–  Я думаю, - начинает рассуждать он, покончив с чипсами, - когда его программировали на «счастливое место», то фиксация произошла вовсе не на бейсболе. И я думаю, что это был год, исторический год, правильно? Золотой 1951-й! И может быть, он просто вынужден был постоянно возвращаться туда, как маньяк?

Порфирио никак не реагирует на эти слова.

–  Ну и чем же все это закончилось?
– интересуется Клит с ноткой жадного предвкушения в голосе.

Но ничего еще не закончилось, во всяком случае, не тогда. Пор-фирио первым делом запросил у Компании подкрепление, ибо поступить иначе было бы фатальным кретинизмом. Словом, к тому моменту, когда он показал на проходной телестудии полицейский жетон Лос-Анджелеса, Удивительный Гномон уже давно закончил свою часть программы и ушел.

Менеджер канала мало что сумел рассказать Порфирио про странного фокусника. Ему платят чеками, которые отсылают на адрес арендованного почтового ящика. У него нет и прежде не было агента. Никто понятия не имеет, где он живет. Он просто появляется на студии каждую третью субботу и пробивает свою табельную карточку вовремя, как часы. И он всегда работает только в закрытом павильоне, но это довольно обычное дело для сценических магов и фокусников.

–  И кроме того, - добавил после паузы смертный, слегка содрогнувшись.
– Этот Гномон никогда не стирает свой проклятый сценический костюм! Просто надевает и идет под софиты, и тут же начинает вонять… Уж поверь мне, приятель, все мы каждый раз просто ждем не дождемся, когда он закончит со своими фокусами! Оператор, который постоянно работает с этим парнем, вынужден забивать в ноздри тампоны, чтобы вытерпеть его вблизи… Каково это, по-твоему? Но зато - талант! Какой артист, какое шоу!

След по запаху крайне воодушевил Порфирио, хотя довел его в итоге лишь до ячейки в камере хранения автобусной станции. Из ячейки был извлечен пресловутый сценический костюм: старое, изрядно вытертое пальто балахонистого покроя, клетчатые штаны мешком и клоунские башмаки - все невыносимо грязное и вонючее. Никаких потайных карманов или двойной подкладки, где можно было бы что-нибудь спрятать. И никакого намека на то, где обретается владелец этих вещей…

Но к этому часу Компания уже успела мобилизовать всех оказавшихся под рукой безопасников и перебросила их в 1951-й на Западное побережье Штатов. Словом, не прошло слишком много времени до того, как эта сборная команда успешно выследила Роберта Росса.

И теперь осталось только сообразить, а что же, дьявол его забери, делать дальше.

У Клита снова озабоченное выражение на лице.

–  О черт, а я никогда не задумывался об этом… В самом деле, как арестовать одного из нас?

Порфирио испускает низкое горловое рычание. Однако гнев его направлен не на Клита, а на некое высокопоставленное лицо, которое придумало усадить Клита ему на шею.

–  Значит, ты готов поймать вторую гранату, малыш?
– с ехидной усмешкой спрашивает он.

И мгновенно, не дожидаясь ответа, выбрасывает вперед - ладонью вверх - напряженную правую руку (откидываясь при этом назад, чтобы не задеть ветровое стекло «фольксвагена»), делает неуловимое движение кистью (как Человек-паук, выбрасывающий липкую нить), и Клит успевает ухватить взглядом блестящее острие, молнией вылетающее из рукава Порфирио, и - хоп!
– укол в стекло (укус королевской кобры?), и…

И все, Порфирио спокойно сидит в расслабленной позе.

На ветровом стекле бледно-розовая капелька.

–  Будь я проклят!
– с невольным восхищением восклицает глубоко впечатленный Клит, одновременно испытывая весьма неуютное чувство, поскольку у него-то нет такого оружия. Он прикидывает, нервно прочищая горло, как бы лучше спросить про розовую жидкость, не показавшись перепуганным молокососом. В школе на Базе их всех постоянно заверяли, что оперативники иммунны к любому яду.

–  Это не яд, - говорит Порфирио, без труда читая мысли напарника, - а дериват теобромина [1]. И если я сейчас кольну тебя, к примеру, в ногу… Ты просто уснешь и будешь дрыхнуть без задних ног двенадцать часов, вот и все.

–  О! Нормально, - поспешно откликается Клит. Хотя чего уж может быть нормального в том, что центральная часть фундамента привычного для тебя мира только что рухнула и рассыпается в прах.

–  Ты можешь добавить капельку этой жидкости в напиток другого оперативника, - терпеливо объясняет Порфирио.
– Или сделать инъекцию с помощью вживленного устройства, как я показал. Но уколоть его издали, как дикого зверя, ты никак не можешь, вот в чем проблема. Каждый из нас шутя поймает дротик в воздухе на лету… И получается, что ты должен быть рядом с ним. Только так! Лицом к лицу, рука об руку, понятно? Слушай внимательно, малыш: тебе придется придумать для него западню. Заманить в ловушку.

Роберт Росс сидел в западне. И похоже, что он сам ее для себя выбрал.

Как выяснилось, он поселился в Голливуде, в старом жилом доме гостиничного типа поблизости от Франклин-авеню. Здание было сложено из массивных каменных блоков и торчало на холме, как древний мегалит. Роберт снимал комнатку в подвальном этаже с одним крошечным окошком, которое выходило наружу ниже уровня уличного тротуара. Возможно, из этого окошка и можно было в течение часа или двух видеть солнечный свет в летний период, но для этого желающему пришлось бы залезать на стул. А заодно и хорошенько вымыть стекла.

Первый заместитель начальника штаба Операции-1951 изучил информацию, поступившую к нему от разведчиков, и в изумлении покачал головой. Если оперативнику, действующему в крупном городе, требуется безопасное место, он обыкновенно выбирает непрочную каркасную постройку, и притом густо заселенную смертными, что чрезвычайно полезно. В Лос-Анджелесе на текущий момент существовало никак не менее сотни дешевых меблирашек, которые могли послужить вполне надежным укрытием для Роберта Росса, так как идеально соответствовали этим двум существенным критериям.