Чтение онлайн

— Добро пожаловать в Полуденную долину!

Минуту они стояли, глядя друг на друга и едва дыша от переполнявшего их счастья. Грумм взмахнул своей поварешкой:

— Ну вот мы, значится… и дома. Пошли! — Он пустился бегом, закувыркался по суглинку и, весело покряхтывая, покатился по склону в долину, а его спутники, топоча лапами, припустили вприпрыжку за ним.

Хотя Урран Во был еще не старой мышью, он был совершенно сед и носил бороду. Патриарх Полуденной долины имел величественный вид, на нем красовалась просторная зеленая мантия, подпоясанная толстым желтым шнуром. Рядом стояла его красавица супруга Арья в сиреневом платье, расшитом зелеными листьями. Задохнувшись от счастья, Роза упала в их распростертые объятия.

Родители были несказанно рады снова увидеть любимую дочь. Однако первый вопрос Арьи был о сыне:

— Роза, милая, ты опять дома! Ты нашла своего брата? Как ты выросла и похудела! Ох уж этот негодник Бром, ты его видела? Скоро он будет здесь?

У Розы упало сердце. Значит, Бром с Феллдо не добрались до Полуденной долины!

Перескакивая с пятого на десятое, Роза стала рассказывать историю своего путешествия, но Урран Во, подняв лапу, остановил ее:

— Потом. Пока что хватит с нас того, что ты благополучно вернулась домой. Не сомневаюсь — чтобы помочь брату, ты много раз рисковала жизнью. Но помни: Бром — прирожденный скиталец, вечно недовольный и донельзя упрямый. Ладно, он уже достаточно взрослый, чтобы заботиться о себе самому, но, если вы договорились встретиться в Полуденной долине, думаю, рано или поздно он объявится. Может быть, когда-нибудь он настолько поумнеет, что будет жить в Полуденной долине и перестанет убегать куда глаза глядят всякий раз, когда ему взбредет в голову. А-а, Грумм Канавкинс, приветствую тебя. А кто эти двое?

Грумм представил друзей:

— Это, значится… Паллум, а это Мартин Воитель. Мы с ними, это… друзья не разлей вода.

Тут в разговор вмешалась Арья:

— Поговорим потом. Вы, должно быть, умираете от голода. Роза, покажи своим друзьям, где можно помыться и переодеться в чистое, а потом приведи их в Зал Совета. Я должна устроить пир по случаю вашего возвращения!

Некоторое время спустя Паллум с Мартином стояли у входа в Зал Совета — громадное, на первый взгляд неказистое старое здание, крытое соломой. Несмотря на размеры, в нем было очень уютно; под закопченными балками потолка в середине зала были расставлены квадратные столы. Роза и Грумм ввели в зал Мартина и Паллума. Мартин смущенно стоял чуть позади Розы, держа ее за лапу. Зал был до отказа заполнен обитателями Полуденной долины. Сердечно приветствуя Розу и Грумма, все поднялись с мест.

Роза дернула Мартина за лапу:

— Ну же, Мартин, поклонись!

Под аплодисменты Мартин отвесил присутствующим учтивый поклон. Взмахом лапы Урран Во показал ему и другим путникам их места за столом. Патриарх поднял свой кубок, и все встали.

— Да пребудут здесь вовеки добрая еда, добрые друзья, мир и покой!

— Да будут все сезоны благосклонны к Полуденной долине! — ответило множество зверей в один голос.

Все сели, и пир по случаю возвращения путников начался. До конца жизни Мартин хранил в самом заветном уголке своего сердца воспоминания об этом счастливом дне. Он сидел рядом с Розой, между ее родителями, онемев при виде столов, ломящихся от яств. Балки, стены, окна и столы были увешаны гирляндами цветов. Розы, лилии, вьюнки и другие цветы обвивали чаши с земляничной наливкой, крюшоном из одуванчика и лопуха, мятной и лавандовой водой, каштановым элем, черносмородиновым вином и сидром. На блюдах и подносах высились горы салатов, сыров, хлеба и кулебяк со всевозможной начинкой. Сидя на коленях у родителей, малыши бросали нетерпеливые взгляды на груды бисквитов, ватрушек, пирожков и тарталеток, сладкая начинка которых, залитая медом, кое-где просвечивала через щедрый слой крема.

Грумм взял себе солидный ломоть политого глазурью вишневого кекса с засахаренными орехами, дал откусить от него сидевшему рядом маленькому кротенку и, когда тот чуть не подавился, добродушно усмехнулся:

— Хе-хе, Бунго, не откусывай больше, чем можешь, это самое… проглотить!

