Чтение онлайн

— Будешь среди гастатов.

— А я, если не возражаете, хотел бы занять место у орудий. — Октавий вопросительно взглянул на Зодчего. Архитектор утвердительно наклонил голову, и жрец повеселел.

— А где будет Атэр? — спросил Гай, не глядя на элланку.

— Говорят, он обладает магией, — Корнелий задумчиво оглядел карту. — Его силу я бы приберег. Оставил в резерве. В кавалерии.

Иллинеец выпрямился на стуле, собираясь что-то сказать, но Зодчий опередил его:

— И тебя Рамир, я попрошу занять место в коннице. — Архитектор заметил недоумение на лице мужчины и добавил: — Поверь, ты должен быть именно там.

— Лучше не спорь. — Добродушно посоветовал Ориан. — Зодчий всегда прав.

Гай, подтянул к себе лист с расстановкой сил:

— Если бы мы точно знали численность войск Хозяина…

— Мы знаем приблизительно, — Корнелий выудил из стопки на краю стола лист папируса.

— Приблизительно — не то слово, которое внушает уверенность, — возразил Гратх.

В этот момент дверь за его спиной открылась бесшумно, повеяло горячим, словно из печи, ветром. Плеча преторианца коснулась легкая рука и грудной, бархатный голос произнес:

— Две тысячи пехоты…

Гратх обернулся и увидел золотые глаза. Только спустя несколько мгновений он разглядел лицо удивительной красоты, пушистые белые волосы, шею без единого украшения…

— Это Вьюлап, — произнес Зодчий в тот момент, когда преторианец уже скользил взором по стройному силуэту в длинном химатионе. — Наш главный союзник.

Виверна улыбнулась Гаю, равнодушно оглядела остальных, потрясенных ее появлением, и заглянула в пергамент.

— Я обещала сегодня дать точные сведения. Пиши. Две тысячи низших демонов. Из них триста, гоплиты Голта — эти хорошо обучены и дисциплинированы. Сто тридцать колесниц, запряженных силистийскими гарпами.

Услышав тревожное восклицание Октавия, виверна пренебрежительно пожала плечами:

— В это время года они неактивны…

Жрец заерзал в кресле, сердито насупившись, а Вьюлап продолжила:

— Пять ил нелунгов.

— В одной иле — шестьдесят, нет, шестьдесят четыре всадника… — послышались бормотания рэймлянина, явно пытающегося снова привлечь к себе внимание виверны.

Вьюлап чуть повернула голову в его сторону:

— Всего триста двадцать. Поверь, они не стоят такого беспокойства. Однако, это не все. — Она выдержала паузу и произнесла значительно. — Пятнадцать лапифов.

— Но пятнадцать это же не так много, я думаю, — осторожно заметил Октавий, с восхищением поглядывая на златоглазую девушку.

— Они очень сильны, — виверна присела на ручку кресла Гая, продолжая смотреть в записи. — Очень выносливы и живучи. Кроме того, выпускают по стреле в четыре мгновения. И не просто стреле. Лапифы бьют костяными змеями.

— Двести двадцать пять гадин в минуту, — прошептал потрясенный жрец и непроизвольно сглотнул.

— Поэтому проследите, чтобы у людей была тяжелая закрытая обувь. Даже не задев противника и упав на землю, «стрелы» лапифов продолжают бой.

— Это очень ценные сведения, — воодушевленно заявил Октавий, продолжая коситься на Вьюлап.

— Один из вас в этой битве должен лететь со мной. — Она повернулась к Гаю. — Я хочу, чтобы это был ты.

Жрец сердито насупился.

Вьюлап вытянула шею, склоняясь к свитку, на котором Лонг начертил квадраты манипул. Рассмотрела их, щуря золотые глаза. И одобрительно кивнула:

— Поторопитесь.

Легко поднялась, сделала полшага к выходу и, неожиданно пригнувшись к уху Гратха, шепнула: «На улице… Жду тебя».

— Солдаты полны уверенности в победе. — Негромко произнес Ориан, задумчиво поглаживая бороду, когда за ней закрылась дверь.

— И я разделяю их веру, — Корнелий выпрямился и, казалось, стал выше ростом. — Такого огромного войска не было за историю всех империй! Кроме того, сегодня мы точно знаем, что численность нашей армии в восемь раз превосходит демонскую.

— Да-а, — протянул Критобул, впечатленный цифрами и насмешливо покосился на Гая. — А ты все «орда-орда»!

Гратх хотел напомнить атлету, что тот сам всего полчаса назад выражал сомнения по любому поводу. Но тут заговорил Зодчий:

— Не стоит забывать, кто наши противники. Сила одного низшего равна силе пяти человек. Кроме того, от их вида люди испытывают неконтролируемый ужас.

— Все мы помним об этом, — сухо заметил Корнелий. — Но моих воинов, как ты уже слышал, больше не в пять, а в восемь раз. Я уверен в победе. И считаю, совет завершен.

Консул встал. Остальные тоже стали подниматься. Заскрипели ножки скамей и кресел.

— Арэлл, Рамир, прошу вас, останьтесь, — голос Зодчего перекрыл шум. Юноша с девушкой вновь опустились на свои места.

— …Вы помните свое прошлое? — спросил архитектор, когда комната опустела.

— Смотря что ты называешь прошлым, — иллинеец с улыбкой взглянул на Арэлл. Но та не разделила его иронии, сосредоточенно хмуря брови.

— Почти ничего, — ответила она, наконец. — Трисмес провел надо мной ритуал Миркары и попытался показать минувшее. Но иногда я сама не верю в то, что видела.

Зодчий вопросительно посмотрел на Рамира.

— Нет. Не помню, — сказал тот. — Быть может, ты скажешь, что именно мы должны знать?

Архитектор повел рукой в сторону, словно приглашая кого-то войти. Послышался тихий шорох.

Иллинеец и элланка оглянулись. У полок со свитками стоял человек, закутанный в длинный плащ цвета высохшей земли. Никто не заметил, как он появился в комнате.

Незнакомец сделал шаг в сторону удивленной Арэлл и поклонился ей.

— Благодарю тебя, — услышала она шелест из-под капюшона. — Ты услышала меня и пришла. И привела их.

Девушка взглянула на Зодчего, ожидая объяснений.

— Это срединный мир, — произнес тот, с печалью глядя на скорбную фигуру. — Дух срединного мира.