Чтение онлайн

– Что значат эти слова?

– Ничего не значат. Напоминают они братьям нашим меньшим, кому боги отдали власть над миром. Человеку. Но не каждый человек той власти достоин.

– Простите за удар кнутом, - сказал архан, подходя к лежавшему на обочине Миру.
– Я действительно не хотел, но иногда рука быстрее разума, вы же так неосмотрительно бросились под лошадь...

Рэми оторвал взгляд от лошади и понял, что если он хочет уйти, то уходить надо сейчас.

– С вашим другом все в порядке, - продолжил маг, не замечая волнения Рэми.
– Сейчас мы его разбудим.

Сейчас он разбудит Мира и обратит внимание на Рэми, проверит его знаки и поймет, наконец-то, что дорогой плащ покрывает плечи рожанина.

Глаза незнакомца засветились синим, проступили на запястьях сквозь рукава знаки рода, синие, как и подобает архану, разорвали воздух магические фразы. И в воздухе запахло озоном.

Рэми сделал шаг в сторону леса, стараясь не замечать внимательного, понимающего взгляда излишне умного коня.

– Мир!
– воскликнул архан.

В голосе его послышалось такое облегчение, что Рэми мгновенно перестал беспокоиться об оборотне, начал беспокоиться о себе и метнулся в сторону леса.

– Арман!
– услышал Рэми недовольный, усталый голос Мира.
– Это опять ты...

Арман... О боги, откуда ему знакомо это имя?

– Прячься, идиот!
– раздался за спиной раздраженный шепот.

Чья-то сильная ладонь заткнула Рэми рот. Обожгло болью раненое плечо. Полулишившись сознания, чувствовал Рэми, как его тащат в ближайшие кусты, бросают лицом на кучу прошлогодней листвы и что-то наваливается сверху, вжимая в гниющую мякоть.

Запах мокрой земли казался невыносимым, вызывая тошноту. В рот набились листья. Окатила с головой паника.

– Молчи! Ради всех богов, молчи!
– зашипел кто-то, а со стороны дороги раздался крик оборотня:

– Держи Рэми! Держи придурка!

– Сиди тихо, - прошипел кто-то на ухо, надавив Рэми на затылок.

Рэми сидел. Вернее, лежал. И усиленно старался не замечать ни ноющей боли в плече, ни накатывавшей волнами слабости, ни смыкающихся глаз.

Он вдыхал запах прелых листьев, и слушал, как неподалеку кричит и ругается оборотень, как осторожно отвечает ему Арман, явно пытаясь успокоить... Как раздается на дороге лошадиный топот, и к двум голосам присоединяются другие. А вокруг начинает шуршать...

– Только этого не хватало! Вот удружил, Рэми. Рожу спрячь!

Рэми повиновался, задыхаясь от запаха гнили. Но надолго его не хватило. Осторожно оторвав лицо от преющих листьев, он выглянул из-за кустов на поляну и тотчас пожалел о своей смелости: стоявший на поляне Арман медленно опускал на плечи капюшон плаща. Тот самый Арман, которого Рэми не еще знал, а уже почему-то ненавидел.

Разве можно было не ненавидеть эти высокомерные голубые глаза? Эти прилизанные, словно нарисованные, светлые волосы? Это белоснежное, будто из льда высеченное лицо? Сжатые в презрении тонкие губы? Длинные пальцы, унизанные перстнями, что ласково поглаживали рукоятку кнута?

И разве можно сознавать, что ты гораздо сильнее, гораздо способнее, но этот... архан, а должен лежать в кустах? Дрожать от страха - и перед кем? Перед слабым магом. Но он - маг, потому что архан. А ты - ты рожанин, потому - колдун. Пусть и сильный. И даже через щиты Армана тебе никогда не проникнуть, не увидеть, что он чувствует на самом деле. Не дано тебе этого.

И самое главное - почему так сердце ноет? Почему хочется выйти, заглянуть в холодные глаза архана, гордо вскинув голову. Ответить на его взгляд, как равный. Рэми почему-то знал, что имеет на это право. Но в то же время хотелось чтобы Арман наконец-то ушел, оставил их в покое.

Арман медленно натянул перчатки, тихонько свистнул. Раздался топот копыт, и из кустов орешника выскочил Огнистый. Рэми вновь вжался в листья, когда упали невдалеке на землю красные искорки, оставляя яркие звездочки, когда прошлись рядом огромные, черные копыта, когда конь захрипел, подчиняясь уверенной руке архана.

– Тише, Искра, - сказал Арман, и его голос вызвал у Рэми новый приступ дрожи.

О боги, что сегодня за ночь? Почему так действуют на него и Мир, и Арман, почему так тяжело на сердце, будто совершает Рэми огромную глупость, хоть и приказывает разум прятаться?

Арман встал между конем и Рэми, ласково поглаживая точеную морду животного. Раскосые глаза Искры ответили хозяину теплом и вдруг уверенно пронзили раскрашенную осенью листву встретившись взглядом с Рэми. Показалось рожанину или в самом деле где-то в пылающей жаром душе Огнистого шевельнулось... осуждение?

"Не выдавай меня, - молил Рэми.
– Прошу..."

Конь понял. Глаза его на мгновение вспыхнули искрами, и взгляд отпустил Рэми, вновь переходя на хозяина. Лаская, прося прощения, что не выдал чужака. Рэми вздохнул с облегчением. Арман ловко вскочил в седло, заставил огнистого развернуться и ускакал в туман.

Вскоре раздались с дороги недовольные крики, сменившиеся топотом копыт, и все замерло. Рэми почувствовал, что его отпустили. Услышал, как кто-то рядом тяжело поднялся, вздохнул облегченно. И только тогда обернулся, впервые увидев лицо своего то ли друга, то ли похитителя. Сердце дрогнуло, раз, другой, с губ сорвалось глупое:

– Что здесь делаешь, Жерл?

– Я? Я тут работаю, - холодно ответил старшой, подавая Рэми руку и помогая встать.
– А ты? Впрочем, и так понятно, не отвечай. Я рад, что ты выбрал правильно.