Чтение онлайн

Джози. Еще бы! Это такая потеха!

Майк. Тебе надо выйти замуж, обзавестись своим домом и не вести себя как последняя бесстыдница. (Помолчав, не без злорадства.) Да, но где найти порядочного человека, который тебя возьмет?

Джози. А мне порядочного и не нужно. От скуки с ним помрешь. Все они придурки, как ты. И не желаю я замуж, даже за самого лучшего, охота связываться с одним мужиком на всю жизнь…

Майк (с хитрой ухмылкой). Даже с Джимом Тайроном, а?

Джози молча на него смотрит.

Ну да, тебе нужен кто-нибудь побогаче! Я знаю. А у Джима будет куча денег, когда он получит наследство. (Язвительно.) Скажешь, тебе это и в голову не приходило? Так я и поверил. Я же видел, как ты на него смотришь, словно кот на сало.

Джози (с презрением). Думаешь, я стараюсь Джима женить на себе?

Майк. Ну, он-то с ума не сошел, но, может, ты надеешься поймать его, когда он будет в стельку пьян… Говори что хочешь, а я голову прозакладываю, что ты задумала его заарканить, это старик тебя надоумил. Он надеется застукать тебя вдвоем с Джимом, да еще при свидетелях, и с ружьем, чтобы припугнуть его и…

Джози (сдерживая гнев). Совсем свихнулся! Не ломай голову, не то лопнет.

Майк. Ну, старик на любое жульничество пойдет. Да и ты, господи прости, ему ни в чем не уступишь. Никогда не берегла свою честь, да и не очень разборчива насчет мужчин. Ты всегда бесстыжей была и еще гордилась этим. Разве не так? Скажи, что вру.

Джози. Да нет, не скажу. (С угрозой.) А теперь лучше заткнись. Я терплю, потому что хочу попрощаться добром. (Встает.) Но и у меня терпение сейчас лопнет.

Майк (поспешно). Подожди, дай договорить, нечего злиться. Я хотел сказать, что на этот раз желаю тебе удачи. У меня от твоего Джима Тайрона с его латынью, благородным воспитанием в иезуитском колледже, зазнайством нутро воротит. Можно подумать, что я рядом с ним не человек, а скотина. А кто он есть! Пьянчуга пропащий, за всю свою жизнь палец о палец не ударил, только в театре представлял, да и то пока жив был отец и доставал ему работу. (Мстительно.) Я уж помолюсь, чтобы ты его заарканила, а потом обчистила до последнего цента.

Джози (угрожающе делает к нему шаг). Еще слово, и… (С презрением.) Ах ты, гнида! Надо б было задержать тебя, пока отец не пришел и не выколотил из тебя всю душу, да неохота, уж больно ты мне опостылел. (Грубо.) А ну-ка, катись отсюда! Думаешь, он до вечера будет возиться со свиньями, пустомеля? (Идет налево, заглядывает за угол дома. С искренним испугом.) Вон он, пошел к амбару.

Майк в ужасе хватает саквояж, торопливо забегает за угол и скрывается в роще, в глубине справа.

(Следит за отцом и не замечает исчезновения Майка.) Смотрит на луг. Видит, что ты не работаешь. Побежал туда. Сейчас вернется. А ну-ка, сматывайся, если тебе жизнь дорога! (Оборачивается и видит, что его уже нет; презрительно.) Небось удрал уже за целую милю, заячья душа. (Снова заглядывает за угол; с насмешливым восхищением.) Ну и папаша! Старик, а как чешет! Шевелит своими подпорками, как годовалый жеребец, а злости в нем на все осиное гнездо хватит! (Возвращается и смотрит вдаль на тропинку, ведущую к лесу.) Вот и нет нашего Майка, туда ему и дорога. И деньги я стащила не ради него, а ради того мальца, которому я была вместо матери. (Отогнав воспоминания, вздыхает.) Ну вот, сейчас прибежит сам. Надо приготовиться. (Из-за двери своей спальни вытаскивает палку от метлы.) Не больно-то мне эта палка нужна, но старику нашему будет не так обидно. (Садится на ступеньку, прислонив палку к стене.)

Слева, из глубины сцены, вбегает ее отец Фил Хоген и кидается за угол дома, размахивая руками, сжатыми в кулаки: лицо его горит воинственным пылом. Хогену пятьдесят пять лет. Роста он среднего, с могучей шеей, сильными покатыми плечами, крепким торсом, короткими, толстыми ногами и большими ступнями. Руки у него короткие и мускулистые, кисти широкие, волосатые. Голова круглая, с редеющими русыми волосами. Лицо мясистое, курносое, с выдающейся верхней губой, большим ртом и голубыми глазами; брови и ресницы у него так выгорели, что напоминают белую щетину. На нем тяжелые башмаки, грязный комбинезон и неопрятная нижняя рубаха с короткими рукавами. Руки и лицо загорели и покрылись веснушками. На голове старая соломенная шляпа с широкими полями, которой уместнее было бы покрывать голову лошади. Голос высокий, интонации простонародные.

Хоген (завернув за угол, видит дочь и останавливается; с яростью). Где он? В доме прячется? Я из него дурь выбью, ленивый ублюдок! (Переносит гнев на нее.) А ты что, совсем язык проглотила, бесстыжая дубина?

Джози (с раздражающим спокойствием). Не лайся, не то я тоже могу из себя выйти.

Хоген. А мне на это плевать, коровища ты этакая!

Джози. Уж лучше быть коровой, чем таким безобразным козлом-недомерком. Садись-ка да поостынь. Старикам вредно носиться в жару да злобствовать. Солнечный удар может случиться.

Хоген. Катись ты со своим солнечным ударом. Ты его видела?

Джози. Кого это – его?

Хоген. Майка! За кем я еще могу гоняться, за папой римским? Он был на лугу, но стоило мне отвернуться, как его и след простыл. (Замечает вилы.) Да вот его вилы! Хватит врать!

Джози. Я и не говорю, что его не видела.

Хоген. Тогда где он прячется?.. Где?

Джози. Там, где ты ни за что не найдешь его.

Хоген. Посмотрим!.. Небось он у тебя в комнате под кроватью, олух! (Идет к крыльцу.)

Джози. Нет его там. Ушел, как ушли до него и Томас, и Джон, – сбежал от твоей каторги.

Хоген (смотрит на нее оторопело). Сбежал? Неужели решился на собственные ноги встать?

Джози. Да. Успокойся и сядь.

Хоген (растерянно садясь на камень, снимает шляпу, чтобы почесать затылок. С невольным уважением). Вот не думал, что у него хватит на это духа. (Распаляясь снова.) Но я знаю, он бы и не посмел, если бы ты ему не помогла. Дура мягкотелая!