Макулатура
Шрифт:
И вот, пожалуйста. Сижу и слушаю дождь. Если я сейчас умру, в мире не прольется ни одной слезинки. Разве этого я добивался? Как странно. До какой степени можно быть одиноким? Но мир полон таких старых ослов вроде меня. Сидят, и слушают дождь, и думают, куда это все катится. Вот когда понимаешь, что ты стар, — когда сидишь и думаешь, куда же это все катится.
Да никуда это не катится, и катиться некуда. Я на три четверти мертвый. Я включил телевизор. Шла реклама. ОДИНОКИ? ПОДАВЛЕНЫ? ВЗБОДРИТЕСЬ. ПОЗВОНИТЕ ОДНОЙ ИЗ НАШИХ ПРЕКРАСНЫХ ДАМ. ОНИ ЖЕЛАЮТ ПОГОВОРИТЬ С ВАМИ. ОПЛАТА КРЕДИТНОЙ КАРТОЧКОЙ МАСТЕР ИЛИ ВИЗА. ПОГОВОРИТЕ С КИТТИ, ИЛИ ФРЭНСИ, ИЛИ БЬЯНКОЙ. ТЕЛЕФОН 800-435-8745. Показали девушек. Самая красивая — Китти. Я врезал виски и набрал номер.
— Да? — Голос был мужской. Противный.
— Китти, пожалуйста.
— Вам 21 и больше?
— Больше, — сказал я.
— Мастер или Виза?
— Виза.
— Сообщите номер и по какое число действительна. Кроме того, адрес, номер телефона, номер карточки социального обеспечения и номер водительских прав.
— Э, а почем я знаю, что вы не воспользуетесь этими сведениями в своих целях? Может, вы хотите меня наколоть? Использовать эти сведения в своих интересах?
— Слушай, друг, ты хочешь поговорить с Китти?
— Ну наверное…
— Мы даем объявления по телевидению. Мы работаем уже два года.
— Ладно, сейчас выковырю это из бумажника.
— Друг, если мы тебе не нужны, то и ты нам не нужен.
— А о чем со мной будет говорить Китти?
— Тебе понравится.
— Откуда ты знаешь, что понравится?
— Эй, друг…
— Ладно, ладно, минутку…
Я сообщил ему все данные. Потом была пауза, пока они проверяли мой кредит. Потом я услышал голос:
— Здравствуй, малыш, это Китти!
— Здравствуй, Китти, я Ник.
— У-у, какой у тебя сексуальный голос! Я уже немного волнуюсь.
— Да нет, у меня не сексуальный голос.
— Ах, ты просто такой скромный!
— Нет, Китти, я не скромный…
— Знаешь, я ощущаю такую близость к тебе! Такое чувство, как будто я свернулась калачиком у тебя на коленях. И гляжу на тебя снизу глазами. У меня большие голубые глаза. Ты наклоняешься ко мне, сейчас ты меня поцелуешь!
— Это ерунда, Китти, я сижу здесь один, сосу виски и слушаю дождь.
— Слушай, Ник, напряги немного воображение. Не стесняйся — и ты удивишься, как много мы можем сделать вместе. Тебе нравится мой голос? Он тебе не кажется немного… э-э, сексуальным?
— Да, немного, но не очень. Он у тебя как будто простуженный. Ты простужена?
— Ник, Ник, мальчик мой, какая простуда? Я вся горю!
— Что?
— Я сказала: я вся горю, какая простуда?
— А говоришь как простуженная. Может быть, слишком много куришь?
— Я курю только одну вещь, Ник!
— Какую, Китти?
— Не догадываешься?
— Нет…
— Посмотри вниз, Ник.
— Ну?
— Что ты видишь?
— Стакан. Телефон…
— А что еще, Ники?
— Туфли…
— Ник, а что это такое большое торчит, пока ты со мной разговариваешь?
— А, это! Это мое пузо!
— Говори со мной, Ник. Слушай мой голос, представь себе, что я у тебя на коленях и у меня немного задралось платье, видны мои колени и бедра. У меня длинные белокурые волосы. Они падают мне на плечи. Представь себе это, Ник, представь…
— Хорошо…
— Ну, что ты теперь видишь?
— То же самое: телефон, мои туфли, стакан, пузо…
— Ник, ты плохой мальчик! Так и хочется прийти и отшлепать тебя! Или чтобы ты меня отшлепал!
— Что?
— Нашлепать, нашлепать, Ник!
— Китти…
— Да?
— Можно я отлучусь на минуту? Мне надо в туалет.
— Ну, Ник, я знаю, что ты хочешь делать! Тебе не надо в туалет, ты можешь сделать это прямо по телефону, разговаривая со мной!
— Нет, Китти, не могу. Мне надо пописать.
— Ник, — сказала она, — можешь считать наш разговор оконченным!
Она повесила трубку.
Я пошел в туалет и помочился. И все это время слышал шум дождя. Что ж, разговор получился паршивый, но хотя бы отвлек меня от мыслей о Красном Воробье и о других предметах. Я спустил воду, вымыл руки, посмотрел в зеркало, подмигнул себе и вернулся к своему виски.
45
И вот на другой день я снова в кабинете. Ничего я не выполнил, и дела обстоят довольно говенно. Никуда я не продвинулся, да и остальной мир тоже. Все мы болтаемся без толку, ждем смерти и заполняем время мелкими делишками. А некоторые и мелких делишек не делают. Овощи. И я один из них. Не знаю, какой я овощ. Я ощущал себя репой. Я закурил сигарету, вдохнул дым и притворился, будто знаю, какого черта.
Зазвонил телефон. Я поднял трубку.
— Да?
— Мистер Билейн, на вас выпал выигрыш. По вашему выбору: телевизор, поездка в Сомали, 5 тысяч долларов или складной зонтик. Вас ожидает бесплатная комната и бесплатный завтрак. Вам следует лишь посетить один из наших семинаров, где мы предложим вам неограниченных размеров недвижимость.
— Слушай, приятель, — сказал я.
— Да, сэр?
— Беги воруй!
Я бросил трубку. Я смотрел на телефон. Проклятая штука. Но можно позвонить по ней 911. Неизвестно, когда понадобится.
А мне нужен был отпуск. Мне нужны пять женщин. Мне нужно вынуть серу из ушей. Сменить в машине масло. Я не заполнил налоговую декларацию. И дужка на очках для чтения сломана. В квартире у меня муравьи. Пора почистить зубы. На туфлях каблуки стесались. У меня бессонница. Кончилась страховка на автомобиль. Режусь при каждом бритье. 6 лет не смеялся. Беспокоюсь, когда беспокоиться не из-за чего. А когда есть из-за чего беспокоиться, напиваюсь.