Магия ранит

Магический отлив настиг меня за столом. Я сидела в своей сумрачной кухне, уставившись на бутылку слабенького яблочного сидра «Бунз фарм». Защитный кокон задрожал и исчез – заходи кто хочет. В пустом доме чересчур громко забубнил телевизор.

Я приподняла бровь. Мы с бутылкой поспорили, не ждет ли нас очередной «экстренный» выпуск новостей.

Стекляшка проиграла.

– Экстренные новости! – затараторила Маргарет Чжан. – Генпрокурор предупреждает граждан, что любая попытка связаться или иным образом взаимодействовать с могущественными сверхъестественными существами может быть опасна как для нарушителей, так и для окружающих.

– Неужели? – спросила я у бутылки.

– Местная полиция уполномочена всеми средствами противодействовать подобным экспериментам…

Телевизор продолжил бубнеж, ну а я принялась за бутерброд. Кого они пытаются надуть? У копов кишка тонка. Как им предотвратить вызовы потусторонних тварей? Чтобы пресечь попытку в зародыше, требуется опытный маг. Попробовать же способен любой полуграмотный болван: в одном месте у него так и свербит от могущества, а представления о последствиях – весьма туманные. Не успеешь глазом моргнуть, деловой центр Атланты уже топчет славянский Триглав, с неба сыплются крылатые змеи, а спецназ радирует о нехватке патронов. Вот такие нынче времена. Впрочем, будь деньки поспокойнее, сидеть бы мне без работы. Кому в уютном и безопасном мирке высоких технологий нужны магички по найму?

Если люди сталкиваются с проблемами мистического толка, решить которые не по зубам полиции, они обращаются в гильдию наемников.

Когда происшествие происходит в моем районе – гильдия приглашает меня.

Я поморщилась, потирая бедро. Нога побаливала, но рана заживала быстрее, чем можно было ожидать. Привет от последнего заказа, кстати. Что б я еще согласилась идти без доспехов на червя-импалу? Черта с два! В следующий раз потребую выдать мне броню с четвертым уровнем защиты.

Внезапно меня накрыло ледяной волной ужаса и отвращения. Желудок сжался, во рту появился горький привкус желчи, по спине побежали мурашки, на затылке встопорщились волоски.

В доме кто-то появился.

Отложив недоеденный бутерброд, я взяла пульт от телевизора и выключила звук. В этот момент к экранной Маргарет Чжан присоединился тип с каменным лицом, стрижкой «бобрик» и серостальными глазами. Коп, конечно. Вероятно, из Отдела паранормальной активности. Моя ладонь инстинктивно опустилась на кинжал, лежащий на коленях. Я застыла.

Слушала. И ждала.

Тишина. Ни звука. По запотевшей бутылке заскользила капелька, оставляя на стекле блестящую дорожку.

Что-то крупное подползало к кухне из коридора. Двигалось оно по потолку. Я старательно делала вид, будто ничего не замечаю. Особенно притворяться не приходилось: оно уже находилось за спиной.

Незваный гость остановился, попятился и прянул в угол, где и завис, умудрившись вцепиться в потолок длинными желтыми когтями. Ни дать ни взять – горгулья, застигнутая утренней зарей.

Отпив глоточек сидра, я повернула бутылку так, чтобы видеть отражение существа. Голое, безволосое тощее тело – ни единой жиринки. Из-под тонкой, туго натянутой кожи проступали мышцы и связки. Словно анатомическую модель облили воском.

Короче говоря, ваш дружелюбный сосед Человек-паук.

Точнее, вампир.

Гость взмахнул левой лапой. Острые, как вязальные спицы, когти раскроили воздух. Тварь по-собачьи склонила башку и изучающе выпучилась на меня. Светящиеся глазенки горели безумием: тупая жажда крови и ни проблеска мысли или иного сдерживающего начала.

Я молниеносно развернулась и метнула кинжал. Черное лезвие вонзилось в шею упыря, и он замер. Когти перестали скрести потолок. Выступила густая кровь пурпурного оттенка. Медленно стекая по коже, она капала на пол. Морда вампира скривилась: может, бестия хотела принять иную форму?

А потом тварь раззявила пасть, показав два желтоватых серповидных клыка.

– Какая ты негостеприимная, Кейт, – произнес вампир голосом Гастека. – И чем теперь прикажешь его кормить?

– Извини. Условный рефлекс: загорелась лампочка – получаешь еду, увидел нежить – бросаешь в нее нож. Как-то так.

Морда кровососа вновь перекосилась. Похоже, контролирующий его повелитель мертвых решил прищуриться.

– Что ты пьешь? – спросил Гастек.

– Сидр. «Бунз фарм».

– По-моему, ты можешь позволить себе что-нибудь получше.

– Могу, но не хочу. Этот меня полностью устраивает. Между прочим, дела я привыкла обсуждать по телефону, хотя с тобой и вовсе не хочу их иметь.

– А я и не собирался тебя нанимать, Кейт. Просто заглянул по-приятельски.

Я покосилась на тварь. Ужасно захотелось перерезать горло самому Гастеку, просто руки чесались. Увы, он находился в бункере, за много миль от моего дома.

– Тебе очень нравится действовать мне на нервы, да?

– Очень.

Интересно, почему?

Вопрос на миллион долларов.

– Выкладывай, чего надо, да покороче. У меня сидр выдыхается.

– Хотел бы я знать, – начал Гастек со свойственным только ему сухим безразличием, – когда ты в последний раз видела своего опекуна?

Небрежность его тона заставила меня похолодеть.

– А что случилось?

– Ничего. Обычное любопытство, как всегда.

Вампир оттолкнулся от потолка и одним огромным прыжком исчез в открытом окне, унося в своей мерзкой глотке мой нож.

Чертыхнувшись, я схватила телефон и набрала номер Ордена рыцарей милосердной помощи. Если магия действует в полную силу, ни один кровосос не способен взломать мой защитный барьер. Гастек не мог заранее знать, когда в магическом поле появится разрыв, следовательно, – караулил и ждал подходящего случая. Я отхлебнула сидра прямо из бутылки. Значит, вампир прятался где-то поблизости, а я, возвращаясь вчера домой, его не засекла. Паршиво. Можно, не колеблясь, написать в моем удостоверении наемницы: «О возможных рисках мы вас предупредили».

Один гудок. Второй. Третий. И с чего бы это Гастек прицепился к Грегу?..

Наконец, в трубке щелкнуло, и строгий женский голос жестко отбарабанил:

– Капитул ордена в Атланте. Чем можем вам помочь?

– Я бы хотела поговорить с Грегом Фелдманом.

– Представьтесь, пожалуйста.

В голосе прозвучала тревожная нотка.

– Я не обязана представляться. Хочу побеседовать с рыцарем-прорицателем.

На том конце помолчали, затем уже мужской голос сказал:

– Пожалуйста, назовите свое имя.