Чтение онлайн

Наблюдая за единственной женщиной, которая что-то значила в его жизни, Тома на время забыл о собаках и соседях. Он смотрел на нее не отрываясь. Она хлопотала на кухне, готовила, открывала шкафчики, ставила на стол тарелку или кастрюлю. Она была здесь, всего в нескольких десятках метров от него, на расстоянии голоса, даже не подозревая о его присутствии. Тома искренне надеялся, что она смогла пережить его отъезд и найти свое счастье. Глядя на нее в этот вечер, можно было подумать, что ей это удалось, что у нее все благополучно. Но опыт научил Тома, что за внешней видимостью может прятаться боль длиною в жизнь. В каждой женщине, каждом мужчине скрыта история, о которой невозможно догадаться с первого взгляда. Селин была матерью и женой. Похоже, счастливой в браке. Но что ей пришлось пережить, чтобы выкарабкаться? Тома чувствовал себя одиноким, потерянным, виноватым. Он боялся, что его загрызут собаки, но по-настоящему в данный момент его грызла совесть.

– У вас усталый вид. Видимо, сказалась смена часовых поясов. Может, перенесем последнюю беседу на завтра?

– Нет, Полин, вы очень любезны, но я все же закончу сегодня. Мадам Тремельо не поймет, почему ее единственную не приняли.

– Тогда я схожу за ней.

Тома решил встретиться с каждым постояльцем наедине. Чтобы никого не обидеть, он вызывал их в алфавитном порядке. Все как один сказали самые добрые слова в адрес мадемуазель Шоплен и плохо отозвались о бывшем директоре. Каждый выдал маленькие секреты других постояльцев. Так доктор узнал, что Жан-Мишель обожает сладкое, что красиво уложенные волосы Шанталь – всего лишь парик, что Франсис занимается чем-то недозволенным и опасным в саду, что Франсуаза верит в духов, а Элен съедает все до последней крошки, но весит при этом очень мало.

Доктор встал, чтобы встретить свою последнюю на сегодня собеседницу.

– Входите, мадам Тремельо. Присаживайтесь, пожалуйста.

– Вы можете называть меня Элен, если хотите.

– Тогда называйте меня Тома.

Старушка очень мило рассмеялась, словно юная девушка. Тома произвел небольшую перестановку мебели вокруг своего стола. Теперь в его директорском кресле сидели посетители, а сам он взял себе стул. Усаживаясь, мадам Тремельо огляделась вокруг, как любопытный ребенок.

– Знаете, я была здесь всего один раз.

– Отныне вы можете приходить сюда, когда пожелаете.

Она снова рассмеялась своим прелестным смехом. Тома отметил, что она красиво оделась и причесалась для их встречи.

– Итак, мадам Тремельо…

– Элен.

– Простите. Элен. Расскажите мне, как вы себя чувствуете.

– Знаете, доктор, грех жаловаться. Я излечилась от рака груди. Меня, конечно, мучает ревматизм, но это терпимо. У меня хороший аппетит, я прекрасно слышу и вижу. Не то что бедняжка Франсуаза, которая слышит не пойми что, или Жан-Мишель, который видит не дальше своей трости. Конфеты, которые он глотает целыми днями, ему явно не помогают.

Пожилая женщина внезапно заинтересовалась стоявшей на столе маленькой ракетой, сооруженной из пластиковой бутылки.

– Какая любопытная вещица. Это вы сами сделали?

– Нет, это подарок индийских детей из деревни, где я жил.

Элен явно ждала, что он разрешит ее потрогать, но доктор продолжил:

– Полин сказала мне, что с некоторых пор вы ощущаете усталость…

– Я была очень близка с мадам Берза, и ее смерть меня сильно потрясла. Мы делились друг с дружкой всякими секретами… Мне ее очень не хватает. Мы болтали, играли в карты. Остальные это не очень любят, а Франсис жульничает. И вот эта утрата плюс приближение осени…

– Понимаю. Я видел вашу медицинскую карточку. Ваши последние анализы превосходны, у вас есть все шансы отметить столетний юбилей. Полин мне также рассказала, что вы с удовольствием участвуете в творческих мастерских и обладаете кулинарными талантами.

– Я всегда любила готовить, доктор.

– Тома. А теперь я хочу спросить у вас, как спрашивал у остальных, что вам здесь нравится, а что нет. Есть ли у вас какие-нибудь замечания или пожелания, как сделать ваше пребывание здесь более приятным?

– Полин – настоящее сокровище. А ее малыш Тео просто прелесть. В остальном мое мнение вряд ли имеет значение, поскольку я наверняка вас скоро покину…

– Не говорите так, Элен.

– Я имею в виду не смерть, доктор, а отъезд. Моя дочь с зятем строят дом на юге. Я помогаю им по мере сил своими сбережениями. Они обещали взять меня к себе. Стройка заняла больше времени, чем предполагалось, но они заверили меня, что скоро дом будет готов.

– Я очень рад за вас. Что может быть прекраснее воссоединения с семьей!

– Мне показалось, что ваша семья тоже живет где-то здесь…

– Я действительно родился в этих краях, но у меня не осталось близких. Что касается нашего учреждения, вас устраивает питание?

– Не высший класс, конечно, но сойдет. Я привыкла довольствоваться малым. Во всяком случае, мы все обожаем выпечку Полин! Но знаете, она за все платит сама и отказывается от возмещения расходов.

– Спасибо, что предупредили меня, конечно, она не должна на это тратиться. Я разберусь.

– Нужно будет ее убедить, что мы в состоянии за себя платить, до того, как она повезет нас в гипермаркет…

Поняв, что сболтнула лишнего, Элен замолчала. Ее замешательство не укрылось от доктора.

– Насколько я понял, мадемуазель Шоплен отвозит вас в гипермаркет?

Элен в отчаянии ломала пальцы.

– Прошу вас, забудьте, что я вам сейчас сказала. Я не хочу, чтобы у девочки были проблемы из-за меня… Мы все знаем, что это запрещается, но для нас это как выход в свет. Бывший директор был категорически против, но мы делали это тайком. Пожалуйста, не говорите ей ничего.

– Не волнуйтесь, прошу вас. Просто объясните мне все.

– Раз в неделю Полин берет с собой одного из нас в большой гипермаркет на выезде из города. Мы имеем право покупать все, что нам захочется. Это вносит свежую струю в нашу рутину. Остальные составляют список и отдают тому, кто едет с ней… Вы ведь не станете ее ругать?

– Я даже думаю, что ей больше не придется делать это тайком. Но я с ней обязательно побеседую.

– Только не говорите ей, что узнали об этом от меня! Можете сказать, что Франсис проболтался, это вполне в его духе.