Маска
Шрифт:
***
Эберхард фон Закинген сел за стол и подозвал трактирщика:
— Кувшин вина! Лучшего!
Он пригладил волосы и зевнул. Завтра нужно будет возвращаться в Адлербург, а он так ничего и не выяснил о девчонке с хутора. Собственно, чего он ждал? Не стоило сюда ехать. Нужно выбросить малышку из головы, прежде чем она сведет его с ума. Трактирщик «Бражника» лично принес ему вино.
— Господин, мне сказали, что вы недавно спрашивали о служанке с хутора Вайгелина. Это так?
— И что с того? — Фон Закинген удивленно уставился на мужика. — Тебе какое дело?
Трактирщик пожал плечами.
— Я подумал, вам будет интересно узнать, что сегодня несколько мужчин отправились из этого трактира на хутор. Навестить ведьмочку.
Фон Закинген позабыл об усталости.
— Что это значит? Зачем?
— Доподлинно мне неизвестно, господин, — с невинным видом ответил трактирщик. — Моя служанка, Мария, слышала, как они это обсуждали. Мол, нужно остановить ведьму. Сжечь на костре. Но чего тут только не болтают, стоит только пару кружек пива выпить.
— А что было потом? — Фон Закинген вскочил.
— А потом они ушли. Больше я ничего не знаю. Наверное, расползлись по домам, спят под боком своих женушек. Таким лишь бы языком потрепать.
Фон Закинген схватил трактирщика за грудки.
— Молись, чтобы так и было. — И он бросился к двери.
Фон Закинген подгонял своих солдат, будто за ними гнался сам дьявол. Капитан и его спутники галопом неслись по дороге к Гульбену. Если бы не полная луна, заливавшая все вокруг молочным светом, это было бы самоубийством.
— Но! Но! — пришпоривал коня фон Закинген.
Что-то подсказывало ему, что трактирщик ошибался насчет этой пьяни. Они наверняка не разошлись по домам, чтобы улечься под бок женам. Вот уже несколько дней атмосфера в Урахе была тревожной и постепенно накалялась. Нужно было обратить на это внимание. На это указывали все знаки. Как он мог быть так слеп?!
Отряд вылетел из леса в открытое поле. Лошади фыркали, их тела покрылись потом от напряжения.
Издалека фон Закинген увидел зарево пожара, разгонявшее ночную тьму.
Вновь пришпорив коня, рыцарь издал боевой клич.
«Ох уж эти женщины, — подумал он. — Превращают нас в идиотов».
***
Мелисанда пригнулась и отпрыгнула в сторону. Нужно было справиться с этим противником, пока не подбежали остальные. Толстяк, которого она ранила, уже пришел в себя и готов был наброситься на нее. Девушка лихорадочно раздумывала. Если ей удастся отвлечь их, тогда она сумеет уйти. Они были пьяны и неповоротливы, к тому же никогда здесь не бывали. Мелисанде понадобится крохотное преимущество во времени, чтобы успеть спрятаться в лесу, где она знала каждый камень, каждое дерево. Где в тайнике лежали ее вещи.
Первый из троицы подбежал к ней. Лицо его казалось плоским из-за сломанного носа. Нападавший занес меч. Мелисанда отпрыгнула назад, уворачиваясь. Сбоку ее атаковал раненый толстяк, в его глазах горела ненависть. Мелисанда повернулась в другую сторону, но там стоял громила, готовый наброситься на нее с мечом. Он был не особо ловким, и только благодаря этому девушке удалось уйти от его удара. Но сейчас ее окружили.
В этот момент из леса донесся жуткий вопль — то ли рев медведя, то ли крик ястреба. Поджигатели замерли.
Не мешкая ни секунды, Мелисанда шмыгнула мимо раненого и помчалась к воротам хутора. Мужчины за ее спиной чертыхались, но девушка не оглядывалась. Петляя, она бежала по полю, скрываясь за одиноко растущими деревьями и кустами. Вдалеке она разглядела всадников, несшихся галопом от дороги на Гульбен к хутору.
Наконец Мелисанда добежала до леса. Легкие горели огнем, но теперь она была в безопасности. Спрятавшись за могучим дубом, девушка оглянулась. Пятеро мужчин преследовали ее, они уже почти добрались до кромки леса. Но поджигатели разделились, значит, они не видели, куда она скрылась.
За мужчинами гнались всадники. Кто-то проскакал по хутору, кто-то мчался к лесу. Мелисанда не поняла, хотели ли они поучаствовать в охоте на ведьм или, напротив, собирались вступить в бой с поджигателями. Да это и не имело значения.
Отвернувшись, она побежала по лесу, выставив вперед руки, чтобы защитить лицо от ударов веток. Временами девушка останавливалась и прислушивалась. Но в лесу было тихо. Добравшись до своего тайника неподалеку от ручья, она протиснулась сквозь заросли и спряталась в небольшой пещере. Поджав колени к груди, беглянка свернулась в клубочек и затихла, ожидая, пока дыхание успокоится. Ида и Герман были мертвы, на нее опять охотились, но Мелисанда не плакала. Сегодня заяц превратится в сову. Она знала, что не сможет прятаться тут долго. На рассвете ее начнут искать. Мелисанда нащупала сверток, лежавший в глубине пещеры. Хорошо, что она успела сшить мужской наряд и спрятала его здесь. Что ж, пришло время вновь превратиться в мужчину. Но не для того, чтобы прятаться или убегать. Никто больше не должен пострадать из-за нее. Она стиснула кулаки, закрыла глаза и поклялась, что сегодня бежит в последний раз. Пришло время отомстить де Брюсу.
Она выбралась из пещеры, сняла голубое платье, перевязала грудь и надела штаны и сюрко из зеленой шерсти. Хотя наряд был сшит не очень искусно, Мелисанда приобрела в нем вид зажиточного молодого человека, поскольку ткань, подаренная ей ткачом, была очень дорогой. Возможно, этот дар спасет ей жизнь.
Уложив платье и остальные пожитки в котомку, она повесила сумку писаря на пояс, а затем подрезала волосы — теперь они едва доходили ей до подбородка. Это несколько изменит форму ее лица. А капюшон из той же ткани, что и плащ-сюрко, довершит дело.
Мелисанда опять прислушалась, но ее слух не улавливал ничего, кроме журчания ручья. Она набрала воды в бурдюк и отправилась в путь.
Ройтлинген. Там она сумеет отомстить Оттмару де Брюсу. А Вендель Фюгер поможет ей заманить их общего заклятого врага в ловушку.
***
Эберхард фон Закинген смотрел на жалкий сброд, собравшийся во дворе хутора.
— Вы нарушили законы Вюртемберга. Вы преступники, сволочи, жалкое отребье! Вы подло убили трех человек. За это вас ждет смертная казнь. И я лично позабочусь о том, чтобы вас вздернули на виселице.