Чтение онлайн

Колеса безбожно визжали, тележка вибрировала и бренчала. Голова Жеки тряслась, и глаза её быстро принимали осмысленное выражение. Она явно выходила из состояния полуобморочного транса. Просто не могла сразу сообразить, где оказалась и почему. Но сразу инстинктивно схватилась за края каталки.

Вопли Шеломова глохли где-то в длинных коридорах, а здесь своды огласил крик Жеки, она окончательно пришла в себя. Вовец затормозил вихляющую тележку, стараясь аккуратно управиться, чтобы не зацепить за стену. Не зацепил, зато стукнул о кресло, по-прежнему торчащее посреди коридора напротив двери в их камеру. Жека чуть не свалилась на пол, но удержалась, только взвизгнула. Села на каталке, потирая бока. Обиженно сказала:

– Мог бы и поосторожнее. Ой, как мне плохо было... Этот придурок, что ли, по коридору бегает и орет? Ой, все кости болят.

И она повалилась в кресло. Оно отвратительно заскрипело и перекосилось.

– Некогда рассиживаться, - потянул её за руку Вовец.
– Этот дурачок в сарафане сейчас банду приведет. Придется снова в комнате запереться.

– Ну, уж нет!
– подпрыгнула в кресле Жека.
– Ни за что!
– Она зябко передернула плечами.
– Еще и этот там лежит. Тоже, небось, натекло... Эй, а где моя обувь? Я так не могу.

Только сейчас, когда ноги стали мерзнуть, она увидела, что осталась босой. И сразу забралась в скрипучее кресло с ногами.

– Женя, ты что? Надо смываться поскорей отсюда. Может, в том конце коридора что-то есть? Я там не был.

– Я тоже не была. Ладно, едем.
– Она быстро перебежала к каталке, улеглась на живот и вцепилась руками в передние углы. Распорядилась: - Да, кресло прихвати.

Вовец безнадежно махнул рукой и, не тратя время на пустые препирания, положил кресло кверху ножками, этаким домиком, поверх Жекиной попки. Та только хихикнула, нетерпеливо лягнула ногой и крикнула:

– Поехали, поехали...

И он погнал бренчащую и дребезжащую таратайку в дальний конец коридора. Он сразу понял - здесь выход наружу. Присобаченные дюбелями к бетонному блоку стальные накладки и круглый гаражный замок на них ясно на это указывали. К блоку-двери вела пара ступеней, и грязные следы подтверждали: с улицы грязь, тут вход, то есть выход.

В трех метрах в глубь коридора у левой стены громоздился объемистый железный шкаф. На створках краснели тусклые молнии - символ высокого электрического напряжения. Вовец поставил кресло к стене за шкаф, и Жека перепрыгнула в него с каталки, уселась, поджав под себя ноги. Повертела головой, осматриваясь.

Вовец тем временем деловито распахнул створки шкафа. Окинул опытным взглядом кишечник из медных и алюминиевых проводов. Потрогал текстолитовую рукоятку рубильника. С интересом оглядел черные коробки автоматических выключателей, маленькую колодку в самом низу с подключенными телефонными проводами. Там же стояла картонная коробка с цилиндрическими предохранителями из белого фаянса. На них брошена пара резиновых перчаток и квадратный резиновый коврик.

– Что нашел?
– нетерпеливо крикнула Жека.

– Ничего особенного, - отозвался Вовец.
– Обычный распределительный щит напряжением меньше тысячи вольт.

– И намного меньше?

– Триста восемьдесят.

