Чтение онлайн

Дракон лежал и рассказывал им о своей жизни, когда он летал по небу Мидкемии, о дальних землях, где тигры жили в городах, и горах, где орлы умели разговаривать. До поздней ночи рассказывал он им изумительные истории.

Когда Руаф начал запинаться, он сказал:

– Однажды сюда пришел человек, могущественный маг. Я не мог ни отправить его отсюда с помощью магии, ни убить. Три дня мы сражались, его искусство против моего, и он победил меня. Я думал, он убьет меня и унесет сокровища, но вместо этого он остался, ибо единственной его мыслью было научиться моей магии, чтобы не была она утеряна после моей смерти.

Томас сидел в изумлении, потому что как ни мало он знал о магии от Пага, это показалось ему удивительным. Он воображал эту титаническую схватку и борьбу могучих сил.

– С ним было странное создание, очень похожее на гоблина, хотя и прямоходящее и с более тонкими чертами. Три года он был здесь, а его слуга приходил и уходил. Он научился всему, чему я мог его научить, ибо я не мог ему отказать. Но он тоже учил меня, и эта мудрость принесла мне утешение. Это из-за него я научился уважать жизнь, неважно чью, и щадить приходящих ко мне. Он тоже пострадал от чужих рук, как и я в войнах с людьми, и многое из того, что я любил было утеряно. Этот человек обладал искусством излечения душевных ран, и когда он ушел, я почувствовал себя победителем, а не побежденным, - он остановился и вздохнул. Томас заметил, что речь дается ему все труднее.
– Если б дракон не мог присутствовать при моей смерти, я бы желал, чтобы он сидел здесь, потому что он был первым из твоего народа, парень, кого я считаю своим другом.

– Кто это был, Руаф?
– спросил Томас.

– Его звали Макрос.

– Я слышал о нем, - задумчиво сказал Долган.
– Это самый могущественный маг нашего мира. Он почти что миф и живет где-то на востоке.

– Он не миф, Долган, - еле разборчиво выговорил Руаф.
– Может, он уже умер, потому что жил он здесь со мной много веков назад, - дракон помолчал.
– Мое время близится, так что пора заканчивать. Он слегка двинул головой и сказал:

– Вот в том сундуке дар мага, который нужно использовать сейчас. Это магический жезл, который оставил Макрос, предназначенный для того, чтобы мои кости, когда я умру, не достались стервятникам. Не принесешь ли его сюда?

Долган подошел к указанному сундуку. Открыв его, он нашел там черный металлический жезл на синей подложке. Он поднес его дракону. Дракон заговорил, двигая вздутым языком. Слова были с трудом различимы.

– Через мгновенье прикоснись ко мне жезлом, Долган. Тогда я и закончу свой путь.

– Ладно, - сказал Долган, - хотя видеть конец твоей жизни не доставит мне удовольствия, дракон.

– Но прежде я должен сказать еще кое-что. В соседнем сундуке лежит дар для тебя, гном. Также ты волен взять здесь все, что тебе по вкусу, ибо более я в этом нуждаться не буду. Но среди всего, что здесь есть, я желаю, чтобы у тебя было то, что лежит в этом сундуке, - он попытался повернуть голову к Томасу, но не смог.
– Томас, благодарю тебя, что провел со мной мое последнее время. В сундуке с даром гнома есть дар и для тебя. Также бери все, что хочешь, ибо сердце у тебя доброе, - он глубоко вдохнул, и Томас услышал в его горле хрип.

– Давай, Долган.

Долган протянул посох и легонько дотронулся до дракона его концом. Сначала ничего не случилось.

– Это был прощальный дар Макроса, - тихо сказал Руаф.

