Чтение онлайн

Когда Джексон Фэрри бросился на него, Ник замер на месте от неожиданности.

В сознании его взорвалась картина того, как Фэрри выходит из темноты на Пайк Плейс Маркет: нож в руке, тусклый свет фонаря над головой… Этот образ тут же сменился другим: он вытаскивает нож у Сэма из груди, лезвие все в крови, и Ник роняет его на асфальт…

Фэрри, прыгнувший на Ника, ударился о разделявшую их стальную решетку, словно не видел ее. Просунув руки между стальными прутьями, Фэрри размахивал ими прямо перед лицом Ника. Хрипя, он прижимался щекой к решетке, пытаясь достать до него.

Первым отреагировал Стоули: когда Фэрри ударился о прутья, детектив схватил Ника за руку и отдернул в сторону. Дубинка, всегда висевшая на поясе, была уже у него в руках, и Стоули с силой ударил ею по вытянутым рукам Фэрри. Закричав от боли, бездомный упал на колени, зажимая ладонями ушибленные предплечья.

– Охрана! – крикнул детектив.

По широкому коридору уже бежали охранники.

– Я слышу, о чем ты думаешь, брат, – прохрипел Фэрри, глядя Нику в глаза.

– В наручники его! – приказал Стоули. – И следите за тем, чтобы он не дергался. – Он повернулся к Нику. – С вами все в порядке?

– Да, не волнуйтесь.

Ник по-прежнему не отводил взгляда от Фэрри.

Бездомный стоял на коленях, пока охранник надевал на него наручники, и на его губах играла странная ухмылка.

– Выход прямо по коридору, через ту дверь, – сказал Стоули.

– Хорошо, спасибо.

Вздохнув, Ник наконец отвернулся от бездомного.

Выходя из полицейского участка, Ник не знал, что двумя этажами выше у окна стоит человек и наблюдает за ним.

Опустив занавеску, Уильям Гаттерсон отошел от окна. Он был высоким мужчиной с сильными плечами, но в последнее время начал сутулиться. Гаттерсон старел, и знал об этом. Волосы редели, а за последнюю пару лет он набрал двадцать фунтов.

Он посмотрел на лейтенанта Домбровски, сидящего за его столом. Гаттерсон знал об амбициях своего лейтенанта. Домбровски никак не мог дождаться, когда же шеф выйдет в отставку. Любой признак слабости – и лейтенант подсидит его.

– Присматривай за этим парнем, – попросил шеф полиции.

Домбровски смерил его критическим взглядом.

– Через полчаса тебе выходить к журналистам, Билл. И ты скажешь жителям Сиэтла, что теперь на улицах снова безопасно? Новости будут показывать в прайм-тайм. Статьи напечатают на передовицах. Ты уверен в том, что это хорошая идея? Мне кажется, ты сомневаешься, действительно ли мы поймали того парня, который нужен.

– Я на этом не одну собаку съел.

– Не сомневаюсь, Билл. И еще не одну съешь.

Шеф полиции посмотрел Домбровски в глаза, пытаясь понять, насколько тот искренен.

– Я знаю, что должен делать. Городу нужна уверенность, и я готов ее подарить. Но этот Уайлдер… что-то с ним не так. Он работает в редакции, кажется обычным парнем, но и Тэд Банди был таким же. Жертвы сами перед ним раздевались. Установи за этим типом слежку, вот что. Надо к нему присмотреться. Хорошо, что мы поймали Фэрри, но тут нельзя ошибиться. Не под моим руководством, Дом.

– Конечно, шеф, – согласился лейтенант. – Вы же меня знаете. Я вас прикрою, как всегда.

И тут же Домбровски подумал, каким уставшим будет выглядеть его начальник в вечернем выпуске новостей, пусть и в час своего триумфа.

В полдень следующего дня Ник стоял на Пайонир-сквер, глядя через улицу на вход в «Отель Гудзон». Начался ливень, и люди забегали, прячась от дождя. Только он оставался на месте, не обращая внимания на лившуюся с неба воду. Женщина в прозрачном дождевике толкнула его, и спицы ее черного зонтика чуть не выкололи Нику глаз, но он этого не заметил.

Волосы его намокли, и тяжелая прядь упала на лоб. Наконец Ник понял, что вымок до нитки. На нем не было ни куртки, ни плаща, и серый свитер стал черным от влаги. Вода стекала по его груди и ногам. Поправив волосы, Ник отправился в Сиэтлский приют для бездомных, где впервые наткнулся на Джексона Фэрри. Как и в прошлый раз, толпа бездомных выстроилась в очередь перед столовой. Из-за дождя тут царила страшная суматоха. Дверь в столовую еще не открыли, и в коридоре было душно и затхло. Нищие нетерпеливо переминались с ноги на ногу, дожидаясь обеда, Какой-то коротышка с красным лицом и налитыми кровью глазами, одетый в армейскую куртку и потрепанные штаны, яростно размахивал руками, будто пытаясь отогнать окружающих. «А ну отвали от меня, ублюдок! Только прикоснись ко мне! Только тронь меня еще раз, я тебе пальцы оторву и в глотку запихаю!» Нищий бился в истерике, но его взгляд ни на ком не задерживался. Ник поднял фотоаппарат, собираясь сделать снимок, но один из стоявших рядом бездомных ударил по объективу. «Не стоит этого делать, приятель. Невежливо фоткать людей без их разрешения».

Пройдя пару шагов, Ник добрался до стеклянной перегородки, отделявшей кабинет секретарши от общего коридора. Полная женщина с редеющими волосами сидела за столом приемной. На запястье у нее красовалась повязка.

– Я хочу с кем-нибудь поговорить, – сказал ей Ник, – из администрации.

– Вы тут живете?

– Нет.

Женщина присмотрелась к нему повнимательнее.

– Вы социальный работник?

– Нет, я журналист. – Ник перевел взгляд на свой фотоаппарат. – Я хочу поговорить с тем, кто здесь главный. С директором, например. С кем угодно. С любым, кто сможет рассказать мне о ваших подопечных.

– Пишете статью?

– Я из газеты «Телеграф».

Подняв трубку, женщина буркнула что-то неразборчивое и открыла перед Ником облезлую дверь.

– Присаживайтесь, – указала она на пару кресел. – Вы сможете поговорить с Карлой Льюис, нашей заведующей, через пару минут, как только она освободится.

Карла Льюис оказалась невысокой пухлой дамой с щекастым лицом и неприятным, визгливым голосом. Она скептически смерила Ника взглядом из-под квадратных очков. Ее кабинет пропах табаком, хотя окно и было открыто. По подоконнику бил дождь и Ник понял, что дрожит под промокшей одеждой.