Чтение онлайн

Неспешно подняв руку, она коснулась его губ длинным белым пальцем. Корри, застывшая на ступеньках, едва не сгорела от стыда при виде такого интимного, и все же странно театрального жеста, точно Бланш играла на публику. А публикой в этот миг была она, Корри. Гай с силой сжал запястье женщины.

– Assez [12] , – грубо буркнул он. – Мы не одни.

Уши Корри загорелись. Бланш снова улыбнулась, на этот раз торжествующе, и отвернулась, шелестя белым шелком. Корри на миг позавидовала неосознанной грации ее движений. Бланш казалась недосягаемой, заключенной в непробиваемую броню света, излучающей победное сияние женщиной, всегда получавшей все, чего хотела.

– Tu viens? [13]

Бланш с непередаваемо утонченным пренебрежением, поистине царственным безразличием повернулась спиной к Корри и нагловато-собственническим жестом взяла Гая под руку.

На какое-то мгновение, пока оба стояли на пороге, Корри почудилось, что их силуэты слились. Оба были почти одного роста, в белом, глаза совершенно одинаковые, но сходство на этом не кончалось. Было нечто еще, что связывало их, какая-то невидимая цепь, непонятное притяжение. Они могли и не касаться друг друга, но вечно будут кружить по соседним орбитам, как Земля и Луна.

Взгляды Корри и Гая на миг встретились, но дверь тут же захлопнулась. Послышались рев мотора, скрип гравия под колесами, и все стихло.

Корри трясло, но не от холода. Гай сказал как-то, что предпочитает блондинок. Однако забыл упомянуть, что Бланш де Шардонне – королева всех блондинок, истинный шедевр. Оригинал, созданный рукою мастера. Все остальные могли считаться лишь жалкими копиями.

Но он не объяснил ей кое-что еще, вероятно, намеренно, а такое простить нельзя. Жестокое и подлое предательство. Иначе это назвать невозможно. Как, должно быть, смеялись за ее спиной друзья Гая, когда он выставлял ее напоказ, словно циркового клоуна на потеху публике! Они-то знали Бланш и прекрасно понимали, что фонарь волен попытаться затмить луну, но вряд ли ему это удастся. Ведь Бланш – именно та деревенская девчонка, которую Корри так снисходительно жалела, – оказалась самой красивой женщиной из тех, что Корри приходилось встречать.

К утру ярость немного стихла, сменившись холодной спокойной решимостью. Гай предал ее, использовал как пешку в какой-то нечистой игре, но это ему с рук не сойдет. Будет и на ее улице праздник. Она обязательно отомстит. В свое время.

Как и ожидала Корри, она не видела Гая весь день. Вечером она даже не взяла со столика шоколад, боясь, что он застрянет у нее в горле. Гай, очевидно, собиравшийся на встречу с Бланш, едва успел поймать Корри на лестнице.

– Что случилось? Вы на диете?

– Конечно, нет.

В этот момент она ненавидела его, как никогда, безумной, бессмысленной ненавистью.

– Просто я решила отказаться от шоколада, – с достоинством пояснила девушка.

– Почему?

– Сама не знаю, – скучающе бросила Корри. – Детская привычка. Вряд ли я вообще его любила. Пора начинать есть поменьше сладкого.

– Как пожелаете. До свидания.

Кажется, он сгорал от нетерпения поскорее убраться. В четыре утра она спустилась вниз и забрала шоколадку. В комнате Гая темно, дверь распахнута, очевидно, он не ночевал дома. Девушка поднялась к себе «и съела под одеялом всю плитку, искренне жалея, что судьба столкнула ее с Гаем де Шар донне.

Спала она плохо и наутро, поглядевшись в зеркало, ужаснулась. И вообще что это за внешность. Брови слишком черные. Не высветлить ли ей волосы?

Она нарисовала помадой на губах кокетливый бантик, поморщилась и все немедленно стерла. Выглядит в лучшем случае как актриса, а в худшем – как уличная женщина. Почему? Может, дело в фигуре? Полные груди, чересчур сильная шея? И вся Корри какая-то грубоватая, приземистая, чувственно-земная – ни дать ни взять крестьянка! А ей так хотелось быть похожей на сказочную принцессу!

Неудивительно, что Бланш посчитала Корри полнейшим ничтожеством и не удостоила ее своим августейшим вниманием.

Девушка вдруг почувствовала себя толстой, неуклюжей и безнадежной простушкой. Настоящая красота – это бледность, аристократический профиль, платиновые волосы…

И всего этого не найдешь в гардеробе, не купишь в магазине.

Корри провела пальцем по рядам платьев, выбрала серебристо-серый костюм, но тут же передумала. В нем она выглядит на сорок лет.

В конце концов она остановилась на сиреневой блузе, надела шелковые чулки и наложила чуть-чуть румян на щеки.

Как Корри и ожидала, Гай уже сидел за столом. Она не слышала, когда он вернулся прошлой ночью. Гай выглядел омерзительно жизнерадостным и свежим.

– У вас усталый вид. Плохо спали? – участливо спросил он.

Девушка немедленно пожалела, что выбрала именно эту блузку, – сиреневый цвет подчеркивал темные круги под глазами. Кроме того, она чувствовала себя смертельно оскорбленной. И его фальшивое сочувствие ей ни к чему!

Корри молча уселась и раздраженно уставилась на горячие круассаны, которые прежде уничтожала с таким энтузиазмом.

– Мне только кофе, Туанетт. Черный, пожалуйста.

Она поднесла к губам чашку, искоса наблюдая, как Гай сортирует утреннюю почту. Девушка невольно залюбовалась быстрыми проворными движениями его рук, раскладывавших корреспонденцию на несколько стопок – приглашения, деловые бумаги, срочные письма и те, на которые надлежало отвечать секретарю. Корри, стараясь скрыть нетерпение, выжидала, когда Гай объявит, каков их сегодняшний маршрут. Она с трудом сдерживалась, чтобы не заглянуть ему через плечо.

Слева накопилась солидная пачка гравированных карточек с золотым обрезом. Корри смотрела на них с неожиданной жадностью собственницы. Все эти приглашения предназначены ей! Но, возможно, теперь, когда Бланш в Париже, она займет место Корри? Почему-то эта мысль расстроила девушку.

Гора приглашений росла, но Гай отмалчивался. Внимание Корри привлекла одна, особенно нарядная открытка.

– Можно взглянуть? – с любопытством попросила она. Гай поколебался, чем лишь добавил масла в огонь. Корри с удивившей даже себя легкостью солгала: – Очень интересный герб. Я такого никогда не видела.