Чтение онлайн

–  Его нужно убрать, - отрезал он.

–  Убрать?
– сиплым голосом удивился Спирин, что не вызвало ни малейшего замешательство у патрона.

–  Убрать, значит ликвидировать. То есть, устранить физически, - Головко уставился на Спирина как удав на жертву.

Внесудебные расправы с террористами с некоторого времени были узаконены, и выполнялись по распоряжению главы государства. Разумеется, проводились они негласно и государство своей причастности не признавало. Практика применялась на своей территории, или в мало влиятельных странах, где скандал, как бы, не имел серьезных последствий для репутации страны. Но Европа совсем иное дело. Спирин усомнился в санкции на такую операцию со стороны высшего лица, для которого такая услуга оказалась бы просто провокацией. Головко даже бы не стал покрывать Спирина, на которого и ложился весь риск.

–  Что тебя смущает? Свыше давно отдано распоряжение об уничтожении террористов, где бы они не находились.

–  И даже, когда убежище им предоставила Европа?

–  Какое имеет значение, кто им дал убежище?
– властный тон развеял надежду возражать с позиции политического скандала.

Спирин принял растерянный вид, чтобы не дразнить своего неофициального начальника как разъяренного зверя, не увидевшего знак покорности.

–  Почему эту санкцию не дает сам директор, который в свою очередь, должен получить одобрение президента?

–  Тебе он и не даст. Хотя бы потому, что не доверяет. Президент утвердил список, в него входит и Мерзоев. Но ты его не увидишь. Это не твой уровень доступа. Ты ведь раньше не получал непосредственных приказов от президента? В общем, государственные службы не должны быть к этому причастны. Пусть все выглядит так, будто это внутренние разборки преступников. Такое правило всегда срабатывает. Пусть в прессе поднимется трескотня, чем больше, тем лучше, а нам главное, чтобы не оставлять следов.

Головко снова оперся на спинку кресла, вальяжно, с видом правителя, которому не только многое как бы подвластно, но и который одаривает своим поручением подданного.

–  Директор сразу все поймет.
– Спирин все больше чувствовал в себе смелость к возражению.

–  Он будет проинформирован, в свое время.

–  Но его псы у меня на хвосте. А полномочий на эту операцию у меня нет. Меня это более всего беспокоит.

–  Мое слово - твои полномочия. У меня есть разрешение на проведение таких мероприятий. А не только у твоего непосредственного начальства. Случится внутреннее расследование, сошлешься на меня.

Дверца западни захлопнулась, понял Спирин, крыть при таких заверениях было нечем.

–  Это дело, скорее, внешней разведки, там есть для этого специалисты, - с проигрышным видом оспаривал подопечный.

–  Они могут помочь лишь информацией. Им незачем светиться. Для этого задания, другой кандидатуры, кроме тебя, у меня нет.

Его напряженный взгляд не давал много времени на раздумье.

–  Этой операцией я компрометирую директора?

–  Именно это и нужно. Удачной акции против Мерзоева будет достаточно. Президент заподозрит прежде всего Буранова.

–  Значит, президент не отдавал приказа на устранение Мерзоева?
– тихо, с острасткой высказался Спирин.

–  Я уже сказал, что Мерзоев внесен в список приговоренных террористов. Однако имеется оговорка - выполнить нужно там и тем способом, чтобы это повлекло наименьшие политические последствия. Буранов не торопится с выполнением приговора, поскольку Мерзоев - возможный компромат на нас. Нам нужно его опередить. Для этого потребуется аргумент. К примеру - предотвращение теракта с участием Мерзоева. Подумай, Николай, ты в этом деле дока.

–  Совсем не уверен, что у меня есть такие возможности, - возражал озадаченный Спирин.

Сомнительный взгляд Головко скользнул на предметы стола, а потом снова на собеседника.

–  А ты постарайся, - менторским тоном произнес он.
– Ты можешь действовать через людей Юдина. Они давно в Париже, и охотятся за этим Византом, а заодно и за бриллиантами некоего Отиса… Я в курсе дела, - добавил он уже снисходительно, но с хитрецой.

–  Значит Юдин не надежный человек, - изрек Спирин, пытаясь отшутиться.

Головко натянуто сгримасничал в сомнении.

–  Юдин надежный человек, потому что крепко запутался в своих грешках. И нити этой сети отчасти находятся в твоих руках, а отчасти - в моих, - победоносно парировал босс.

–  Но люди Юдина засветились, и перед нашей службой, и возможно, перед их полицией.

–  Верно. И мы можем использовать это в свою пользу. Эта история - мина замедленного действия, где мы должны установить время. Самого Юдина следует оставить в стороне, его связи понадобятся. Да, если начальство будет тебя тянуть за язык, по поводу этой встречи, ответишь, что по текущим делам. Вызвана она бандитскими утками в Интернете. Террористы замыслили что-то, путают нас, чтобы, где-то, где мы не ожидаем, нанести удар. В такие моменты, без консультаций невозможно обойтись.

Собственный замысел Спирина, осторожно, но настойчиво зревший в его душе, мог стать частью партии, которую разыгрывал Головко.

Утешившись этой мыслью и почувствовав азарт, он устроил разнос своим подопечным, вернувшись в кабинет на Большом Кисельном переулке, под неумолимым предлогом террористической угрозы. После чего отправился в немноголюдный бар, обдумывать свои планы.

Воленталь назначил срочную встречу в гостинице.

–  Нам предстоит вести наблюдение за Мерзоевым. По нашим данным, он сейчас здесь. Вопрос в том, зачем он приехал сюда из туманного Альбиона, где у него политическое убежище? Он финансовый эмиссар по части чеченских мятежников. Он часть сети “ Аль Кайды ”. Вывод напрашивается сам собой.

Воленталь вроде как беспомощно взглянул на Византа, но столкнулся с хладнокровным молчанием и продолжил.

–  Нам хотя бы следует раздобыть данные, чтобы убедить французскую спецслужбу подключиться к наблюдению. Франсуа, с несколькими своими агентами, и спецтехникой, нам в подмогу.