Манипулятор
Шрифт:
– Замечательное свойство!
Дважды меня просить не пришлось. Я быстро выкопал ямку, вынул камень из-за пазухи и также быстро его закопал, предварительно зафиксировав.
– Никто не видел?
– Не, я бы предупредил, если палево какое было. К тому же на камне сигналка есть, ты услышишь, когда кто-то из игроков его коснется.
– А сколько времени тебе нужно, чтобы уничтожить алтарь?
– Если владелец в этот момент мертв – то хватит и пяти минут, если жив – то пять часов. Но богам еще почти неделю запрещено это делать. У нас свои заморочки, зато потом – никаких ограничений! Поэтому я не сильно обиделся, что ты Кристинку не грохнул.
– Ууу как долго – пять часов!
– Долго, да. Поэтому игрока лучше сначала убить, тогда все быстро будет. А плюшки за уничтоженные алтари, между прочим, очень и очень весомые.
Вернувшись в усадьбу, я первым делом поднялся на крыльцо и постучал в двери хозяйского дома. Не уверен, что это самое правильное решение, но, надеюсь, цветы и моя дебиловатость сгладят ситуацию.
На порог вышла Кристина и удивленно воззрилась на букет через узенькие щелочки своих глаз. Интересно, как она объяснила Марфе происхождение второго синяка? Кстати! А чего она еще здесь? Неужели сейф не открылся?
Ее лицо расплылось в улыбке, и она протянула руку к подарку.
– Не тебе, – прошипел я, – Это для дела.
Радость мгновенно улетучилась с ее подбитой физиономии и она презрительно фыркнула:
– Да я и не думала, что это для меня. Просто хотела поставить их в вазу.
Ага, как же. Сейчас слезу пустишь от разочарования. Увы, подруга, этот мир жесток.
– Сейф открыла?
– Не вышло, – расстроенно прошептала она, – Там магия…
– Кого еще принесло? – из глубины дома послышался голос хозяйки.
– Тетя Марфа, здравствуй! Акакий помолился за тебя! – крикнул я в ответ.
– Ути мой хороший! – она появилась в коридоре и остолбенела, увидев меня с букетом.
– Тетя Марфа, на! – я протянул ей цветы, – Они красивые, почти как ты! Вот!
– Кристина. А ступай-ка ты погулять, я сама дальше приберусь. – щеки барыни залил густой румянец. – Акакий, поможешь тете повесить занавески? Ты у нас парень сильный, да высокий!
Девушку дважды просить не пришлось, и она мигом слиняла за порог, оставив меня наедине с возбужденным тигром. Марфа медленно приблизилась ко мне, взяла букет из рук и глубоко вдохнула его аромат, а затем поманила пальцем. Я наклонился, оказавшись лицом на одном уровне с ней, и она впилась мне в губы, обхватив за шею рукой, держащей цветы. Вторая рука отправилась прямиком в мои штаны, ухватилась за их содержимое и потянула меня внутрь дома.
– Йоу-йоу! Понеслась!
– Эй!
– Ладно, ладно. Не буду подсматривать. – Локи произнес это таким голосом, словно делал мне великое одолжение, – Наверное, не буду…
Сказать что мне жутко повезло, не сказать ничего. Марфа не стала валить меня на пол, а нашла в себе силы дотащить меня прямо до хозяйской спальни. И здесь было на что посмотреть! Больше половины ее площади занимала огромная кровать, на которой можно было разместить целый отряд Акакиев. Ну с десяток точно.
Я оказался мгновенно раздет и опрокинут на белоснежные простыни с золотой вышивкой, а хозяйка сего траходрома на этот раз решила проявить нежность, опустилась на колени передо мной и плотно занялась обработкой своей любимой игрушки.
– Хрена себе у нее глотка! Да туда коромысло вместится!
– Ты же обещал не подсматривать!
– Такое я пропустить не могу. Есть в этой жизни вещи, сильнее меня.
Бог замолчал, а спустя секунду моя голова наполнилась странным шуршанием.
– Э, ты че там делаешь?
– Да я тут семейный альбом листаю…
– Как-то ты его чересчур активно листаешь.
– Отвали! Я тоже, между прочим, имею право на личную жизнь. Ты давай не забывай, зачем пришел.
Шорох стих, а я, сдерживая стоны, ухватился руками за голову этого турбопылесоса и попытался сконцентрироваться, применив свою новую способность.
Картинка вышла рваной, постоянно норовя пропасть из виду. Мне пришлось знатно потрудиться, чтобы найти в истории жизни Марфы нужный отрезок. Для начала я полностью промотал ее рождение и детство, которое оказалось на удивление приличным и целомудренным. Пару раз изображение сильно зависало, но это было связано с необычайным усердием моей подруги, которая, видимо, твердо поставила себе цель впечатлить Акакия своими навыками любовной игры. Концентрация страдала, а соответственно и кино получилось дерганным.
Хм. Барыня-то оказывается замуж девственницей вышла. Никогда не подумал бы! Интересно, что случилось такого, из-за чего она превратилась в то, что я вижу сейчас? Подробный ответ на этот вопрос я не получил, но момент, после которого ей сорвало башню все же нашел. Марфа стояла у слегка приоткрытой двери и смотрела куда-то внутрь, а по ее лицу текли слезы. Судя по всему она застала своего возлюбленного Феофана за изменой. Следующие два дня она беспрестанно рыдала, а после этого ее жизнь превратилась в сплошной архив популярного в девяностых немецкого кино. Редко в какие месяцы в ее жизни не появлялся новый мужик. Грустно…
– Эй, ты че там раскисаешь?
– Жалко тетку. Немного…
– Жалко у пчелки! Ничего не мешало ей оставить этого козла и найти другую партию.
– Да я прекрасно понимаю. Не переживай, это никак не скажется на моих планах в отношении Фединого семейства. И его мы тоже разыщем в столице, у нас к нему должок имеется.
– Вот такого Антона я люблю больше!
Вот оно! Я наконец-то нашел то, что искал. Марфа находилась в какой-то полутемной комнате, прямо перед огромным металлическим шкафом. Так, у нее в руках ничего нет. Странно. Барыня немного постояла перед ним не дотрагиваясь, и его дверца сама собой раскрылась. А если так?