Вдруг вокруг дракона появился золотистый свет. Слышно было едва различимое гудение, как будто от самих стен исходила прощальная музыка. Звук усилился, и свет стал ярче и начал пульсировать энергией. Томас с Долган наблюдали, как с чешуи Руафа исчезают обесцвеченные пятна. Его шкура сверкала теперь золотыми искорками, а пелена спала с глаз. Он медленно поднял голову, и они поняли, что он оглядывает зал. Гребень на голове стоял прямо, а крылья вздымались, открывая под собой яркое серебрение. Пожелтевшие зубы стали сверкающе-белыми, а поблекшие черные клыки засияли, как полированный эбен. Дракон поднялся, высоко держа голову.

– Это грандиознейшее зрелище из всех, каким я был свидетелем, - тихо сказал Долган.

Свет становился все ярче, а образ Руафа все молодел. Он выпрямился во весь свой впечатляющий рост, на гребне плясали серебряные огоньки. Дракон юношеским, бодрым движением отбросил голову назад и с радостным криком выпустил мощную вспышку пламени в сводчатый потолок. С ревом, напоминающим сотню труб, он прокричал:

– Благодарю тебя, Макрос! Это поистине роскошный дар!

Гармоничное гудение стало более настойчивым и громким. На краткий миг Долгану с Томасом показалось, что среди этих звуков слышен голос, гулкое эхо:

– Добро пожаловать, друг.

Томас почувствовал на лице влагу и прикоснулся к нему. Слезы радости чистой красоте дракона бежали по его щеками. Золотые крылья дракона были расправлены, как будто он собирался взлететь. Мерцающий свет стал настолько ярким, что Томас с Долганом еле могли смотреть, хотя они и не смогли бы оторвать взор от этого зрелища. Звук стал таким громким, что с потолка посыпалась пыль и трясся пол. Дракон прыгнул вверх, расправил крылья и исчез в ослепляющей вспышке холодного белого света. Внезапно комната стала прежней и звук исчез.

Пустота пещеры после исчезновения дракона угнетала, и Томас взглянул на Долгана.

– Давай уйдем, Долган. Мне не хочется здесь оставаться.

– Да, Томас, - задумчиво сказал Долган, - у меня тоже нет такого желания. Но еще есть дары дракона, - он подошел к указанному драконом сундуку и открыл его.

Его глаза округлились, и он вытащил гномий молот. Он подержал его перед собой, с благоговением глядя на него. Боек был сделан из серебристого металла и сиял в свете фонаря голубым. Сбоку были выгравированы гномьи символы. Рукоятка была дубовая, с резным витым орнаментом вдоль.

– Это молот Толина, - едва различимо сказал Долган, - давно утраченный моим народом. Его возращение повлечет за собой воссоединение всех гномов Запада. Это знак нашего последнего короля, пропавшего много веков назад.

Томас подошел поближе, чтобы посмотреть и увидел в сундуке что-то еще. Он прошел мимо Долгана и вытащил большой сверток белой материи. Он развернул его и увидел, что это был белый воинский плащ с золотым драконом на груди. Внутри был щит с тем же рисунком и золотой шлем. Самым изумительным был золотой меч с белым эфесом. Ножны были изготовлены из гладкого белого материала, похожего на слоновую кость, но крепкого как металл. Под свертком лежала золотая кольчуга, которую он вытащил с удивленным восклицанием.

Долган взглянул на него и сказал:

– Возьми их, парень. Дракон сказал, что это твой дар.

– Они слишком хороши для меня, Долган. Они, должно быть, принадлежат принцу или королю.

– Я думаю, предыдущему владельцу они не очень нужны, паренек. Их дали тебе добровольно, и ты можешь делать с ними все, что хочешь, но я думаю, они какие-то особенные, раз их положили в один сундук с молотом. Молот Толина могучее оружие, выкованное в древних горнах Мак Кадман Алейр, самой старой шахты в этих горах. В нем магия, не превзойденная за всю историю гномов. Вероятно, золоченые доспехи и меч тоже такие. Может, они вовсе не случайно попали к тебе.