Чтение онлайн

– Мы на конференцию не попадем.

– А у нас там обезьяну из-под носа уведут! Вы зачем приехали вообще? Поисками заниматься? Я ж думал, вы искатели приключений, а не лекции читаете…

– Мы и есть искатели приключений, – насупился Глеб.

Мы с Леопольдом тем временем сняли с ленты наш багаж. Настя, которой передалось тревожное настроение златовласого великана, оглядывалась по сторонам.

– А что если и правда за нами следят? – тихо спросила она. – Безопаснее будет отправиться сразу с Диком, я так считаю.

Глеб взмахнул руками:

– «Жучки»! Шпионы! Да вы что! Серьезно? Я лично намерен сначала зарегистрироваться, принять душ, а потом делайте со мной, что хотите. Я семнадцать часов летел! Сколько там еще до этого вашего Куско?

– На машине часов двенадцать, – ответил Леопольд. – Когда я здесь был в последний раз, нормальных дорог не существовало.

Дик показал Леопольду большой палец:

– Сейчас построили шикарнейший автобан. Разметка еще не досохла. Прокатим с ветерком.

– Одиннадцать часов в автомобиле, – фыркнул Глеб. – Нет, друзья, я сначала в душ, потом вас догоню. Идет? Я слишком стар, чтобы не искупаться после долгой поездки. Извините, Лев Игнатьевич.

– Ага. И залысина вон появилась, – сказал Дик.

И хотя в зале прилета было полно народу, где-то играла музыка, вокруг шумело, потрескивало, звенело и грохотало, мне показалось, что мир погрузился в тишину. Глеб, прищурившись, спросил:

– Чего?

– Лысеешь, говорю, – ухмыльнулся Дик. – Старый слишком. Купаться надо, в душик после перелета. Жене позвонить. Ей-ей. В общем, друзья, оставляем товарища тут отдыхать, веселиться, купаться и исследовать достопримечательности бывшего испанского города, а все, кто душой молод, живо за мной. Чую, нас уже и засекли, и прослушивают.

Глеб, прищурившись еще больше, сказал:

– Мне сорок два почти. Это нормальный возраст, чтобы начать лысеть. Не в двадцать же.

– Вот и я говорю, – подхватил Дик. – Поехали, а? Дружище, ну, я тебя столько времени не видел! Не расстраивай меня!

На секунду показалось, что вернулся тот самый Дик, который занимал собой все пространство вокруг, приковывал внимание и не отпускал. Но вот он снова притих, осмотрелся по сторонам, подхватил наши сумки, закинул их через плечо и поманил нас за собой.

– В общем, кто со мной, тот герой, – шепнул он. – Надо уматывать. Следы заметаем.

Я посмотрел на Глеба, разведя руками. Что было делать? Мы ведь действительно прилетели в Перу не на конференции выступать.

– Заедем по дороге в какой-нибудь отельчик, оттуда позвонишь, – сказал Дик. – Все будет в чистом виде, будь спокоен.

И ведь все мы поддались на обаяние Дика. Умел он уговаривать. Даже в таких невероятных ситуациях. Спустя минуту мы гуськом шли в сторону выхода из аэропорта, и никому и в голову не могло прийти, что совсем скоро мечта о душе в отеле станет нашей самой заветной мечтой на свете.

Выйдя из аэропорта, мы окунулись в прохладную серость вечера. В Перу сейчас была зима, то есть ночью холодало до плюс десяти – для местных это сильные заморозки, повод надевать теплые вещи, закутаться в шарфы и вообще жаловаться на то, как стремительно прошло лето. Шучу, конечно. Все вокруг ходили в шортах и майках. Это для нас, изнеженных московским солнцем, погода казалась непривычной. Я, например, всегда думал, что в Южной Америке круглый год жара, бананы и дикие обезьяны. Вот что значит ломка стереотипов. А перуанцы, снующие вокруг, как ни в чем не бывало нежились на солнышке и не переставали улыбаться приезжим.

Для нормального жителя Перу европеец – это экзотика и икона для подражания в одном флаконе. Сами перуанцы небольшого роста, кожа у них либо коричневого, либо темно-бронзового цвета, лица плоские, с пухлыми носами и чуть раскосыми глазами. Любой белый человек кажется им волшебным великаном, большие голубые глаза – это чудо, а белые или рыжие волосы – невидаль заморская. Немудрено, что все перуанки только и мечтают, чтобы выйти замуж за европейца и укатить в страну, где все высокие и голубоглазые. Вдобавок среди местного населения довольно распространен слух, что жители Европы поголовно миллионеры. Ну, не могут быть такие красавцы бедняками, разъезжать на автобусах и питаться черт знает чем! Отсюда и бешеный спрос на замужества, без оглядки.

Думается, Дик здесь вообще сошел за бога, с его-то фигурой, золотыми волосами и умением бесшабашно тратить деньги…

Как выяснилось, ехать на автомобилях нам предстояло не двенадцать часов, а всего два – до небольшого городка, где следовало пересесть на автобус, и уже на нем, с относительным комфортом, добраться до Куско.

Неподалеку от аэропорта, в гуще припаркованных авто, которые прятались в тени высоких деревьев, нас поджидали новые приятели Дика. Это были коротконогие, пухленькие перуанцы, с кожей бронзового цвета, крохотными глазками и широкими улыбками. Больше всего они походили на индейцев из фильмов про Чингачгука. Если бы их переодеть, нацепить на головы перья, разукрасить лица – вылитые вожди краснокожих. Разве что не такие гордые и воинственные. А еще самый высокий из них едва доставал мне до плеча.

Перуанцев было пять человек, все мужчины. Увидев нас, они принялись о чем-то восхищенно переговариваться между собой.

– Как ты их понимаешь? – удивился я. Дик славился своей абсолютнейшей неспособностью учить иностранные языки.

– Это все Аннушка, – отозвался он. – Ну и я с помощью электронных переводчиков. Прогресс, елы-палы. Набираешь в переводчике нужное слово, и вуаля. Сразу все можно разобрать.

Мы обменялись рукопожатиями. Суетливый маленький перуанец, которому на вид было лет двадцать, прихватил вещи из рук Глеба и Леопольда и закинул их в багажник небольшого (под стать росту) автомобиля с покрытыми грязью номерами и стеклами. За чистотой тут, похоже, вообще не сильно следили.

Еще один перуанец, заломив руки, принялся что-то тараторить, не сводя с Дика восхищенного взгляда.

– Говорит, что надо срочно отсюда уезжать, – перевела Настя. – За нами следят и все такое. Он видел темные автомобили, что подъехали к аэропорту. Темные автомобили с темными людьми… Жесть какая-то… Дик, ты можешь заплатить за бензин, спрашивают?

– Да-да, конечно, – заторопился встревоженный Дик, достал кредитную карточку и протянул перуанцу. – Пусть сгоняет, заправится, сколько надо.