Чтение онлайн

– Николас, ныряй вниз, под него!

Николас выгнул спину, уперся ногами в землю и изо всех сил лягнул тайбера в живот. Тот взвыл. Николас перевернулся, вскинул ноги и обхватил ими шею чудовища. Изабелла размахнулась и изо всех сил ударила тайбера по голове. Тайбер извернулся, взглянул на нее, но она снова нанесла удар.

– Нет, госпожа, не убивайте меня, – попросил тайбер. – Я видел, как этот человек потянулся к вам, и посчитал, что он хочет причинить вам зло. Не убивайте, госпожа. Ветвь желтого дерева силлоу – могучее оружие. Но до вас ни один человек не догадался им воспользоваться.

Николас был так потрясен тем, что понимает каждое слово, что, отпустил тайбера. Тот медленно откатился в сторону и встал на все четыре лапы. Оказалось, что шкура у него темно-коричневая, с темно-синими полосами на спине. Зверь, тяжело дыша, опустил голову.

Николас поднялся и уставился на тайбера, который терся лбом о большой валун.

– Взгляни на меня, тайбер! Саримунд не написал, что ты умеешь говорить. Упомянул только, что ты наш враг. Скажи, каким образом мы понимаем твою речь?

– Тайбер – враг всем, включая людей. Но не твой враг, о, мой господин, – объяснил он, поднимая уродливую голову.

– Что-то я совсем запутался, – растерянно пробормотал Николас. – Саримунд писал, что мы должны подружиться с красным лазисом, чтобы он защитил нас от тебя. Почему ты зовешь ее госпожой, а меня – господином? Почему ты не враг нам? Ведь мы люди!

– О, господин, ты увидишь, что здесь, в Пейле, возможно все, – ответил тайбер, и Николас был уверен, что расслышал в его голосе ехидные нотки.

На его глазах тело тайбера стало переливаться всеми цветами радуги, и скоро перед ними стоял дракон. Наверняка тот самый дракон Саллас-Понда, которого описывал Саримунд, – с золотой мордой, изумрудными глазами и огромными треугольными чешуйками, унизанными алмазами.

– Смотрите, я не тайбер. Я впервые в жизни принял его облик. Мерзкое создание, сгусток ярости, в крошечном мозгу которого умещаются лишь две потребности: еда и убийство. Я и не представлял такого. Больше никогда в жизни, даже ради забавы.

Дракон взмахнул хвостом, так что земля задрожала, и повернул большую голову к Розалинде.

– В ваших руках огромная сила, госпожа. Простите, господин. Я действительно думал, что вы на нее напали. Теперь вижу, что это не так. Как это госпожа додумалась ударить меня веткой желтого дерева силлоу?

Он поклонился, сложив огромные крылья над головой.

– Ты не бог, – заметил Николас, глядя во вращающиеся изумрудные глаза.

– Разумеется, бог, – возразил дракон.

– Вовсе нет, иначе сразу понял бы, кто я. Понял бы, что я не собираюсь причинить ей вред, и не напал бы на меня. А если ты и бог, то стал им совсем недавно.

– Таранис только поет – по крайней мере, так написано в книге. А ты разговариваешь с нами, – вмешалась Розалинда.

– Нет, я не говорю, а передаю мысли. Пою я плохо. Расправив великолепные крылья, дракон поднялся в воздух и повис там: темный силуэт на фоне красных лун. Устрашающее зрелище, правда, не произведшее особого впечатления на Николаса. Он вдруг сильно рассердился.

– Прекрати свои игры, дракон, – крикнул он, грозя кулаком! – Я тебя не боюсь. Если ты Таранис, оставь жалкие попытки запугать нас. Если нуждаешься в уроках, чтобы обучиться столь тонкому искусству, я согласен дать их тебе. Приказываю немедленно спуститься вниз и объяснить, что происходит.

– Я знаю, кто вы, – объявил дракон, поднявшись еще выше.

Из его пасти вырвался язык пламени, и дракон поспешно его проглотил.

– Да, я прекрасно знаю, кто вы, господин. Просто мне в глаза попал песок пустыни, и я не смог как следует вас разглядеть.

Он снова стал подниматься, пока не стал черным пятнышком на фоне красной луны.

– Берегитесь тайбера! – донесся до них его голос. – Он куда опаснее чародеев из Блад-Рока! Ищите красного лазиса! А Саримунд… кто знает, как поступит чародей?!

Николас и Розалинда подняли головы, но в небе уже никого не было.

– Представь только, проклятый дракон решил давать нам советы! И это вместо того чтобы помочь, пропади он пропадом, – проворчал Николас.

– Дракон называл нас господином и госпожой. Интересно почему? Если это дракон Саллас-Понда, к чему все эти игры? Ах да, я и забыла: закон магии.

– Когда он прилетит в следующий раз, нужно спросить, гарантирует ли звание господина какие-то привилегии, – заявил Николас, обнимая жену. – Как ты догадалась сломать ветку с желтого дерева и ударить тайбера по голове?

– Сама не знаю. Просто сломала – вот и все. О Господи, кажется, дерево застонало.

Николас стал растирать ей спину. Она, похоже, не заметила, что одета в средневековое платье, которое могла носить женщина, ухаживавшая за алтарями в Стоун-хендже.

– Зато ты спасла меня, за что я крайне благодарен. Надеюсь, у проклятого дракона теперь будет долго болеть голова. И поделом ему!

Он погладил ее по голове.

– Знаешь, Розалинда, до нападения тайбера ты превратилась в другую женщину. Сама ты это осознала?

Она медленно кивнула:

– Да, здесь, в Пейле, я другая. И вид, и одежда. Но где же Саримунд?

Она отстранилась и оглядела долину и гору Оливан.

– Розалинда, – выдохнул он, крепче сжимая руки. – Или… Изабелла?

– Я должна остановить ее Николас, теперь, когда я здесь, ее никто не удержит. Она воплощение зла и убьет его.

– Разве Эпона ясновидящая? – спросил он. – Предвидит будущее и свою смерть, если принц Иган доживет до совершеннолетия?

Даже голос Розалинды изменился, стал более глубоким и мелодичным.