Шрифт:
1
Дориан соскочил с тротуара и, не замечая потока транспорта, сломя голову ринулся на противоположную сторону улицы.
Движение было двустороннее, и ни один водитель не желал уступать обнаглевшему пешеходу дорогу. Дориан увернулся от одной машины и тут же чуть не попал под другую. Визг тормозов, рев клаксонов, брань…
Он пробирался к цели, перепрыгивая через капоты и выскальзывая из-под колес, пока, чудом оставшись в живых, не оказался на тротуаре.
Как давно он не был в Шеффилде…
До встречи оставалось еще несколько минут, и он воспользовался случаем критически, с чисто архитектурной точки зрения оценить изменившийся облик города.
И тут его внимание привлекла женщина в розовом костюме с длинными рыжими волосами, заколотыми на затылке. В посадке ее головы, в каждом шаге сквозила уверенность в себе. Она шагала, не глядя по сторонам, словно исполняла какую-то важную, неведомую сторонним наблюдателям миссию.
Сердце у Дориана забилось быстрее. Неужели это действительно Конни – правда, повзрослевшая и искушенная жизнью? Он уже несколько раз оставался в дураках, бросаясь за рыжеволосыми особами с гордо вздернутыми подбородками и решительной походкой.
Но на этот раз он не ошибся, а раз так, нужно поговорить с ней, пока она не исчезла.
И он сломя голову ринулся за ней…
Женщина в розовом заворачивала за угол, и Дориан в отчаянии выкрикнул ее имя. От него не укрылось изумление, появившееся на лице Констанс после того, как она обернулась. Ее красивые глаза расширились, а пухлые губы, словно созданные для поцелуев, чуть приоткрылись.
– Дориан! – хрипло промолвила она, когда он, запыхавшись, подбежал к ней. – Вот уж кого не чаяла увидеть! Какими судьбами ты оказался в Шеффилде?
– Дела, – коротко сказал он, закрывая тему, которая совершенно не интересовала его в эту минуту. – Отлично выглядишь, Конни!
И это было только частью правды, потому что она выглядела божественно. За эти без малого десять лет Констанс расцвела и из милой девочки-подростка превратилась в неотразимо привлекательную женщину. У Дориана решительно не укладывалось в голове, как это он позволил ей уйти от него.
Констанс не сказала в ответ: «И ты тоже», она просто стояла и молча смотрела на него. Судя по всему, она все еще не могла поверить, что видит его, и этот сюрприз ее явно не радовал.
Дориан почувствовал себя задетым за живое. А впрочем, чего еще он мог ожидать?..
Ему хотелось сказать ей, как она красива, но вместо этого он заявил:
– Нам нужно поговорить. К несчастью, у меня сейчас важная встреча. Увидимся?
Дориан не мог оторвать глаз от ее лица. Как она хороша! Фарфоровая кожа, здоровый румянец на щеках… Даже веснушки казались ему сейчас божественными.
– Не думаю, – отрицательно качнула головой Констанс. – Помнишь поговорку: «Кто старое помянет…» Сейчас, по-моему, именно такой случай. – Ее бездонные синие глаза спокойно и уверенно встретили его взгляд.
Дориан и не ждал другого ответа. Пробираясь, как лыжник по трассе слалома, между несущимися на полной скорости автомобилями, она знал, что так она и скажет. И, тем не менее, ему стало больно.
– Но ведь было у нас и что-то хорошее, – промолвил он.
– Когда-то, в самом начале совместной жизни, возможно, и было, – пожала плечами Констанс. – Но коль скоро мы поняли, что не пара друг другу, то нет никакого смысла встречаться снова.
Дориан не скрывал своего сожаления.
– Я не строю никаких далеко идущих планов, Конни. Мне известно, что ты замужем… – При виде замешательства на ее лице он торопливо добавил: – Я просто решил, что было бы славно поболтать, вспомнить…
– Нам нечего вспоминать, – непреклонно заявила она. – Разве что день развода, когда я пожалела, что родилась на этот свет. – Казалось…
Констанс хотела сказать еще что-то, но сдержалась. Помолчав, она бросила:
– Извини! У меня тоже встреча, и я уже опаздываю. – Потом развернулась и пошла прочь.
Дориан стоял, словно пригвожденный к месту, все еще не веря происшедшему. Ему хотелось догнать ее, продолжить разговор… Нельзя позволить, чтобы она вот так просто взяла да ушла. Он бросился вперед, но тут же замер снова – с протянутой вперед рукой и словами, умершими на губах, – слишком важной была для него встреча с Болдуином, чтобы пропустить ее.
Он стоял и смотрел Констанс вслед, пока она не исчезла за углом, а потом в приступе бешенства пнул ногой фонарный столб. Проклятье! Он должен был договориться о встрече в удобное для них время!
Дориан познакомился с Констанс, когда той было восемнадцать, а ему стукнуло двадцать два. На ежегодном университетском благотворительном балу Дориан сунул ей под нос импровизированную копилку и заявил, что не сдвинется с места, пока она не бросит туда хотя бы пенни.
– А если я этого не сделаю? – поддразнила его девушка.
– Тогда я схвачу тебя под мышку, затащу в свою берлогу и съем! – устрашающим тоном сказал он, и если шутил, то лишь наполовину.
Он сразу же заметил в толпе эту девчонку с огненно-рыжими волосами. Констанс была тогда похожа на хрупкую фарфоровую куклу. Ему тут же захотелось, чтобы она заглянула к нему домой… и осталась там навсегда.
Дориан всегда питал слабость к рыжеволосым девушкам. Возможно, причиной тому были счастливые воспоминания о тех временах, когда он сидел на коленях у бабушки, чьи огненные локоны щекотали детское лицо.
Они проболтали минут десять и, прежде чем расстаться, договорились о свидании. Это и стало началом романа, которому, как они надеялись, суждено было длиться вечно. Кто знал, что их семейная жизнь так скоро пойдет под откос…
Констанс не поверила глазам, увидев Дориана у крыльца своего дома. Он стоял, прислонившись к голубому «Мерседесу», с таким видом, будто все время в мире было в его распоряжении.
Она остановила своего жеребца, но не спешилась, рассудив, что, сидя в седле, располагает определенным преимуществом перед собеседником.