Чтение онлайн

Корри с трудом подняла голову. Не хватало ей еще счета из химчистки!

– Отпустите меня. Все прошло.

– Заткнись, – мягко приказал странно знакомый голос.

Какой грубиян! Но у нее все равно нет ни сил, ни энергии поставить его на место.

Только почувствовав дуновение холодного ноябрьского ветра, Корри поняла, что находится на улице.

– Куда вы меня везете? – пробормотала она с усилием.

– А где бы ты хотела очутиться?

Все тот же тон, уверенный, почти резкий, но вселяющий непонятное спокойствие. Щелкнула дверца автомобиля, Корри оказалась на переднем сиденье, закутанная в пушистое мохеровое покрывало с яркими, сочными разводами, совсем как волшебный ковер. Наконец-то она согрелась. Сквозь затемненное стекло в крыше автомобиля виднелась россыпь звезд. И луна, бледная и недосягаемая. Зимняя луна…

– Куда-нибудь… – попросила она, плотнее закутываясь в одеяло, – куда-нибудь, где тепло.

И тут же заработал мотор. Корри, стараясь не смежить веки, рассматривала водителя. Как выглядят волшебники? Даже в темноте ей почему-то чудилось, что незнакомец немного похож на Гая. Но ведь она просто не помнит лиц других мужчин, имевших несчастье родиться не Гаем де Шардонне. С той роковой ночи она страдала чем-то вроде слепоты.

Корри блаженно откинулась на спинку. Непонятно почему, казалось вполне естественным и правильным ехать куда-то сквозь морозную ночь с человеком, слегка напоминавшим Гая де Шардонне. Она попыталась сообразить, в чем причина, но, обессилев, заснула. И проснулась только однажды, чтобы увидеть, как они мчатся с ужасной скоростью в неведомое. Сосны, прямые, устремленные в небо, черные и суровые, обрамляли дорогу. Но луна по-прежнему плыла по небесам, такая же невесомая, легкая, как сама Корри. Девушка не имела понятия, который час, кто она и где. И снова заснула, и видела во сне, что скачет на огромном вороном коне по полям нарциссов.

Корри проснулась в совершенно незнакомой комнате и растерянно заморгала, пытаясь припомнить, как попала сюда. Мягкий свет струился сквозь спущенные жалюзи, легкий ветерок колебал тонкие белые занавески. Впервые с той ночи, как Корри покинула дом на улице Петра Сербского, она спала спокойно и безмятежно, словно ребенок.

Но, к собственному ужасу, она и чувствовала себя слабой, как ребенок. И все, на что отважилась, – приподнять голову с мягкой подушки. В теле точно не осталось ни единой косточки. Будто какая-то туго натянутая струна внезапно лопнула.

В дверь постучали.

– Войдите.

Нестерпимо яркое сияние залило полутемную комнату, ослепив Корри, очертив силуэт мужчины в белом. Девушка мгновенно подскочила. Кровь бросилась в лицо при виде человека, показавшегося ей похожим на Гая де Шардонне. Она ошибалась. Он и был Гаем де Шардонне.

Взглянув на него, совершенно такого же, каким он запечатлелся в ее сердце, и все же в чем-то изменившегося, загорелого, энергичного, широкоплечего, такого реального, она задохнулась. Корри вновь опустилась на подушки, убежденная, что смертельно больна. Сколько раз в предвкушении этой минуты Корри репетировала, как будет держаться при случайной встрече! Конечно, Гай не должен знать, что она любит его. Но возможно, он ощутит новые трогательные стороны ее характера: нежность, мягкость, зрелость… Теперь она стала женщиной, настоящей женщиной, таинственной, манящей, даже немного трагичной.

Только она совсем не чувствовала в себе склонности к драме. Не сейчас. И сколько бы раз ни проигрывала мысленно сценарий, все равно представить не могла, как все будет на самом деле. Корри гордилась тем, что быстро взяла себя в руки после первого потрясения, едва поняла, что влюблена в него. Стараясь исцелиться, она запрятала свое чувство в тайники души, чтобы обрести силы и жить дальше. Но все тщательно возведенные стены рухнули при его появлении, как бумажные. Сердце, которое она так старалась унять, колотилось как бешеное, в ушах стоял оглушительный гул. Корри задыхалась, слабела с каждой минутой и страшно боялась. Это все равно что выйти на сцену в «Золотой кошке», только много труднее. Ей нечего предложить публике, а сердце на рукаве сейчас не из атласа, а из плоти и крови. Растерзанное, разбитое, беззащитное…

Куда же девалась наивная решимость?

Корри съежилась. Она была так уверена, что заключила перемирие с любовью, и даже хвастала этим перед Арлекином.

Но все оказалось пустыми словами. Всего лишь поворот темноволосой головы превратил ее в воск. Она попалась, как рыба на крючок, и чувствует себя марионеткой на ниточке.

– Что вы сделали со мной? – прошептала Корри и не узнала собственного голоса.

– Я?

Знакомый холодный тон отчасти вернул ей самообладание.

– При чем здесь я? Ты была больна.

Он вошел в комнату и закрыл за собой дверь. Корри в ужасе сжалась. Ей хотелось закричать, спрятаться, исчезнуть в облачке синего дыма.

«Не подходи ближе, – молила она про себя. – Это несправедливо. Я так больна и не могу больше сопротивляться».

К счастью, Гай не смотрел на нее, и Корри успела подавить панику. Гай осторожно поставил на прикроватный столик большую белую чашку.

– Где я?

– В Шато де Баск.

– Очередной из ваших домов?

Корри так нервничала, что вложила во фразу куда больше презрения, чем намеревалась, но Гая, кажется, это нисколько не тронуло.

– Именно. Кстати, мой любимый.

Он неожиданно повернулся и успел перехватить ее взгляд. Глаза насмешливо блеснули.

– Что случилось?

Корри потупилась, смущенно сознавая, что побагровела до корней волос. Уставилась на него так, будто никогда не видела раньше.

– Просто думала, какая это роскошь – иметь любимый дом. Некоторые люди вообще не имеют жилья.

Гай нахмурился. Корри отвернулась. Молчание становилось непереносимым.

– Как вы нашли меня?

Гай поднял бровь.

– Слишком много вопросов. Откуда такая уверенность, что я искал тебя?

– Я не это хотела сказать…

Корри покраснела еще сильнее.

– Рад, что на твоих щеках прибавилось румянца. Должно быть, лучше себя чувствуешь.

Он осторожно дотронулся до лба Корри. Та отпрянула, вызывающе вскинув голову, и тут же сообразила, что косы во сне расплелись и разметались по подушке. Наверное, выглядит, как школьница.

Гай что-то промычал себе под нос, сел на край кровати и протянул ей чашку:

– Вот, выпей.

– Что это? – с подозрением осведомилась Корри.

– Ты все еще не доверяешь мне? – покачал головой Гай. – Совсем запамятовала – я твой отважный спаситель. Вряд ли стоило преодолевать столько трудностей, чтобы потом тебя отравить.

Корри совсем позабыла, как трудно, почти невозможно было им всегда понять друг друга. Она покорно взяла чашку, с раздражением отметив, что рука дрожит. Восхитительный аромат ударил в ноздри. Девушка нерешительно отхлебнула. Это оказался густой и теплый, сладкий, как сам грех, шоколад.