Любишь меня?..
Шрифт:
Дик, казалось, скорее забавлялся, чем сердился.
— Вы так думаете? — тихо спросил он, и его завораживающий шепот снова заставил Сью посмотреть на себя со стороны.
Нет, нужно уходить отсюда! И немедленно!
— Пожалуйста, сейчас же вызовите мне такси! — по-французски обратилась она к метрдотелю и твердым шагом с высоко поднятой головой направилась к выходу.
— Да, мадемуазель, — выдохнул метрдотель, но не его ответ, а слова Дика, брошенные ей вслед, продолжали еще долго и искушающе звучать в ушах Сью:
— Можешь бежать, дорогая. Но это бесполезно, ведь мы оба знаем, что будет дальше...
Сью опрометью бросилась из ресторана, нырнула в такси и попросила водителя побыстрее доставить ее в гостиницу, что тот и сделал.
Когда Сью оказалась в номере, эмоции все еще бурлили в ней. При воспоминании о том, как Дик вывел ее из себя, а потом стал целовать, девушку затрясло.
Целоваться на публике!
Сью застонала. Она смыла макияж и нырнула под душ, вспоминая, как таяла от прикосновений Дика. Да еще где! Что он теперь о ней подумает?!
Не хуже, чем она сама теперь думает о себе, честно призналась Сью. Намыливая грудь, которая все еще болела, девушка чуть вздрогнула. Она вспомнила, как Дик слушал ее с таким понимающим видом, словно ему и вправду было интересно то, что она говорила.
Что ж, сама виновата, что поверила! Глупо! Это так называемое понимание — наигранное, притворное. На самом деле Дику было нужно от нее только одно. Но уж этого он не получит!
А что, если он начнет искать ее и приедет? Если она впустит его в номер? Тогда он снова опутает ее сетями своего очарования, и все кончится тем, что она упадет в его объятия и позволит ему любить себя, как и предсказывала Линда.
Сью взяла себя в руки. Неужели она настолько слаба и беззащитна, что страшится остаться наедине с Ричардом Макхэтти? Пусть приходит, пусть хоть дверь пытается выбить. Тогда убедится, какой она может быть стойкой!
Приняв решение, Сью почувствовала, что хочет есть, и осмотрела мини-бар. В ресторане она едва прикоснулась к салату. Поиски показали, что Линда успела съесть почти все, а дожидаться, пока из ресторана доставят заказ в номер, у Сью не хватило бы сил. Поэтому она заставила себя улечься в кровать с пустым, протестующе урчащим желудком.
Ненавидя себя за собственную глупость, девушка долго не могла сомкнуть глаз. Она лежала, прислушиваясь к шагам в коридоре, но это постояльцы возвращались в свои номера. Дик так и не пришел.
У Сью уже закрывались глаза, но она чувствовала, что в любой момент готова сбросить с себя дрему, если он объявится. Но его все не было.
К собственной досаде девушка поняла, что испытывает сильнейшее разочарование.
4
На следующий день часа в четыре пополудни Сью подъезжала к желто-голубым воротам Бейдон-Хит. К тому времени Ричард Макхэтти занимал ее мысли ровно настолько, насколько он того заслуживал. То есть был почти забыт.
Да, она не отрицает, что между этим человеком и ею, безусловно, существовало сильное взаимное влечение — это совершенно ясно. Но у таких отношений нет будущего. Они даже не слишком нравились друг другу, а разве можно строить настоящие отношения, основываясь на одном лишь физическом влечении!
Подъезжая к резиденции Руперта Уордена, Сью прибавила газу. Она так ждала выходных и не допустит, чтобы ее заслуженный отдых испортила нечаянная встреча с этим шотландским мерзавцем!
Машина остановилась, и Сью охватило уже знакомое чувство удивления, которое она всегда испытывала, глядя на элегантный белый трехэтажный особняк с внушительными портиками и двумя огромными деревьями по бокам крытой черным лаком входной двери. До сих пор трудно поверить, что это великолепное здание действительно принадлежит ей!
После непродолжительной борьбы с замком, напоминающей взлом банковского сейфа, Сью оставила дорожную сумку в передней и пошла посмотреть, нет ли почты, на ходу снимая жакет и расстегивая голубую форменную блузку.
Ей показалось, что в доме слишком жарко, и она перевела термостат в более прохладный режим. Ей посоветовали не отключать отопление на время отъездов, особенно зимой, чтобы не замерзли трубы. И теперь, хотя уже стоял март, было еще довольно прохладно, поэтому Сью оставляла термостат включенным.
Корреспонденцию составляли целая коллекция разнообразных счетов, приглашение на бал «Волшебной палочки», а также письмо от матери, в котором та отклоняла предложение Сью погостить у нее на Пасху. Мать писала, что предпочитает провести праздники дома.
Девушка вздохнула. Линда была права, когда говорила, что миссис Скотт приезжала к дочери довольно редко и тогда, когда та еще снимала маленькую квартирку. Но за шесть месяцев, что прошли с тех пор, как Сью поселилась в Бейдон-Хит, мать не приехала к ней ни разу.
Когда стало известно, кому Мэттью Филдс завещал свой особняк, у матери возникли подозрения относительно его взаимоотношений с ее дочерью. В ту пору Сью ее заверила, что не состояла в интимной связи с завещателем. К чести миссис Скотт нужно сказать, что в ответ она лишь с облегчением вздохнула и, по-видимому, поверила дочери. Но тогда почему мать отказывается приехать? Размышления прервал резкий звонок в дверь.
По приезде Сью совершенно забыла накинуть цепочку и теперь, занятая своими мыслями, просто распахнула входную дверь. На пороге, чуть расставив ноги и положив ладони на бедра, стоял Ричард Макхэтти.