Чтение онлайн

Это всегда был целый ритуал. Мало кого к нему допускали – здесь собирались те пацаны, которых уважали в школе. Чем-то это напоминало тюремную систему: чтобы заработать авторитет, пацан должен был ничего не бояться, быть готовым в любой момент перейти в конфронтацию – как словесную, так и рукопашную. Кроме того, он должен был «вписываться» во всех школьных разборках за класс и общаться со «старшаками» – авторитетными парнями с района, которые уже окончили школу. Арсен несколько раз очень жестко проявлял себя в драках, все знали, что он всегда даст отпор, поэтому он был вхож в этот круг.

Банковал на этих тусовках парень со странной кличкой Сигма, гласный и негласный лидер их школы. Он имел какой-то выход на местных барыг, которые брали его с собой на план. Потом Сигма рассказывал истории о том, как они раздевали девушек, приезжавших с ними, пускали их бегать по полю и затем ладонями собирали с них осевшую пыльцу, накатывая так называемую мацанину [7] . Все сомневались в правдивости таких историй, однако, поскольку шмаль у Сигмы действительно была всегда, с циничной улыбкой слушали и расспрашивали про детали.

На двери у туалета они ставили кого-нибудь достаточно крепкого, чтобы держать оборону, но недостаточно авторитетного в школе, чтобы курить с ними вместе. Секьюрити, щедро раздавая пинки и подзатыльники, спроваживал от туалета желающих использовать его по прямому назначению, получая за это ощущение причастности к этому кружку избранных и иногда, в довесок, – пяточку шмали от Сигмы.

Марихуану забивали в папиросу, иногда еще прижимали дверью, чтобы спрессовать, затем получившуюся козью ножку «взрывали» и передавали по кругу. Потом беспричинное посмеивание и многозначительные переглядывания на уроках вновь выделяли избранных из общей ученической массы и вызывали удивленные взгляды одних и зависть других одноклассников.

Сигма был крайне неприятен Арсену своей немотивированной жестокостью по отношению к тем, кто слабее. Он любил выбирать себе жертвы среди таких ребят и постоянно при всех унижать их.

Однажды Арсен увидел, как Сигма, сидя на корточках, подозвал какого-то парня из параллельного класса и, когда тот подошел, подпрыгнул, ударил мальчишку ногой в лицо, сломав ему нос. Все, кто видел это, отреагировали очень по-разному. Кто-то громко засмеялся, кто-то начал успокаивать Сигму, который в тот момент уже стоял над парнем, как бы размышляя – бить ли его дальше. Кто-то с интересом наблюдал за продолжением.

Арсен в этот момент понял, что никто не защитит этого мальчишку, который сжался на полу, прикрывая окровавленный нос. Отец всегда учил Арсена отстаивать свое, но никогда не бить слабого. Отец учил Арсена останавливать несправедливость, которую видишь. Отец учил Арсена никогда не бояться. Поэтому он встал и оттолкнул Сигму. В тот момент он уже знал, что его больше никогда не позовут на туалетные посиделки со шмалью.

– Сигма, расслабься, че ты до человека докопался?

Сигма со злостью посмотрел на Арсена и сплюнул ему под ноги.

Они стояли друг против друга, готовые сцепиться в любую секунду. Но что-то не давало им обоим этого сделать. Они стояли так пять секунд… Арсен видел, что у Сигмы напряжена каждая мышца, что его глаза ищут – куда ударить. Десять секунд… Все остальные пацаны из школы замерли, ожидая схватки титанов. Пятнадцать секунд… Арсен достал из кармана платок, наклонился и приложил его к разбитому носу парня, повернувшись к Сигме спиной. Тот развернулся и ушел.

После этого случая большинство пацанов, которые входили в их «узкий круг», перестали общаться с Арсеном. С ним лишь молча здоровались – в кодексе школьной чести отказ поздороваться (посаламкаться, как они тогда это называли) был сильнейшим оскорблением, после которого каждый сколько-нибудь уважающий себя пацан должен был бить. Бить сразу же, несмотря на место, наличие поблизости учителей и соотношение сил. В школе у него осталось двое друзей: Залик – его друг с пяти лет, с которым они были неразлучны до конца школы, в любой передряге поддерживая друг друга. И Леша – тот самый парень, которому Сигма сломал нос. Он оказался добрым, умным мальчишкой – два качества, которые ни во что не ставились в их школьном внутреннем рейтинге доблести.

Арсен держался так же, как и раньше: ходил с поднятой головой, делал то, что считал нужным, и, как бы то ни было, все продолжали его уважать. Но внутренне он тяжело переживал это первое в своей жизни отчуждение от привычной среды.

Иногда Арсен сталкивался взглядом с Сигмой и всей кожей чувствовал, как тот его ненавидит. Он ощущал, что Сигма что-то готовит. Что тот момент, когда они стояли лицом к лицу – два лидера, готовые уничтожить друг друга, – все еще продолжается, и рано или поздно Сигма нанесет удар, который не нанес тогда. Так продолжалось полгода, а потом Сигма куда-то исчез. Поговаривали, что он изнасиловал девочку из восьмого класса и его отправили в исправительную колонию. Арсен больше никогда ничего про него не слышал.

Почти сразу после исчезновения Сигмы отношение к Арсену резко поменялось. С ним стали общаться, звали его на домашние вечеринки, другой парень пробил каналы по шмали, и вновь в туалете стали устраиваться сборы узкого круга, и вновь Арсен стал там появляться. Он почувствовал, что школьный социум стал притягиваться к нему, и понимал, что сейчас он может занять место Сигмы – абсолютного лидера школы, но не захотел этого. Просто не захотел.

Воспоминания, спровоцированные острым, едким запахом марихуаны, отвлекли его от происходящего в комнате, между тем все успели покурить и теперь расслабленно молчали, наслаждаясь каннабиоидной негой. Арсен сидел на полу, прислонившись к стенке шкафа, Лена лежала у него на коленях и держала его за руку. Арсен оглядел гостей так, словно видел их впервые, и обратился к Инне:

– Инна, хочу у тебя спросить одну вещь.

– Да, конечно, спрашивай. – Инна повернулась к Арсену.

– Инна, ты почему в речи используешь слово «хач»?

Девушка немного растерялась, но тут же слегка смущенно заговорила:

– Арсюш, ты на свой счет это принял? Ты что! Мы же знаем, что ты у нас совсем другой – умненький, хороший!

– Я на свой счет не воспринял, я тебя спрашиваю: почему ты в речи используешь слово «хач»?

– Считаю нужным и использую, – раздраженно ответила Инна, скрестив руки на груди.

– А ты знаешь, что это слово означает?

– Арсен, мне уйти?

– Нет, не уходи, просто ответь мне: ты знаешь, что это слово означает?

– Ну, не знаю, допустим.

– Оно означает крещеный армянин. Тот парень, с которым эта девушка встречается, – он крещеный армянин?

– Нет.

– А зачем тогда ты его так называешь?

– Арсен, я так называю людей, которые непонятно откуда, непонятно зачем в Москву приезжают!

– А которые понятно зачем приезжают – их ты как называешь?