Чтение онлайн

– Ты рисовал с натуры?

– Нет, это она мне рассказала.

Его отец раскрывался – это случалось так редко, что Уилл не хотел разрушать чары замечанием, что ему мама тоже рассказывала о работе натурщицы. Вероятно, другие матери скрыли бы тот факт, что позировали без одежды перед волчьим кругом посторонних людей, но мама Уилла была уникальной. Джозефина сказала ему, что это была мощная вещь, когда все глаза были устремлены на нее. Это была возможность «показать себя», не будучи сексуальной. Даже в тот момент, сказала она, она была педагогом – преподавала рафаэлям-однодневкам форму человеческого тела.

– Значит, вы встречались, когда работали в ресторане? – Уиллу пришло в голову, что любые сведения о романтической жизни его родителей могут оказаться полезными для расследования. Дуглас вздохнул.

– Мне понадобилось полгода, чтобы убедить твою маму пойти со мной на свидание. Она не соглашалась, пока с ней не порвал ее парень. Клайд.

Лицо, которое он состроил, подсказало Уиллу, что он даже сейчас был готов убить Клайда, если ему представится такая возможность.

– Твоя мать была раздавлена. Однажды я нашел ее плачущей в холодильной камере, и она рассказала мне, что тот парень просто собрал свои вещи и заявил ей, что она изменилась. А я сказал: «Нет, Джо. Ты не изменилась. Просто этот парень тебя не знал». Мы были так молоды. Теперь, когда я старше, думаю, что может быть одновременно две правды.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, пап.

– Никто не меняется быстрее, чем человек, которого ты никогда не знал.

Дуглас опустил глаза на салфетку, лежавшую у него на коленях. Его голос звучал печально, но выражение лица говорило о том, что ему не хватает сил, чтобы вынести эти эмоции.

Уилл кивнул, как будто смутно понял, что имел в виду отец. На самом деле нет. И весь этот разговор заставлял его чувствовать себя не в своей тарелке. Дуглас редко пускался в философствования. И уж точно он не занимался этим без огромной бутылки вина под рукой. На секунду Уилл заподозрил, что отец выпил на работе, но на это больше ничего не указывало. Никакого румянца, никакого пота на лбу.

Уилл изобразил интерес. Актерское мастерство было главным оружием в его шпионском арсенале.

– Так ты готовил в ресторане?

– Совсем недолго. Только меня успели повысить до ассистента повара, как я уволился. Я любил готовить суп. Всегда можно сказать, сколько труда было вложено в хороший суп. Нужно обязательно готовить бульон на кости. Так вкус более насыщенный. Ты не пробовал ничего, похожего на мой картофельный суп с пореем.

– А почему ты перестал там работать?

– У менеджера были некоторые проблемы с твоей мамой. Когда он ее уволил, я тоже ушел.

Дуглас оставался погруженным в свои мысли, пока официант с суетливой аккуратностью расставлял на столе тарелки.

Уилл на мгновение представил маму официанткой с большими глазами, длинными ногами, звонким смехом и умным ответом на любой случай. Его отец был глупцом, думая, что найдет кого-то лучше, чем она, – включая Кэрри. Кэрри была простушкой. Кэрри была ничтожеством.

– Хорошо, что я решил взять тост с сыром. – За несколько дней с бандажом на руке Уиллу стало легче управляться с вилкой. Но все-таки еще недостаточно хорошо. Он не был готов к ресторану.

Его отец солил еду прежде, чем попробовал – нервный тик.

– Да? Вкусно? – спросил он, словно в трансе.

– Я имел в виду, что могу есть его одной рукой.

Дуглас оторвал взгляд от тарелки с тыквенным пюре.

– Ох, твоя рука. Конечно. Я вечно забываю, как это, должно быть, мешает.

Для Уилла повязка на руке была постоянным напоминанием о предстоящей встрече с Триной. До нее оставалось меньше двух дней. Где-то в самом дальнем уголке его сознания электронные часы вели обратный отсчет этих пятидесяти часов с точностью до секунды. Но вместо того, чтобы упомянуть о встрече Дугласу, Уилл продолжил:

Конец ознакомительного фрагмента.