Чтение онлайн

И его бедная сестра, Вирна, слишком добрая для жрицы Ллос, тоже осталась бы жива. Нашла ли она покой? В конце концов, Дзирт убил её собственной рукой. Даже его друзьям в Поверхностном Мире было бы лучше, с ужасом осознал следопыт. Он понимал это и раньше, когда дроу пришли в Митрил-Халл, когда Вульфгар пал в объятиях йоклол. Тогда Дзирт вернулся в Мензоберранзан, чтобы сдаться и не подвергать своих друзей еще большей опасности.

Кэтти-бри пришла за ним, и они сбежали — вместе с Артемисом Энтрери — что показало Дзирту ошибочность его пути. Но теперь он знал, что его любовь к Кэтти-бри, его благодарность скрыли от него истину.

— Что это? — вопрос Джарлаксла вырвал его из раздумий. Он посмотрел на своего спутника, следуя примеру Энтрери.

— Все эти годы я считал себя храбрым, — признался Дзирт. — В конце концов, я понял, что я просто трус.

Джарлаксл и Энтрери переглянулись, удивленные и заинтересованные этим странным замечанием.

— Ему неохота идти в Мензоберранзан больше, чем мне, — резюмировал Энтрери.

Когда Джарлаксл кивнул и бросил на Дзирта сочувственный взгляд, дроу не стал возражать. Пускай верят в то, во что хотят верить. Однако все не так, как они предполагают. Он не боялся войти в город, где родился. Ему было стыдно, что он покинул это место.

— Ладно, давайте покончим с этим, и быстро, — сказал Энтрери. Джарлаксл поднял руку и повозился со своей сумкой, доставая маленькое кольцо с драгоценным камнем. Он бросил его обратно и снова вынул руку, добывая еще одно кольцо. Когда и этот перстень оказался неправильным, наемник по локоть засунул руку в сумку, несмотря на то, что та была слишком мала даже для того, чтобы вместить в себя только кисть.

На этот раз он достал целую кучу колечек, зажатых в ладони. Мгновение Джарлаксл перебирал их, а затем надел на палец маленький перстень со светлым, похожим на алмаз камнем. Он остановился и приложил палец к виску, произнося ключевое слово. Его огромная шляпа чуть сдвинулась, казалось, приподнимаясь сама по себе. Загадка стала ясна двум другим, когда Джарлаксл снял шляпу, позволяя копне белых волос упасть на плечи. Густые, они были аккуратно уложены на один бок. Некоторые пряди падали на выбритую сторону головы Джарлаксла. Наемник ударил шляпой о бедро, и волшебная вещь, казалось, сложилась сама в себя, становясь достаточно маленькой, чтобы легко поместиться в карман Джарлаксла.

— Я должен убедиться, что мы как следует замаскированы, — подмигнул наемник — или, быть может, он просто моргнул. Его глазная повязка оставалась на месте. Джарлаксл бросил кольцо обратно в сумку, заменяя его другим кольцом. Жестом он дал остальным знак следовать за ним.

В соседней комнате троица встретилась с агентом Матроны Матери Зирит. Стены залы были наклонены, а вокруг виднелись природные дымоходы. Земли не было видно под ногами, ибо камни покрывали кровь и слизь.

— Вы должны были прийти раньше, — заметил Паленмас, молодой воин Дома Ксорларрин. — Тогда у нас были бы дополнительные руки.

— Я удивлен найти вас на Петляющих Тропах, — ответил Джарлаксл, имея в виду группу туннелей, уходящих от самых восточных пределов Мензоберранзана.

— Пути Повелителей перекрыты, как магически, так и физически, — пояснил Паленмас причину, по которой Петляющие Тропы стали основным путем в Мензоберранзан. — Только дурак полезет проверять на прочность защитные заклинания и ловушки, которые жрицы и маги разместили там.

— Без сомнений, они ходят там каждый день, — сказал Джарлаксл.

— Постоянно, — ответил Паленмас. — Коридоры заполняет вонь трупов демонов. Военные патрули перемещаются каждый час, чтобы разместить новые ловушки. Но глупые звери продолжают вылезать, а потому умирают прежде, чем дойдут до Мензоберранзана, — он оглянулся на троицу. — То, что вы добрались сюда — уже свидетельствует о вашей хитрости и мастерстве. Теперь путь будет проще.

Три путешественника как-то сомневались в этом.

Паленмас кивнул им, приказывая следовать за ним. Он отвел их к лидеру патрульной группы, представляя как часть предыдущего неудачного патрулирования.

Выбор времени был идеальным. Группа уже возвращалась в город, и осталось всего несколько поворотов и комнат до прямого, отлично защищенного пути, ведущего в Араурилкаурак.

Отряд без инцидентов миновал сторожевые посты и недавно возведенные ворота и рассеялся, как только дроу ступили в великую пещеру. Они разошлись разными путями.

Джарлаксл остановился, придерживая двух друзей, и Дзирту понадобилось мгновение, чтобы вспомнить город. Слева от них, на небольшом острове посреди озера Донигартен, паслись мычащие роты. Грибные рощи и фермы заполняли все пространство перед ними. Вокруг виднелись небольшие домики и складские помещения, построенные на камнях ниже. Ближайший из городских домов находился в нескольких сотнях футах справа, в Брерине, районе трущоб, известном как Улицы Зловония. Еще дальше, вдоль стены пещеры, тянулась Клаурифта. А за ней располагались Пути Повелителей и Тир Бреч — плато, на котором стояли академии дроу.

Он посмотрел вперед, на юго-запад, туда, где возвышались строения самых сильных благородных Домов. На высокое плато, известное как К’елларц’орль. Его окружили огни города, извечные синие, фиолетовые и зелёные магические огоньки, которые красиво выделяли каждый сталактит и сталагмит. Изящные украшения, делающие Мензоберранзан больше, чем просто пещерой.

Дзирт продолжил осматриваться. Его взгляд устремился на север, улавливая и задерживаясь на зареве Нарбонделли, большой колонны, которая дала название этой пещере. По высоте свечения колонныДзирт сразу определил время суток.

Нарбонделль дисциплинировала окружающий хаос. Она была неподвижной точкой в центре бушующего шторма, отмеряя час, день, вечность дроу.

— Мы пойдем к Улицам Зловония, — сказал Джарлаксл, когда троица достаточно отошла от городских ворот. — Там я найду необходимые нам сведения…

Он замолчал. Его голос затих, когда он заметил Дзирта. Следопыт стоял, неподвижно глядя на большую колонну. Но мысли Дзирта, метавшиеся за его задумчивым застывшим взглядом, были так далеко.

Брелин никогда не представлял себе, что на свете может быть такая боль. Безжалостное жжение, намного хуже всего, что он знал. Начиная с бича его матроны матери и заканчивая ненавистной магией какой-нибудь высшей жрицы.

Он не мог поверить в подобное. Мучения не заканчивались. Он был уверен, что вскоре будет полностью управляем жестокой агонией. Кандалы держали его окровавленные запястья, и потому он беспомощно наблюдал, как раздувается и опухает его правая нога. Брелин не мог себе представить более сильной боли, но какое это имеет значение. Кости в его ноге раскалывались пополам, кожа и мышцы рвались.