Чтение онлайн

Но больше из сердца ничего не вырастало. Оно даже больше не билось. Хотя свечение не пропадало.

Хм, где-то я читал, что сердце, извлеченное из тела, вообще-то продолжает жить еще то ли пять, то ли семь часов. Вот и магическая регенерация продолжает на нем работать за счет связи с Проклятьем…

Это что же, выходит, Аркадий мне соврал, что его сердце растворилось в воздухе? Или все дело в том, что у Тени меньше гиасов, чем у ребенка-волшебника, и это как-то связано…

Млять. Аркадий!

* * *

В голове у меня сам собой включился обратный отсчет.

Понятия не имею, сработает ли эта авантюра, но если есть хоть малейший шанс на успех, то он зависит от того, как быстро я буду действовать.

Первым делом я достал коммуникатор и проверил время на маленьком экранчике. Одиннадцать сорок пять. Охренеть, это что, меньше часа все приключения заняли?! Ну ладно, примем за данность, что максимум до шестнадцати сорока пяти сердце должно оказаться в руках хирургов. Лучше раньше.

Может быть, сразу позвонить? Но… Кому? И что я скажу? Допустим, мне даже поверят — но не перехватят ли звонок те, кто уже раз совершил покушение на единственного (на тот момент) орденского мага? Стоит мне обмолвиться, что я теперь не скован Проклятьем, но по-прежнему могу пользоваться магией, охоту развернут сразу и на меня. Надежнее сказать об этом максимально поздно минимальному числу людей. Лучше всего — лично, а не по телефону.

Однако я не мог позволить себе сразу рвануть с сердцем наперевес (Данко или Ганнибал Лектор? Делайте ваши ставки!) разыскивать, например, ближайшую военную базу и то ли требовать, то ли умолять, чтобы мне выделили спецтранспорт до Лиманиона. Нужно было сначала убедиться, что Кесарь точно не выжил. Если даже в его вырванном сердце сохранялась жизнь, то кто знает, не смог ли он как-то протянуть на остатках магии в кровеносной системе?

Моя эхолокация показывала, что его тело лежало на земле и не двигалось, а глазами я больше не видел сквозь пар характерного свечения, но мало ли!

Для начала я закрутил с помощью воздушных щупов небольшой смерч — с видимыми магическими потоками это оказалось куда проще! — и попытался развеять облако пара. Получилось не очень, но на несколько секунд мне удалось расчистить поле видимости и осмотреть труп. Ну… Мертвее мертвого, по-моему. Огромная сквозная дыра в груди и спине, ребра наружу. Перекошенное жутким удивлением лицо, остекленевшие глаза. Упал он на спину, так что затылок вдребезги, а лицо целое. Не растворился, значит, в воздухе, как трупы детей-волшебников. Выходит, в самом деле для них меньше ограничений!

Так, этот пункт вычеркиваем. Теперь пора решить, как нести сердце.

Я понятия не имел, как транспортируют донорские органы. Видел когда-то давно, в прошлой жизни, сериал, где сюжет одного из эпизодов вертелся вокруг похищенного сердца — так там они его чуть ли не просто в коробочке со льдом таскали. Ну что, понадеемся на добросовестность американских сценаристов?1

Видимо, придется — другого-то выхода все равно нет! Не в руках же его нести?

Но ни сумки, ни рюкзака у меня тоже не было. Карманы плаща не позволяли набить их снегом и положить сердце сверху, не настолько они были глубокие и широкие. Так что я снял отцовское творение, свернул его кулем, набрал снега внутрь… И задумался. Просто положить сердце на снег? Пока оно лежало на трупе Тени — больше класть было некуда. Но при прямом контакте со снегом не обморозится ли? Нет, понятно, что оно у меня и так уже не стерильное и не в идеальном состоянии — будем надеяться, магическая регенерация Проклятья решит часть проблем — но повреждать его еще больше явно не стоит!

В итоге я снял свитер, потом рубашку, завернул в нее сердце и положил в мой сверток сверху на снег, потом еще перемотал все это шарфом. Свитер надел снова на голое тело. И внезапно почувствовал, что замерзаю!

Вот что значит отключилось Проклятье, и я тут же начал чувствовать влияние атмосферы на себе! Даже в городе дубак — а тут горы. До сих пор меня грел адреналин, но копание в снегу голыми руками (которые, кстати, покраснели и дрожали), а также пауза в активном движении делу не помогли.

Пришлось заняться мародерством: раскулачить труп на шубу. Огромная дыра в спине не сделала ее теплее, но из-за того, что дохлый подонок был значительно выше и крупнее, его полушубок укутал меня до колен, еще и запахнулся с большим запасом. Ну, хоть что-то. Придется просто лететь побыстрее. К счастью, напряжение мышц для управления крыльями требовалось вполне реальное, пока буду махать — не окоченею. Хотелось бы надеяться…

Но что я буду делать, если меня выкинуло километрах в трехстах от ближайшего жилья? У меня тупо уши и нос отмерзнут, пока лететь буду!

К счастью, когда я поднялся повыше, прижимая к груди неуклюжий сверток из набитого снегом плаща, то почти сразу увидел парящие трубы котелен какого-то приличного по размеру поселения — в той стороне, куда горы понижались.

Я направился к домам. Крылья несли меня легко и мощно, скорость выходила, кажется, даже больше, чем телекинезом — и я чувствовал, что это не предел! Но выяснять, где же этот предел, не спешил, хотя и торопился. Кто знает, не придется ли лететь до Лиманиона своим ходом? Нужно экономить силы.

К моему облегчению и некоторому удивлению поселение оказалось краем большого города, языком вдававшимся между холмами предгорий. А не Каликия ли это часом?..Было бы хорошо. В Каликии есть контакт, который Аркадий считает достаточно надежным — Командор. И он как раз сегодня ждет от меня весточки.

Я не настолько хорошо познакомился с городом, чтобы узнать его сверху, поэтому сделал первое, что пришло мне в голову — увидев на улице подо мной спешащего куда-то прохожего с маленькой елочкой в руке, опустился прямо перед ним.

Мужик оторопел, аж назад шагнул. Думаю, видок у меня был тот еще, но перед приземлением я этого не сообразил.

— Добрый вечер, — сказал я вежливо. — Не подскажите, что это за город?

— Так… Каликия же… Уважаемый, — заплетающимся языком ответил мужик. Затем тряхнул головой и добавил тоскливо: — Что-то я рано праздновать начал…

— Спасибо! — ответил я и, хлопнув крыльями, взлетел снова.

Не рассчитал: у мужика ветром сбило шапку с головы.

Что он там о праздновании говорил… А, ну да! Новый год же сегодня!