Глядя на сплетение кабелей, он пытался определить, как сбалансировано по фазовому напряжению освещение подвала. Попросту, сколько здесь независимых, самостоятельных участков, и как они подключены. Надев резиновые перчатки, Вовец решительно взялся за керамический предохранитель и рывком вырвал его из гнезд. В дальнем конце коридора погас свет. Вставил на место, коридор сразу осветился до конца. Ясно, именно этот предохранитель, точнее, плавкий вкладыш в нем, сгорел, когда Вовец выжигал шарнир решетки самодельным сварочником. Средний из трех предохранителей вынимался очень туго, и Вовец, подергав, не стал его вынимать, а взялся за другой. Этот выскочил легко, и свет погас. Пришлось втыкать наощупь. Летели искры, и Жека за углом шкафа вскрикивала от страха. Значит, средний предохранитель обеспечивает свет в дальних коридорах, где сейчас банда. Вовец ухватился за него и рванул изо всех сил. Вырвал и чуть не упал. Отлетел по инерции к противоположной стене. Вот так, пусть в темноте дорогу ищут, козлы. Бросил предохранитель и перчатки в коробку, прикрыл створки шкафа.

Жека тем временем тоже изучала окрестности, прямо из кресла. Она долго приглядывалась к ступенькам, к оригинальному круглому замку и наконец сделала вывод:

– Вова, по-моему, там выход.

– По-моему тоже, - откликнулся Вовец.

Жека выскочила из кресла, подбежала к замку, затрясла его, приплясывая босиком на холодном бетоне.

– Вова, отопри. Ты же все можешь. Ну, милый.

– Иди в кресло и наблюдай, чтобы врасплох нас не застали. А я посоображаю, что тут можно сделать.

Он поправил за поясом обрез и принялся изучать замок и навесы. Замок, похоже, импортный, из специальной стали. Такой ломать бесполезно. А навесы можно спилить ножовкой или срубить зубилом. Где бы их ещё взять?

– Идут! Идут!
– приглушенно заверещала Жека.

Вовец отпрыгнул под прикрытие железного шкафа, осторожно выглянул. Четверо. Красное платье - Шеломов. Этот не в счет. Значит, трое. Маловероятно, что кто-нибудь остался в темноте. Интересно, чем они вооружены? По крайней мере один пистолет у них имеется. Как правило, криминальные пистолеты не имеют запасной обоймы. Смысла нет. Выстрелив в кого-нибудь и попав, "грязный" ствол бросают. Поэтому пистолеты ходят по рукам с тем боезапасом, что находится в обойме. Максимум восемь патронов. Только в "стечкине" больше. Но это машина очень редкая, стреляют из него обычно очередями. Скорее всего, здесь в подвале ТТ или "макаров". Один выстрел уже сделан. Так что, будем считать, семь выстрелов у них в запасе. А у Вовца в обрезе и в карманах шесть зарядов. Выстрелом на выстрел не ответишь. Этот расклад он уже мысленно делал, а сейчас повторял, чтобы успокоить себя, настроить на схватку, проверить, не упустил ли чего.

Трое совещались. Шеломов торчал в стороне, нечего такому возле нормальных мужиков тереться. Потом его подозвали. Похоже, отдали команду. Тот в ответ принялся бурно жестикулировать. Самый высокий отделился от троицы и отвесил Шеломову пинка. Тот сразу побежал прочь, в дальний конец коридора. Троица, наоборот, направилась в противоположную сторону. Дошли до камер стали дергать за все дверные ручки. Донеслась неразборчивая ругань. Вовец ухмыльнулся. Узнать бы, о чем там крик. Что они думают об исчезновении своего часового? А как объясняют, что туалет заперт изнутри, если на дверях нет ни замка, ни задвижки?

Банда, между тем, не знала, что и подумать. Похоже, Садык забрался в туалет, зачем-то закрылся (как закрылся - вопрос показался несущественным) и вырубился. Пленники воспользовались благоприятным случаем и убежали. Сейчас или бегают по подвалу, или обратно в комнату закрылись. Проблема была в том, что у Митрофазы и Моряка начался отходняк после наркоты, и они страшно хотели пить. Жажда с каждой минутой становилась невыносимее, а комната Бугра и туалет заперты. Оставалось бежать к кранам в разделочной или на кухне. А там опять свет погас.