Люба
Шрифт:
– И все-таки, почему она сказала ему это? – в который раз спросил, вполне риторически, Сэмюел Тэн, лингвист группы Контакта. Но ему все-таки ответили. Командир группы, Игорь Ляхов, пожал плечами и выдавил:
– Ну и хорошо, что сказала.
– Да чего ж хорошего? – удивился Тэн. – И дело даже не в том, хорошо это или плохо. Просто этого не должно, не могло быть в принципе! Ведь и сами любаряне ничего понять не могут... Лопочут что-то про сбой программы, совсем как наши кибспецы, хотя их программы сбоить в принципе не могут!
– «В принципе», «в принципе»!.. – буркнул Ляхов. – Что ты заладил про какие-то принципы... Главное, что все было правильным.
– Да каким же правильным?.. – совсем растерялся лингвист. – Программа любарян была создана, чтобы давать лишь достоверные знания!
– А для Сашки нужно было это знание?! – вскипел командир, что случалось с ним крайне редко.
– Достоверные знания нужны всем... – пролепетал ничего не понимающий Тэн.
– А ты любил когда-нибудь, Сэм? – спросил Ляхов и, не дождавшись ответа, сказал: – Люба... то есть программа эта, сбойнула она там или... сама вдруг полюбить сумела... Только она, когда не стала давать Звереву этих твоих достоверных знаний, подарила ему взамен надежду. Знаешь, что это такое, Сэм? Ни хрена ты не знаешь!.. Это значит, что Сашка... ушел счастливым.