Чтение онлайн

— За каким дьяволом ты полез не в свое дело?

Он криво усмехнулся и заметил с издевкой:

— Великолепно, девочка моя! Теперь я вижу, что ты вновь становишься прежней Марой.

И он удалился, страшно довольный собственной «шуткой».

Но злоба прошла быстро, вновь сменившись тоской. Следующие несколько дней Мара сидела, уставившись в одну точку, и отказывалась всех видеть, и Джоко тоже. Ела она мало и редко, и то лишь потому, что ей надоедало выслушивать охи и ахи Кланки. Теперь у Мары появилась навязчивая идея. Она дала себе слово как можно лучше запомнить все, что связано с Джеймом, каждую минуту, проведенную с ним. Она ужасно боялась, что может забыть, каким был ее муж. Ведь когда это случится, он умрет по-настоящему. А пока она его помнит — он будет с ней и будет жить.

Кланки делала для нее все, что могла. Она сидела рядом с Марой, стараясь развлечь ее цирковыми новостями или чем-нибудь еще — романами, газетами, журналами. Но Мара не слушала ее и не хотела слушать. «Дай мне побыть одной», — лишь тихо умоляла она.

Мара дремала в кресле в гостиной. Кланки вышивала по канве — в последнее время она очень пристрастилась к этому занятию. Кланки без конца что-то рассказывала подруге, но Мара не слушала, она думала о том, что прошел уже месяц со дня похорон Джейма. Вдруг неожиданно Мара уловила фразу:

— …а потом она выполнила целую серию бланшей, и зрители аплодировали ей совершенно безумно — почти так, как когда-то тебе.

— Кто выполнил серию бланшей, Кланки?

— Ну как же? Рози Рашмор. Она прима в Лэски-цирке. А ты же знаешь, в каких отношениях мистер Сэм и Лэски. Ну вот, как только мистер Сэм узнал, что у Рози какие-то неприятности в Лэски-цирке, он тотчас пригласил ее к нам на вечернее представление. Она произвела настоящий фурор.

Кланки захихикала и закатила глаза:

— Говорят, она здорово умеет охмурять мужчин. Остается только надеяться, что мистер Сэм будет благоразумен, когда она придет сегодня к нему подписывать контракт… — Она хлопнула себя ладонью по губам: — О Боже, что это я говорю!

Мара судорожно пыталась вспомнить. Рози Рашмор… Да, они с Джеймом однажды видели афишу с ее фамилией в окне парикмахерской. Джейм тогда прочел ей вслух: «Вторая Принцесса Мара» — и страшно расхохотался, увидев, как возмутилась жена. «Ну-ну, — успокоил он ее. — Не грусти, наличие подражателей свидетельствует о славе».

— Давай будем говорить напрямую, Кланки, — сказала Мара. — Мистер Сэм что, хочет предложить этой самой Рози Рашмор контракт? Но почему? Зачем ему два женских сольных номера… — и тут до Мары наконец дошло. — Ах, он негодяй! Он что, ей и вагон мой тоже хочет отдать?!

Кланки отвела глаза:

— Видишь ли, никто не станет держать тебя здесь просто так, — пробормотала она. — Даже жены артистов, колесящие вместе с мужьями, обязаны что-то делать в цирке.

У Мары от гнева раздулись ноздри.

— Ну, это мы еще посмотрим! — прошипела она и бросилась в спальню к своему гардеробу. Все вещи показались ей чересчур яркими и броскими. У Мары не было ни одного черного платья, только темно-синее с белым матросским воротником, юбкой в складку и кораллового цвета шарфиком. Именно его Мара и выбрала и кинула на кровать.

Впервые за эти недели она по-настоящему взглянула на себя в зеркало. Ее кожа по цвету напоминала воск, давно не мытые волосы свалялись и висели жуткими сосульками.

— Попроси Лобо принести мне из столовой лимон! — крикнула Мара Кланки. — Я хочу подкрасить волосы… и попроси его подогнать машину! А то я боюсь перепачкать туфли…

Кланки поспешила на поиски Лобо, а Мара нашла тем временем в гардеробе чулки и пару темно-синих туфель. Через час, уже с вымытой и высушенной полотенцем головой, приняв ванну и нанеся легкий макияж, Мара впервые за долгое время надела платье. Но волосы не радовали ее, хотя они стали чистыми и блестящими.

— Подожди-ка, я тут видела портрет Рут Эттинг в последнем журнале «Мода», — говорила суетившаяся подле нее Кланки. — Я даже вырезала — мне показалось, тебе пойдет такая прическа, как у нее. Конечно, длинные волосы нужны тебе для выступлений, но, наверное, можно что-нибудь придумать? Пусть по краям будет коротко — как это сейчас модно, а сзади оставим длинные волосы… — После короткой паузы Кланки добавила: — У Рози короткая стрижка, прямо буби-копф — под мальчика. Мне, честно говоря, не нравится, хотя я признаю, что она хорошенькая.

— Хорошенькая?! — процедила Мара сквозь зубы. — Ну, я покажу ей, этой хорошенькой! — Она ринулась к зеркалу. — Давай стриги! Только сзади оставь длинные.

Кланки умело навивала на пальцы пряди волос подруги и аккуратно их подстригала. Когда дело было сделано, Кланки окинула Мару довольным взглядом:

— Знаешь, теперь тебе на вид не больше шестнадцати.

Мара, которая оглядывала себя в зеркало, не могла с ней не согласиться. Но приступ тоски неожиданно подкатил к сердцу. Зачем ей быть красивой, если Джейм все равно никогда ее больше не увидит?..

Но как осмелился мистер Сэм нанимать на ее место другую солистку?! Неужели та и впрямь охмурила его? Но ничего, Мара еще выцарапает глаза этой драной кошке! И мистеру Сэму от нее тоже достанется, уж будьте уверены!

Мара вновь подошла к зеркалу. Еще сегодня утром она напоминала привидение, а сейчас глаза блестели, щеки разрумянились.

— Мне нужна будет кое-какая новая одежда, — подумала она вслух.

— Ну разумеется! — сказала Кланки. — На следующей неделе мы будем в Цинциннати и сможем сделать там покупки. Но сначала тебе нужно поквитаться с Рози Рашмор, не так ли?

И женщины обменялись заговорщицким взглядом. Мара резко крутанулась на каблуках, и ее юбка надулась колоколом.

— Как я выгляжу? — спросила она.

— Как принцесса, — вздохнула Кланки.

Мара испугалась, что опоздала, когда, подойдя к Серебряному фургону, услышала оттуда глухой голос мистера Сэма и женский голос, звонкий, будто соловьиный. Неужели мистер Сэм уже подписал контракт с Рози Рашмор? Неужели Мара пришла слишком поздно? Но она остановилась на мгновение лишь для того, чтобы нацепить на лицо улыбку.