Чтение онлайн

— Ну что же, — продолжал Рунов, — ваше взаимодействие, я думаю, очень даже пойдет на пользу делу.

— А оно уже началось, — сказал Латынис.

— Во всяком случае, мы установили, кому принадлежит зеленый «Москвич», — откликнулся Котляр. — Тот, что стоял в аэропорту возле «Волги» Асадуллина.

— И кому же? — в один голос спросили Дагурова и Латынис.

— Брату Хинчука. А по существу — самому Хинчуку. В" основном ездит на «Москвиче» он. По доверенности. По приметам один из мужчин, что вылез из машины, похож на Хинчука.

— Вот, значит, кто подстроил аварию, — покачала головой Ольга Арчиловна. — Я же говорила Гуркову, что Хинчука надо арестовать!

И рассказала о своем визите к облпрокурору. Рунов возмутился и сказал:

— Жаль, что я не знал об этом факте. Между прочим, вчера на заседании областного временного Комитета по борьбе с преступностью было сказано немало критических слов в его адрес.

— Всякая нечисть подняла голову, а он, что красна девица, жеманится да церемонится, — буркнул Латынис.

— Перестраховщик, — кивнул Котляр.

— Если не хуже, — отозвалась Дагурова. — Когда я заикнулась о том, что в Южноморске орудует мафия, Алексей Алексеевич посмотрел на меня, как на помешанную. Стала доказывать, что замешаны сами верхи, а он мне: думайте, прежде чем говорить…

— Кого-нибудь конкретно назвали? — поинтересовался Рунов.

— К примеру, Печерского, тестя Киреева. Ваш мэр махровый взяточник. Говорят, в городе почти не осталось государственных учреждений общепита. Отдали на откуп нечистым на руку людям, которые отмывают грязные деньги. Зато тем кооперативам, что хотят производить товары, услуги и прочее, перекрывают кислород.

— Ничего, отпредседательствовал Геннадий Трофимович, — сказал генерал. — Избиратели отзывают его.

— Наконец-то! — обрадовался Котляр. — Под его «чутким» руководством Южноморск запустили донельзя. Что жилье, что дороги, что экология.

— И конечно, на заслуженный почетный отдых? — усмехнулась Дагурова. — Как Медунова и ему подобных?

— Скорей всего, — вздохнул Рунов.

— А надо бы привлечь к уголовной ответственности! — горячо проговорила Ольга Арчиловна. — И вообще, товарищи, я считаю, что нам пора заняться выявлением преступников не только по горизонтали, но и по вертикали. Сейчас уже ясно: Мухортов, Бородин, Кочетков и Довжук — самое низшее звено. Исполнители, так сказать. В итальянской мафии их именуют пиччотти. Они подчиняются главе, так называемому Дону или Дяде. Он распоряжается их судьбами и жизнью. Но между Доном и пиччотти имеются один или несколько промежуточных элементов. По-ихнему — капорежиме…

— Вы, я вижу, специалист по мафии, — улыбнулся Рунов. — Откуда знаете?

— Можно сказать, из первых рук — итальянского полицейского, — ответила Дагурова, коротко рассказав о знакомстве с комиссаром Фальконе.

— Кто же, по вашему мнению, в Южноморске капорежиме? — поинтересовался Котляр.

— Скорее всего, такие люди, как Киреев, Хинчук.

— А глава мафии?

— Заправляет всеми, по нашим сведениям, босс по кличке Сова. Кто он, пока установить не удалось, — ответил вместо следователя Латынис.

— Но, опять же, если идти по мафиозной структуре, — добавила Дагурова, — без надежного прикрытия преступники не обходятся. У мафиози есть выражение «друг друзей». По-итальянски «амику да л'амичи». Это может быть и политический деятель, и крупный чиновник, и работник правоохранительных органов. В нашей организованной преступности то же самое. Думаю, пора уже выходить на тех, кто покровительствует банде.

— И отнюдь далеко не бескорыстно, — подчеркнул Латынис. — Львиная доля идет наверх, вплоть до Москвы. Причем поступления, например, от сбыта наркотиков весьма значительны. В этой связи нас заинтересовала фигура Ступака.

— Давно мы к нему подбираемся, — сказал генерал.

— Давайте подбираться вместе, — улыбнулась Ольга Арчиловна. — Тем более разыскиваемый нами преступник Георгий Бородин, по кличке Борода, связан с женой Ступака. Кто у вас занимается наркоманами?

Вместо ответа Анатолий Филиппович нажал кнопку селектора и сказал:

— Валерий Иванович, зайдите ко мне.

— Слушаюсь, товарищ генерал, — откликнулись из динамика.

— Это какой Валерий Иванович? — поинтересовалась Дагурова.

— Ветлугин, — ответил Рунов.

— Тот самый, кто первым вышел на Киреева? — уточнила следователь.

— Он, — кивнул генерал.

— Выходит, променял следственную работу на оперативную? — удивилась Ольга Арчиловна.

— Я соблазнитель, — сказал генерал. — Сагитировал взяться за этот тяжелый воз. Привели в областной аппарат, повысили в звании.

В комнату заглянул Ветлугин.

— Разрешите, товарищ генерал?

— Проходите.

Валерий Иванович поздоровался с присутствующими, присел на стул.

— Вот, — показал на москвичей Рунов, — интересуются Ступаком.

Дагурова рассказала, почему и как их группа вышла на южноморского подпольного миллионера.

— Его так просто — не возьмешь, — со вздохом произнес Ветлугин. — Оснащен, как нам и не снилось. Автомобили, катера, рации. А у меня в отделе всего три человека, одна машина и та на ладан дышит. Каждый литр бензина вырываю с боем.

— Ладно, ладно, — перебил его генерал, — выделим штаты, машины, бензин будет. Есть уже договоренность.

— А пока техническую сторону мы возьмем на себя, — пообещал Котляр. — И людей подкинем.

— Тогда другое дело, — оживился Ветлугин.

— Не опозоримся перед москвичами? — подмигнул ему Рунов.

— Не имеем права, Анатолий Филиппович, — усмехнувшись, сказал Валерий Иванович.

Хотя было уже одиннадцать часов утра, Дагурова и Латынис подняли Снежкова с постели. Он открыл дверь заспанный, лицо оплывшее, волосы на голове и борода торчали во все стороны. «Трижды корреспондент Советского Союза» явно провел бурную ночь. Он сразу и не уразумел, зачем к нему явились следователь, оперуполномоченный и понятые. Когда Ольга Арчиловна предъявила постановление на обыск, Снежков начал хорохориться, рвался к телефону позвонить «кому надо».