Чтение онлайн

Погруженная в отчаяние, она не видела, как Марк встал и направился в спальню. Чуть позже он вернулся, взял ее на руки и перенес в ванну. Осторожно раздел и опустил в теплую, ароматизированную воду. Послушная, как ребенок, она позволила ему помассировать спину и затылок.

— Расслабься, Сандра, — просил он.

Затем накинул на нее большое теплое полотенце, вытер и отнес в кровать. Поцеловав в лоб, он молча оставил комнату. Когда он закрывал дверь, Сандра уже спала.

Тишину в квартире нарушало только позвякивание ледяных кубиков в стакане. Сидя в кресле возле большого окна, Марк любовался огнями Парижа, отражающимися в темной глубине Сены, и допивал уже третий стакан джина.

Дневной свет разбудил Сандру. Несколько минут она не могла сообразить, где находится. Потом события вчерашнего дня начали медленно вырисовываться в ее памяти, и она резко поднялась. Другая сторона двуспальной кровати была пуста. Со вздохом облегчения она накинула зеленый халат и, словно кошка, начала обходить и обследовать квартиру. На кухне она приготовила себе кофе и нашла все необходимое для яичницы с гренками.

Марк, склонив голову на плечо, спал в кресле одетый. Сон стер жесткие черты с его лица. Когда он расслабляется так, как сейчас, думала Сандра, он становится похожим на светловолосого мальчика из прекрасной сказки — настоящий маленький Ганс, заблудившийся в лесу.

Они снова оказались лицом к лицу. Сандра теперь была спокойна и заговорила первой.

— Марк, я не хочу оставаться в этом доме, давай уйдем отсюда.

Он улыбнулся.

— Хорошо. Куда бы ты хотела пойти?

— Не знаю, может быть, в парк.

Они гуляли по дорожкам ботанического сада, безлюдного в эти утренние часы, среди папоротника и рододендронов.

— Сандра, — неуверенно начал Марк, — в моей жизни очень много вещей, о которых я никогда никому не рассказывал. Несмотря на то, что ты осуждаешь меня, осуждаешь все, что я сделал, я хочу сказать, что люблю тебя… что я всегда любил тебя!

Он хотел заглянуть ей в глаза, но ей удалось избежать этого взгляда.

— Я слушаю, Марк.

Он глубоко вздохнул.

— Все началось очень давно, еще до того, как я встретил тебя. Я родился и вырос в уважаемой семье, стал дипломатом, подающим большие надежды. Когда я окончил учебу и познакомился с Джеймсом, мы мечтали о великих делах, о поездках за границу…

Джеймс! Сандра подумала, что совсем забыла это имя. Она промолчала, но поняла, что воспоминания о нем по-прежнему вызывают боль.

— Да, следует сказать, что у нас было весьма романтическое отношение к избранной профессии. Когда же мы познакомились с твоим отцом, он быстро опустил нас с небес на землю, взял под свое крыло, провел через дипломатическое болото, представил своим влиятельным друзьям.

Они прошли мимо зоологического сада, который все еще был закрыт, и слышали крики птиц, трубные звуки животных, сотрясавшие прохладный воздух. Сандру очень заинтересовало то, о чем рассказывал Марк, но она решила не перебивать его.

— И тогда мы начали понимать, во что ввязались, какую работу избрали. Ты знаешь, дипломатия — весьма любопытная сфера деятельности: противоречивая, базирующаяся на донесениях и молчании, пустой болтовне и хорошо охраняемых секретах…

Он остановился на секунду, а затем двинулся дальше. Они подходили к виварию.

— Кто-то встречает очень странных людей, — продолжал Марк, — а кто-то видит и слышит много интересных вещей. Различные условия, в которые попадают сотрудники посольств, а также границы, разделяющие дипломатию и разведывательную работу, весьма и весьма туманны. Друзья твоего отца…

Сандре казалось, что она слышит шум миллионов насекомых.

— Что ты хочешь втолковать мне, Марк? — прервала она его. — Почему ты говоришь о моем отце? И какое это имеет отношение к тому, что ты продал меня почти на два месяца в бордель в Касабланке?

Она дала себе клятву ничего не говорить, но теперь почувствовала, что Марк затягивает ее в трясину, из которой она не сможет выбраться.

— Сандра, государственная служба идет иногда извилистыми путями. У нас был определенный проект, над которым долго работали друзья твоего отца. Они предоставили Джеймсу и мне работу и возможность претворить идею в жизнь. Джеймс подготовил досье на тебя…

— Джеймс? При чем тут Джеймс? — Сандра вспыхнула. — Марк, не трогай Джеймса и скажи честно, в чем тут дело?

— Сандра, я всегда хотел связать свою жизнь с тобой и поэтому, когда друзья твоего отца поручили мне весьма деликатную миссию, разработал этот план. Вот почему была необходима Касабланка. Если бы ты не приобрела этого опыта, у нас не было бы шансов на успех — ведь ты всегда думала, что я сумасшедший. Теперь у нас есть такие шансы.

В клетке террариума желтая змейка свернулась в кольца вокруг искусственного ствола. Сандра начала понимать его план и недосказанные мысли. Это было похоже на созерцание мозаичного панно, где тысячи крошечных частиц какого-либо материала формируют картину.

— Но разве тебя не беспокоило то, на что ты меня толкаешь? Разве тебе не будет больно сознавать, что твоя жена проститутка?

Она опять повысила голос. Марк подошел ближе и взял ее за руку, но она опустила голову и отвернулась.

— Сандра, я люблю тебя. На мой взгляд, любовь не означает обладания, она означает свободу. Ничто из того, что я тебе говорил в последние четыре года, не было ложью. Я люблю смотреть, когда ты отдаешься другим, осознавая, что ты на самом деле — моя.

Он взял ее за подбородок и поднял голову. Его губы коснулись щеки Сандры и проследовали по дорожке, оставленной слезой, до самого уголка ее губ.

— Сегодня, — мягко сказал он, — ты держишь мою карьеру в своих руках. Усилия последних шести лет. Я все поставил на тебя, Сандра. Ты мне нужна. Если ты откажешься — хорошо, но мой план рухнет.

Паук-птицеед молча ждал добычу в своей стеклянной клетке, спрятавшись за куском коры. В тот момент, когда жертва пошевелится, начнут действовать все его восемь волосатых лап.

— Я… я подумаю об этом, — наконец сказала Сандра.

Вероятно, она согласилась только ради того, чтобы пережить момент своего триумфа. Когда она предложила слетать еще раз в Марокко, Марк не понял ее.