Марго
Шрифт:
– И все-таки что ты ему скажешь, если он вдруг спросит? – не отставала Марго. Она поджала одну ногу под себя и развернулась в его сторону.
– Так и скажу, – Максим взял ее руку, стараясь не отрывать взгляд от дороги, – что ты моя девушка.
– Хм. Если я твоя девушка, – в ее глазах вспыхнули озорные искорки, похоже, Марго что-то задумала, – значит, ты мой парень?
Максим, почувствовав в ее словах подвох, улыбнулся и сжал губы.
– Так! Что-то я не слышу ответа, – Марго взяла ситуацию в оборот, и искорки в глазах засверкали еще озорней. – Сначала ты говоришь, что я твоя девушка, а потом даешь задний ход.
Максим расползся в улыбке еще сильней, но продолжал молчать и не поддавался на провокацию.
– Какие пошли нынче мужчины! А?! – стала возмущаться Марго, пытаясь привлечь внимание отсутствующей вокруг общественности. – Вы посмотрите на него. Оставляет бедную несчастную девушку ночевать в своей постели, а потом отказывается от нее. Сластолюбец! – безжалостно пригвоздила она Максима.
Максим не мог больше сдерживаться и от души рассмеялся над разошедшейся в гневе Марго, которая, уперев руки в бока, призывала всех обратить свои осуждающие взоры на бесчинствующего сластолюбца.
– Я не-от-ка-зы-ваюсь, – заикаясь, от смеха, выговорил Максим.
– Так значит, ты не отказываешься от своих обещаний? – продолжала пытать она.
– Каких еще обещаний? – изумленно возмутился не прекращающий удивляться Максим и тоже обратился к окружающим. – Товарищи, я не давал никаких обещаний. Клянусь!
– Как же теперь жить «обесчещенной» девушке? Как смотреть в глаза своим родным и друзьям? – стала причитывать Марго, закатывая глаза вверх и поражая Максима своими актерскими способностями. – Мне остается только одно – броситься вниз с этого высоченного моста, и пусть тяжелые студеные воды смоют с меня это пятно позора.
– Хорошо, бедная девушка, – сказал тронутый ее словами Максим.
– Что хорошо? – моментально оживилась Марго и, глядя исподлобья, тут же потребовала от него более четкого разъяснения. – Мне прыгать, или ты все-таки решил поступить как настоящий мужчина и не станешь меня позорить перед людьми?!
– Так и быть, пусть будет по-твоему, – согласился Максим, которому еще надо было следить за дорогой.
– Ты уклоняешься от ответа, самец-москвич, – дожимала его Марго. – Мне прыгать или ты берешь меня в жены?
– Беру, – окончательно сдался он.
– Что значит беру? Конкретней! – грозно потребовала Марго.
– Беру в жены, – Максим остановил машину. Они уже приехали на место. Перед ними находился огромный старинный парк, огороженный металлической оградой с воротами.
Марго протянула ему обе руки.
– Тогда целуй.
– Кто же от такого откажется?! Я только «за», – Максим взял сначала одну руку Марго и поцеловал ее, а затем и другую. – Везет же мне сегодня!
– Теперь выходи из машины, – безапелляционно приказала она.
Максим вышел из машины, и Марго, схватив его руку, потянула вслед за собой, устремившись куда-то вглубь парка, к известной только ей одной цели.
– Иди за мной и не вздумай сбежать. Шаг вправо, шаг влево – попытка к бегству! – Марго устрашающе выпучила глаза и произнесла жутким голосом. – И жить тебе тогда одному в вечных муках… холостяком… всю жизнь!
Впереди среди деревьев показалось красивое здание, и Марго, свернув с дорожки, выбрала огромный старый дуб с раскидистыми ветвями и указала на него.
– Становись на колени, – скомандовала она. Максим послушно встал перед могучим деревом на колени, а Марго опустилась рядом с ним.
– Повторяй за мной, – торжественным голосом сказала она Максиму, сложив ладони перед собой. – Клянусь!
– Клянусь, – повторил Максим вслед за ней, подняв голову к ветвистой кроне, сквозь которую пробивались лучи солнца и падали ему прямо в глаза.
Пред семью морями, пред семью островами!
Перед матушкой – землей. Перед небом и травой!
Пред высокими горами! Пред полями и лесами!
Перед алтарем затерянным! Перед этим старым деревом!
«Перед этим старым деревом!» – повторил Максим.
Чтоб со мной ни случилось, здоровым и хворым!
И даже если, случись – мы повздорим!
И в горе, и в радости!
Отныне – до старости!
«Отныне – до старости!» – эхом вторил Максим вслед.
Клянусь любить тебя вечно, глубоко, бесконечно!
И назло всем разлукам – эта клятва под дубом!
Марго торжественно закончила произносить их клятву.
– Клянусь! – подтвердил Максим.
Она вскочила на ноги, засмеялась и, подняв вверх руки, закружилась между деревьями.
– Запомни свою клятву, Максим Шубин!
Развивающийся сарафан оголил ее стройные ноги, а волосы сотнями солнечных брызг расплескались у нее за спиной. Невесомая, воздушная ткань не скрывала гибкой фигуры и, продолжая стоять на коленях, Максим, словно завороженный, не мог оторвать от нее восхищенных глаз. У Марго закружилась голова и, нащупав за спиной дерево, она прислонилась к стволу. Максим тут же бросился к Марго, пытаясь ее поддержать. Но она, едва прикоснувшись, поцеловала Максима и, легко ускользнув от протянутых рук, умчалась на ближайшую аллею, где в тени высоких деревьев неторопливо прогуливались люди.
Несколько секунд Максим стоял неподвижно, приходя в себя после этого прикосновения, а затем отправился вслед за Марго. Дождавшись Максима, она взяла его под руку, и они пошли дальше вглубь парка.
– Где мы сейчас? – поинтересовалась Марго, возвращая его в реальность.
– Извини, я немного задумался, – Максим по-прежнему выглядел немного растерянным. – Это Архангельское. Раньше усадьба принадлежало князьям Голицыным, затем перешла к Юсуповым, которые и построили здесь этот дворец с великолепным парком. В свое время Архангельское даже называли «Русским Версалем». Видишь, там виднеется бюст? Это памятник Пушкину.