Шрифт:
Моему хорошему другу Маргарите С.,
при общении с которой я очень
часто улыбаюсь, и с благодарностью
за то, что «разбудила» меня, и в
нужный момент сообщила о том, что
ад закрыт…)))
Он опять подкрадывался ко мне. Я заметил это раньше, чем он нанес свой удар и с предупреждающей угрозой посмотрел на него. «Братец» сделал вид, что ничего не планировал и я совсем ему не интересен. Мне было не до его бесконечных и глупых игр, и, увидев, что угроза нападения миновала, снова повернул голову к двери. Я был занят. Я – ждал маму.
Я помнил, как мне было с ней хорошо… Как радовался, когда она меня целовала; лежать рядом с ней было тепло и спокойно, а когда пытался играть, она улыбалась, успокаивала меня и говорила, что я ещё маленький, и надо немного подрасти для игр. Я помнил её глаза, смотревшие с теплотой и нежностью, умные и оттого, наверное, немного грустные.
Однажды я уснул, а когда проснулся, мамы не было. Мало того, я находился в незнакомом месте, затянутом со всех сторон сеткой. Светлой, мягкой и высокой. И у меня появились соседи.
Их было двое. Один из них назвал меня братом – хотя мы с ним ни капельки не были похожи, – и обрадовался тому, что теперь ему есть с кем играть. Другой, а точнее другая – фыркнула, слегка прикрыла глаза и, высоко задрав голову, сказала:
– А я девочка, и игры пустоголовых, глупых парней, мне безразличны. А раз вас теперь двое и вам можно играть друг с другом, то игрушки вам не нужны.
После этого собрала все раскиданные игрушки, отнесла в дальний угол и уселась там.
Как вскоре выяснилось, для «братца» кроме игры, было важно только одно – еда. В этом вопросе нам было грех жаловаться: кормили нас от пуза. Часто после еды, моё пузико становилось больше и видимо от этого, глаза мои закрывались, и мне очень хотелось спать. Но я старался пересилить себя и продолжал наблюдать за дверью: всё время ждал, что она откроется и войдет мама.
Конец ознакомительного фрагмента.