Магия крови

Выезжая утром в лес, Илья и представить себе не мог, чем закончится для него этот день. А начиналось всё рутинно. Старенький снегоход, прицеп с сеном для лосей, карабин на плече… Кто же знал, что оружие пригодится егерю уже через несколько часов? И вовсе не от проснувшегося раньше времени медведя.

Неприятности начались ближе к полудню. В негромкий шум зимнего леса ворвался посторонний звук. И звук этот Илье категорически не понравился. Это было тарахтение чужого двигателя.

– Серёге в этом квартале делать нечего, – помянул коллегу егерь. Ругнувшись себе под нос, он бросил охапку сена в кормушку и развернулся на звук.

– Браконьеры? – насторожился Митька. Младший брат приехал к Илье на каникулы из университета и напросился с ним в лес.

Теперь парень встревоженно озирался по сторонам. Сняв с плеча видавшую виды двустволку, Митька переломил стволы и выдернул пару патронов из патронташа.

– Спокойней, братишка, спокойней, – негромко проговорил Илья. – Не напори глупостей.

Он решительно направился к опушке. На ходу дёрнул рукоятку затвора, дослал патрон: мало ли что? Лучше быть заранее готовым к проблемам. А в том, что проблемы будут, егерь уже не сомневался.

И предчувствие не обмануло. Едва Илья выбрался к опушке, как тут же выругался, тихо, но очень ёмко. По широкой прогалине, высоко вскидывая ноги, бежал лось. Следом за ним, взметая фонтаны снега из-под гусениц, летел снегоход с двумя седоками. И если водитель пригнулся к рулю и ехал молча, то пассажир азартно гикал, одной рукой держась за товарища, а другой уперев в бедро приклад карабина.

Браконьеры.

– Не высовывайся! – бросил Илья брату.

– Но я могу помочь! – возмутился парень. – Прикрою тебя!

– С опушки прикроешь, – отрезал егерь. – И пулевые заряди!

– Уже!

Не слушая, что там ещё бормочет младший брат, Илья вышел на прогалину. Подвергать опасности единственного родного человека он не собирался. Егерь уже жалел, что вообще согласился взять его сегодня с собой. Но кто ж знал, что всё так обернётся?

Как только Илья выбрался из окаймляющих опушку кустов, снегоход браконьеров затормозил, развернулся боком, и седок вскинул оружие.

Часто захлопали выстрелы – пассажир снегохода явно не заморачивался охотничьей этикой. Не пытался положить зверя одним точным попаданием по убойному месту, без лишних мучений и порчи мяса. Да он и законностью происходящего нисколько не озаботился. Стрелял по лосю со снегохода и сильно после окончания охотничьего сезона – февраль на дворе.

Зверь споткнулся, прошёл ещё с десяток метров и наконец рухнул, пятная снег алым. Снегоход рыкнул двигателем и подкатил к туше. Браконьеры спешились, тут же провалившись едва ли не по колени. И только тут заметили идущего к ним от опушки егеря.

Илья понял, что поступил правильно, отправившись навстречу нарушителям пешком на снегоступах. Его старенький “Буран” вряд ли смог бы догнать новую и куда более мощную машину браконьеров. Зато егерь не выдал себя звуком двигателя и прошёл через лес напрямик.

Теперь от преступников его отделяло всего метров тридцать по целине. И карабин в руках Ильи, пока ещё опущенный стволом в землю, ясно давал понять: бежать бесполезно.

Впрочем, браконьеры и не собирались ретироваться, а остались возле своей добычи. Водитель, бывший, по всей видимости, ещё и телохранителем, выдвинулся чуть вперёд, закрывая хозяина плечом.

А вот поведение главного браконьера вызывало у Ильи очень нехорошие подозрения. Весь какой-то дёрганый, переминается с ноги на ногу, карабин зажат в напряжённых руках. Того и гляди, выкинет какую-нибудь гадость. Закинулся, что ли, чем-то перед охотой? Вот же идиот…

Ход мыслей Ильи прервал грубый окрик водителя-охранника:

– Чего надо?!

Вопрос был лишён всякого смысла. Вряд ли браконьер не разглядел нагрудный знак производственного охотинспектора.

“Надо же, какой борзый” – про себя подивился егерь. От его взгляда не укрылось то, что телохранитель расстегнул длинную куртку. Наверняка под ней скрывалась кобура.

Стрелок с карабином, судя по поведению, был куда менее предсказуем, зато охранник явно знал своё дело. Пришлось следить за обоими сразу, и Илья поудобнее перехватил карабин. Случись что, вскинуть его – меньше секунды.

– Охотинспектор Барсуков, – представился он, остановившись в полутора десятках шагов. – Вы находитесь на территории частного охотхозяйства. И убили животное с нарушением Правил охоты и вне охотничьего сезона.

– С хозяевами твоими порешаем, – попытался отбрехаться телохранитель, и Илья насторожился ещё больше. Неужели начальник настолько под веществами, что за него вынужден отвечать подчинённый?

– С моим начальством, – егерь выделил это слово, давая понять, что хозяева есть у охотхозяйства, но никак не у него, – раньше надо было договариваться. Месяца за три-четыре. А теперь придётся со следователем. Осилите?

Илья прекрасно знал своего директора. “Порешать” с ним в такой ситуации ничего не удастся. Да и сам он в принципиальности не уступал начальству. Потому и сработались.

– Володя, отойди, – наконец вступил в разговор застреливший лося браконьер. Он не стал обходить подчинённого. Просто оттёр того плечом и попёр вперёд, задрав дорогой “бенелли” стволом вверх и устроив приклад на сгибе локтя. Чертыхнувшись, охранник пошёл следом, меся снег зимними сапогами.

– Ты вообще чего выперся? – заблажил браконьер с карабином, видимо, ощущавший себя большим начальником. Может, он таковым и был, но Илью это уже нисколько не волновало. Задолбали “хозяева жизни”. Сейчас он чувствовал себя абсолютно правым и спускать дело на тормозах не собирался.

Пусть Илья и был наёмным работником, он ощущал себя здесь на своей земле. Оборзевший браконьер, хоть с деньгами, хоть с корочками, ему был не указ.

– Оглох, дядя? – рыкнул егерь, напряжённо наблюдая, как сокращается разделяющее их расстояние. – Осади назад. Осади, я сказал! – резкий окрик ударил как кнутом. Браконьер с карабином дёрнулся, но всё же остановился метрах в трёх, и его тут же догнал охранник. Руку он держал на отвороте куртки, явно подбираясь поближе к скрытой пока плечевой кобуре.