Сидевшая рядом с Паллумом премилая молодая ежиха потчевала его различными деликатесами:

— Отведай-ка нашу кулебяку с каштанами. Паллум благодарно вгрызся в кулебяку:

— Спасибо.

— Мэм? Ты что, думаешь, я какая-нибудь старуха с седыми иголками? — рассмеялась ежиха. — Меня Востролапкой зовут. А ты пробовал каштановый эль? Его наша семья варит.

Паллум покраснел до корней колючек и спрятал нос в кубке.

— Чудесный вкус, мэм… э-э, то есть Костопятка… то есть Ляпка-Тяпка… то есть, э-э… мэм!

Болдред не умещалась ни на одном стуле. Присев на подоконник, она уничтожала пудинг из диких слив и яблок, а за ней с восхищением следили несколько малышей.

— И ты это все одна съесть можешь, Болдред? Сова подняла огромный коготь:

— Я бы и от трех таких не отказалась.

Пир затянулся до глубокой ночи. Откинувшись на спинки стульев и потягивая мятную воду, гости смотрели, как квартет выдр исполняет акробатический танец под аккомпанемент веселой джиги, которую наигрывал на тростниковых свирелях и барабанах оркестр мышей и кротов. Роза кивнула Мартину, он тихонько вышел из-за стола и вслед за юной мышкой и ее родителями пошел к ним в дом.

Урран Во опустился в свое любимое кресло. Арья достала пяльцы и принялась вышивать. Оба внимательно слушали повествование Розы о ее приключениях.

Мартин присел на подоконник, предоставив рассказывать Розе. Когда Роза стала описывать злобного Бадранга и жизнь несчастных рабов в Маршанке, на лица ее родителей набежала тень. Наконец Роза умолкла. Ее отец кивнул:

— Ты правильно поступила, что вернулась домой, Роза. Если кругом на свете столько зла, ты должна жить здесь, со своей семьей. Если бы это понял и Бром! Мне жаль, что его и его друга Феллдо сейчас нет с нами. Будем надеяться, у него хватит здравого смысла, чтобы понять — мир вне Полуденной долины не для него, и он вернется к нам до наступления осени.

Мартин глубоко вздохнул.

— Я согласен с тобой, — сказал он. — Полуденная долина — это обитель мира. Можно только мечтать, чтобы все звери жили так, как здесь. Но за пределами твоих владений существует зло, и я не могу со спокойной душой остаться здесь, зная, что те, с кем я жил в рабстве, по-прежнему стонут под пятой Бадранга. Я пришел сюда за помощью. Не позволишь ли ты мне попросить помощи у народа Полуденной долины? Может быть, некоторые из твоих подданных отправятся со мной в поход, чтобы вызволить моих друзей из рабства. Урран Во нахмурившись молчал.

— Ты просишь слишком многого. Наши звери ни разу в жизни не видели войны, они привыкли жить в мире.

Его жена тихо возразила:

— Но, дорогой, если столько невинных зверей терпят боль и нужду, нам необходимо позволить Мартину обратиться к нашим подданным. Пусть те, кто хочет ему помочь, сами решают.

Урран Во повернулся к Мартину:

— Моя жена говорит мудро. Я не желаю, чтобы зло пришло к нам сюда, и, может быть, мы сумеем помешать ему распространиться. Хорошо, Мартин, разрешаю тебе обратиться к моим подданным. Я вижу, у тебя есть меч. У нас здесь нет ничего подобного. Пока ты живешь с нами, ты не должен носить оружие. Дай мне свой меч.

Юный воин накрыл эфес меча лапой:

— Сожалею, но я не могу исполнить твою просьбу.

Последовала неловкая пауза, глаза Уррана Во посуровели. Внезапно в спор вмешалась Арья:

— Мартин, я понимаю, что движет моим мужем, но, кажется, я понимаю также и твои чувства. Ты видел в жизни много зла и страданий. Могу я попросить тебя об одолжении? Я не требую, чтобы ты отдал свой меч Уррану. Возьми его и повесь на крючок у двери. Сделай это сам, никто не коснется твоего оружия.

Не говоря ни слова, Мартин вынул меч из ножен. Подойдя к двери, он повесил меч на торчащий из стены крючок. Мартин в который раз вспомнил отцовский меч — большой, потертый, но настоящий меч воина, который сейчас держит в лапах Бадранг. Когда-нибудь Мартин вернет его себе… Роза радостно улыбнулась ему: