Мальвина
Шрифт:
– Ну всё, тогда я вас жду. Деду привет.
– Обязательно, – ответил Стас сам себе.
Пришлось вставать сегодня пораньше и готовиться к торжеству.
Через десять минут на него в зеркало посмотрело какое-то жалкое подобие человека. Никакое кофе уже не поможет, разве что придётся выпить его не меньше литра, а это самый надёжный способ оказаться рядом с дедом. Кажется, где-то неподалёку от хосписа находилось отделение грудной хирургии. Стас, конечно, уже давно планировал отдохнуть, но он не совсем так представлял себе отпуск, уж точно не в больничной палате.
Как-то надо было приводить себя в порядок и мужчина ничего не мог придумать лучше, чем полстаканчика коньяка, а ещё лучше – полный стакан.
На душе легче не стало, но теперь было не так важно, как он выглядит. Стас снова посмотрел в зеркало. Вроде бы лицо снова встало на место, но вот на причёску волшебная сила алкоголя никак не распространялась. Зато на комоде на самом видном месте лежала любимая волшебная расчёска. Быстро пригладив волосы и наспех одевшись, мужчина покинул квартиру.
Стас успел проехать ещё до начала час-пик, опередив пробки совсем немного. В больницу его не хотели впускать в такое раннее время, когда больные даже не успели проснуться и пришлось требовать заведующего отделением. Ведь только вчера они договорились, что у Малютина-младшего будет полный доступ к больному в любое время, но врач ещё не приезжал и распоряжений никому не давал.
Стас закатил истерику, после которой пришлось всё же вызванивать заведующему и спрашивать у него, был ли такой разговор.
Наконец, ему было позволено посещение, но ненадолго. Да мужчина и не рассчитывал быть здесь дольше чем на десять-пятнадцать минут, ведь ему надо было ещё успеть на церемонию, а до ЗАГСа нужно было ещё доехать.
В то же самое время в отделении началась суета. Медсестры бежали по коридору в сторону одноместной палаты, в которую позапрошлой ночью поместили Дмитрия Малютина.
Стас очень надеялся, что ошибся или что его деда на тот момент успели перевести в другую палату, но когда симпатичная строгая на вид блондинка выкрикнула имя любимого родственника, мужчина тут же кинулся к нему.
– Вам туда нельзя, – ему тут же загородила дорогу та же самая блондинка, которая суетилась больше всех. – Сейчас проводятся реанимационные работы. Подождите немного, пока его не стабилизируют. Потом зайдёте.
– У меня нет времени ждать.
Девушка рассмотрела его внешний вид.
– Я вижу, что у вас намечается какое-то важное мероприятие, но таковы правила. Пока пациента не стабилизируют, к нему никого не пустят.
Стас нервно вздохнул.
– Сколько времени это может занять?
Девушка замахала головой.
– Я не знаю.
В этот же самый момент с заметным облегчением из палаты вышел почти весь персонал. Девушка улыбнулась и добавила.
– Вы можете зайти ненадолго.
– Спасибо, – настроение Стаса заметно улучшилось, он готов был расцеловать молоденькую медсестричку, если это не было запрещено медицинской этикой.
В палате оставалась ещё одна блондиночка, по виду ровесница предыдущей. Девушка держала пациента за руку и что-то негромко ему говорила. Было в ней что-то… знакомое. Почему-то молодому адвокату казалось, что где-то он её уже видел.
– Привет, внучок, – раздался слабый скрипучий голос. – Заходи, не стесняйся.
– Я не стесняюсь, – Стас перевел взгляд на дедушку, потом подошёл к нему ближе. – Просто я думал вы заняты.
– Я уже ухожу, – робко ответила девушка и снова приветливо улыбнулась старичку.
Мужчина проводил её взглядом и тут же понял, где он её видел.
– Мальвина?
Ну конечно. Та же фигура, та же осанка и даже походка та же самая. И судя по тому, как дернулась девушка, он не ошибся. Это была она.
Девушка тут же взяла себя в руки. Обернувшись в дверях, она с самой милой и самой наивной улыбкой ответила.
– Вам показалось. Меня зовут Вика.
– Вика, значит, – произнёс себе под нос Малютин-младший. – Хорошо, пусть будет Вика. Ещё увидимся, Вика.
– Возможно, – пожала плечами девушка и покинула палату.
Глава 3
“Какого чёрта? – думала девушка. – Откуда он может знать Мальвину?”
Вика прислонилась к стене в сестринской и пыталась перевести дух. Мысли надоедливой мошкарой кружились в голове, мешая нормально соображать. Никто и никогда не должен знать, что она подрабатывает стриптизёршей. Ей не просто за это влетит, это будет крах всем её надеждам, всем её планам на жизнь. Она хотела стать медсестрой, одной из лучших хотя бы в своём городе. Но если этот молодой мужчина проболтается кому-нибудь... дай бог эта информация не дойдёт до сотрудников и уж тем более об этом не должны знать её братья. В первом случае её всего лишь уволят без права работы в медицине, во втором же её просто посадят под домашний арест. Пожизненно.
Но родственников пока можно не опасаться, они сейчас находятся далековато от Москвы. Точнее, это Вика сейчас живёт далеко от родительского дома. А вот завотделением или хотя бы какая-нибудь особо бдительная санитарочка ни в коем случае не должны знать о её второй работе.
Теперь надо успокоиться и попытаться понять, когда он мог её видеть? Завсегдатаев клуба она знала в лицо, а это лицо было явно новым. Время от времени контингент менялся: кто-то переезжал в другой город, кто-то обзаводился девушкой, женился…
Женился? Виктория напрягла память и вспомнила прошлую её ночную смену. Был там один мальчишник, на котором засветилось несколько новых лиц, но этого лица она среди них не помнила. Хотя… на первом танце к ней подходил один, вроде бы из той же компании. Его "чаевые" были самыми крупными за всю короткую историю работы Мальвиной, но самое интересное, что ей запомнилось, это его прикосновение. Не самое мерзкое из всех шлепков и поглаживаний. То есть, она не могла сказать, что ей понравилось. Ни в коем случае. Но это был первый случай, когда ей не хотелось пришпилить каблуком к сцене руку, деньги дающую.