Марго
Шрифт:
– Какую другую няню?
Марго замолчала, почувствовав, как в глазах темнеет от злости. Ей многое хотелось высказать Олегу: например, наорать, что копеечных алиментов, которые он присылает, не хватает даже на недельную зарплату постоянной няни, не говоря уже о почасовой оплате для кого-то еще. И что бросать ребенка на совершенно незнакомого человека — безумие. Что у нее тоже работа, и она, в отличие от него, на 90 процентов содержит их общего ребенка. И при этом несет 90 процентов нагрузки по воспитанию.
Но она в итоге не сказала ничего и повесила трубку. Как бы там ни было, она справляется. И умудряется в свободное время зажигать с красивыми мужчинами в БДСМ-клубе. А Олег ходит с немытой головой и, как передавали ей общие знакомые, все время жалуется, что бывшая жена испортила ему жизнь.
Зря она ему позвонила.
Заварив себе чаю и немного успокоившись, Марго набрала начальнице и договорилась об удаленке на неделю. К счастью, это было возможно, хоть и более трудно для нее же самой.
Теперь осталась всего одна проблема: вызывать завтра врача или нет? Думать о том, что Майя, возможно, подхватила этот жуткий новый вирус, совсем не хотелось. И что, если у нее просто сезонный грипп, а их обеих запрут на двухнедельный карантин, как многих бедолаг из ее ленты в Фейсбуке?
Марго много такого читала в последнее время — люди писали, что сдуру вызвали врача из-за простуды, и оказались под замком — ни в аптеку сходить, ни в магазин.
Проверив Майю в пятый раз за час, Марго убедилась, что она снова спит и температура немного спала. Вернувшись на кухню, она забралась с ногами на табуретку и долго пила чай, закусывая дольками апельсина и глядя в темное окно.
Телефон тихонько брякнул новым сообщением из мессенджера и, перевернув его, она слабо улыбнулась: Ник спрашивал, готова ли она к новому заданию. Тяжело вздохнув, Марго коротко обрисовала ему ситуацию с Майей и с работой на дому и предложила сделать перерыв с играми до конца недели.
«Я не знал, что у тебя есть дочь. Пусть выздоравливает», — мгновенно ответил Ник.
«Спасибо», — ответила Марго.
Через полчаса, когда она уже почистила зубы и надела пижаму, Ник прислал новое сообщение:
«Напиши адрес, я завезу вам завтра пару лимонов».
«Это очень мило. Но не обязательно», — ответила она.
«Нижняя, адрес», -лаконично ответил он в звуковом сообщении. Его тон не оставлял ни малейшего сомнения в характере сообщения — это был приказ.
Слегка приподняв брови, Марго в первую секунду возмутилась, но затем улыбнулась до ушей и отправила ему адрес, чувствуя, как потеплело в груди. До этого момента она даже не представляла, насколько соскучилась по этому ощущению: что кто-то заботится о ней.
Ночь выдалась не самой спокойной. Майя просыпалась, кашляла, Марго вставала, чтобы погреть ей молоко и дать немного парацетамола. Проснувшись второй раз, она сама уже почувствовала, как першит в горле, и расстроилась. Если у нее так же поднимется температура, как у Майи, то работник из нее будет никакой. А работать все равно придется.
Утром она встала с квадратной головой и забитым носом. Вспомнив, что в холодильнике шаром покати, она достала из морозильника кусок мяса. Можно успеть сварить суп днем, если сейчас поднажмет. В крайнем случае придется заказать доставку из ближайшей пиццерии, подумала она.
Марго погрела себе молока, наелась таблеток, надела шерстяные носки и села работать. Углубившись в проверку отчета от своего подчиненного, она не отвлекалась на сообщения из мессенджера, но потом ее что-то торкнуло. Ник!
Схватив телефон, она прокрутила ленту и нашла его свежее сообщение: «Буду через полчаса». Взглянув на часы и убедившись, что оно пришло двадцать минут назад, Марго вскрикнула и вскочила, заметавшись по квартире. Ей нужно было срочно переодеться. Причесаться. Накраситься.
Если Ник увидит ее без косметики, в шерстяных носках и пижаме, он никогда не сможет этого развидеть. Каждый раз в клубе, глядя на роскошную нижнюю сучку в шелковом платье, он будет видеть только красный нос, пижаму и шерстяные носки. И больше никогда-никогда не захочет ее трахнуть. Он просто отдаст ей лимоны и уедет навсегда.
Второпях расчесав волосы, Марго успела нанести на лицо тональник и натянуть джинсы с сексуальной маечкой. Но когда телефон завибрировал и на экране высветилось его имя, ее глаза и губы все еще были не накрашены.
– Привет. Код от подъезда? — спросил он, и Марго замерла с телефоном в руках.
– Эмм.
– Это не похоже на код, — нетерпеливо сказал он.
– Пять-пять-три-звездочка-четыре-шесть-ноль, — продиктовала она. — Только не звони, Майя спит.
– Я не буду заходить, малыш, не волнуйся. Встреть меня у лифта.
– Ага.
Бросив трубку, Марго схватила тушь. Едва не ткнув ею себе в глаз, она дрожащими руками накрасила ресницы, считая про себя секунды. Когда время вышло, она сунула ноги в кеды, тихо открыла дверь и выскользнула на площадку. Стоя там, Марго целую минуту абсолютно серьезно молилась, чтобы ее глаза не выглядели так, как те, которые однажды нарисовала Майя на самодельной тряпичной кукле.
Но когда двери лифта открылись, она мгновенно забыла про глаза и даже потеряла дар речи на пару мгновений.
– Ник! Это что, пара лимонов?
– Я выразился фигурально, — невозмутимо сказал он, выгружая сумки из лифта. Четыре. Огромных. Пакета.
– О, боже.
Не обращая внимания на ее реакцию, Ник указал пальцем на один из пакетов:
– Смотри, тут фрукты и овощи. Я не знаю, что вы любите, поэтому взял всего понемногу. В этом пакете молоко, мед, масло и сыр. Там еще минералка и гранатовый сок. Здесь хлеб и… я забыл.