Шрифт:
Интернет – великая вещь. Я давно это понял. Но оценил совсем недавно. Знакомство с человеком, который живет за тысячу километров от тебя и общение с ним каждый день – это ли не чудо? С Викой мы познакомились в интернете.
Сначала поспорили. Так на ерундовую тему и даже слегка повздорили. Мы говорили о преодолении себя, болезней. Я настаивал, что каждый человек способен преодолеть любой хронический недуг даже без помощи врачей. Все зависит только от него самого. Через боль, через слезы нужно идти к своей цели. Упрямо и настойчиво. Вика ядовито посмеялась надо мной и спросила: «вы что врач?» А я действительно врач и видел много таких пациентов преодолевших свой недуг. Я сказал ей об этом. Но Вика продолжала смеяться и говорила, что легко рассуждать, когда человек здоров и на своих ногах. Что я не представляю себе, что значит быть прикованным к инвалидной коляске. Так мы обменялись колкостями, но потом слово за слово продолжили общение.
Через два месяца я попросил её номер телефона и позвонил ей. Голос был очаровательным. И как у девчонки. В письмах мне казалось она человек жесткий волевой и голос должен быть таким же. Но я ошибся. Потом был скайп. На фотках она была другой. Застывшая фотография не может передать ничего, особенно если человек позирует. Самые лучшие фото получаются, когда человек не видит, как его фотографируют. Ну, это конечно только моё мнение. Поэтому, мне кажется, в скайпе я увидел совсем другую Вику. Когда она двигалась, смеялась, говорила, в её движениях было такое очарование, что нельзя было не влюбиться в неё.
И, кажется, я влюбился.
Мы переписывались полгода. Мы рассказали друг другу о себе все. О семье, родителях, учебе в институте, работе, о неудачах в личной жизни.
Я не женат и никогда не был. Как ни странно офицеры обычно женятся рано, но я не успел, не смог или не захотел… Не знаю. Но скорее не встретил ту, которую искал.
У Вики был муж. Когда они собирались пожениться, она была влюблена в него. Выскочила замуж совсем девчонкой. Потом через некоторое время она поняла что ошибалась, а мама была права. Нет, он был хорошим человеком, очень положительным во всех смыслах, но он не любил её. Ему нужны были приключения, новизна, он не мог сидеть на месте. Никакой рутины. И ещё.
Категорически не хотел ребенка. И когда Вика забеременела, резко изменился. Стал холоден, раздражителен, зол. Вика терпела. Разговоры об аборте она отмела сразу. Но с каждым днем они охладевали друг к другу все больше и больше, а потом случилось, та памятная авария, после которой она предложила ему расстаться. В душе была надежда, что он останется благородным и порядочным человеком и отклонит её предложение, но он собрал вещи и кажется даже с облегчением ушел.
С тех пор в душе её поселилась пустота. Спасали мама, дочь и интернет.
Когда я предложил ей приехать ко мне в гости Вика категорически отказалась. Сначала причиной было названо отсутствие денег, но когда я предложил оплатить проезд, оказалось, что деньги были, а причина была в другом. В чем – я не понимал и продолжал предлагать ей различные варианты. На моё предложение встретиться и отдохнуть на море в Турции, она внезапно согласилась, но потом в довольно резкой форме отказалась. Но после некоторого времени и уговоров согласилась снова. Но потом вновь отказалась. Я сказал, что уже купил билет на самолет и забронировал отель. Вика долго думала, но потом внезапно снова согласилась прилететь на отдых. В последний перед вылетом день мы встретились в скайпе и обсудили последние детали. Перед тем как расстаться Вика вдруг сказала:
– Ну смотри не пожалей, что уговаривал меня.
Весь полет я думал над её словами и ничего не мог придумать. Наконец я решил, что это была шутка.
Я прилетел в Анталию на два часа раньше Вики. Вскоре приехала наш гид Лена из отеля, мы познакомились. Оставил чемодан в машине и пошел встречать Вику. Сидел в зале для встречающих и ждал самолет. Объявили рейс. Наверное, никто из встречающих так не волновался как я. В толпе увидел её лицо. Вика медленно продвигалась по залу и искала взглядом меня. Наконец, увидела как я пробираюсь к ней и остановилась. Толпа схлынула, и я увидел Вику…
Что то было не так…
Наконец я понял в чем дело.
Она была на костылях.
– Привет! Ну что не ожидал? – спросила она с вызовом.
– Привет! Как это не ожидал? Я тебя здесь третий час ожидаю.
– Ну, да… Да… Но ты, наверное, ждал здесь увидеть обычную… ну, нормальную женщину?
Я наклонился к её уху
– А ты что… ненормальная? И справка из психдиспансера есть?
Вика отдернула голову и прищурила глаза.
– Перестань валять дурака.
–Хорошо, – кивнул я головой – не буду я его валять. Так ты что сумашедшая?
– Я, слава богу, психически здорова. Я говорю, что ты хотел, наверное, видеть обычную, физически обычную женщину, без всяких физических отклонений.
– А ты что с физическими отклонениями? Какими?
Вика передернула плечами, но я её опередил.
– А-а-а-а-а ! Знаю! Знаю! У тебя есть хвост! Нет?! А-а-а-а-а! Знаю! Знаю! У тебя растут рога! Но ты знаешь под волосами совершенно незаметно.
Вика притопнула костылем.
– Ты что дурак?!
Я сделал круглые глаза:
– Да! А откуда ты знаешь?
– Заметно!
– Странно – удивился я – все сразу это замечают. Слушай, говори прямо, что в тебе ненормального.
Вика сверлила меня взглядом.
– Издеваешься? Ты что костыли мои не видишь?
– Вижу! Это все?! Что ты меня пугаешь? То сумашедшей прикидывается, то рога, то копыта растут… то бишь хвост…
Вика смотрела на меня своими лучистыми глазами и не знала то ли смеяться, то ли плакать.
– Вик… – я решил смилостивиться – Ну ты чего, а? Слушай, есть хочется… Поедем в отель? А? Где твой чемодан?
Вика стояла опустив голову. Потом подняла глаза. В них стояли слезы. Но я не дал ей ничего сказать.
– Слушай, на транспортере крутится один единственный чемодан. Это не твой?
Вика шмыгнула носом.
– Если красный то мой.
– Красный! Стой здесь, я счас…
Я прикатил чемодан, и мы неторопливо поковыляли к дверям аэровокзала.
– Вот это Лена, наш гид. А это Вика, та самая.
Мы пошли к машине. Машина была большой, семиместной и мы сели в самом конце.