Маскарад
Шрифт:
– Кажись, старый добрый грабеж…
– Ага, – согласился гном, – и уже в конечной стадии.
– Поспешим же…
– А смысл Ландскнехт? – спросил Зуб. – Ты же сам сказал что нам нужно проскользнуть по этому миру как можно незаметней. Он нам чужой, так что пусть местные жители со своими заморочками разбираются сами.
– Я также сказал что нам нужна информация. Причем разбойники в отличии от добропорядочных людей в качестве языка подходят наилучшим образом. Их как ты понимаешь можно колоть без всякого стеснения.
– Тогда поспешим!
Зуб ринулся к месту происшествия, остальные за ним. Отряд залег на самом краю для короткого наблюдения. Требовалось уточнить количество противника, оценить их оружие, выучку и найти главаря. Как показывала практика, с убийством главаря банда сразу же слабела, словно вынимали стержень и разбойники, если не находилось столь же авторитетного лидера, предпочитали бежать.
На перегороженной стволом крупного дерева дороге стояли три просто громадных воза запряженных по паре волов и кибитка. На самой дороге виднелись шесть трупов, трое явно из числа охраны и столько же неудачливых разбойников. Остальная охрана по всей видимости сбежала вместе с хозяином, если он не остался в кибитке. Остальные разбойники потрошили груз по поиске ценностей. Во все стороны летели ткани, падали и рассыпались свертки с непонятным содержимым, разбойники ругались не находя желаемого.
«Знакомая картина», – усмехнулся Мартин.
Тут все зависело от того в каком качестве ехал купец. Если продавать свой основной товар на стороне, то денег при себе у него вряд ли было много и разбойники зря старались. Или купец ехал с торгов домой, прикупив товары для продажи уже на своем рынке и имея навар.
Но по мнению Флокхарта разбойники старались зря. Товара было слишком много, купца взяли в первом рейсе, так что они ничего не найдут. Он сам когда-то вот также потрошил торговые возы и знал подобную ситуацию.
Правда сим ремеслом он занимался недолго. Его с несколькими товарищами поймал отряд охотников за головами притворявшийся купеческим конвоем и не сносить бы ему головы, но граф на чей суд он попал по амулету подаренной матерью признал в нем своего незаконнорожденного сына. И вместо виселицы или рудников. Что ничуть не лучше первого варианта, сделал предложение, от которого Флокхарт не смог отказаться и стал отлавливать своих бывших коллег по преступному ремеслу.
– У меня пятнадцать, – прошептал Мартин, для надежности показывая пальцами.
Остальные закивали головами, подтверждая подсчеты командира.
– Но я не вижу главаря…
Главаря разбойников действительно выделить не представлялось возможным, ни внешне по относительному богатству одеяния, ни по поведению. Поступило несколько вариантов, но к единому мнению друзья прийти не смогли.
– Ладно… Безухий, твои те трое что с краю, подстрели их чтобы не убежали.
– Хорошо. У меня как раз всего три стрелы осталось.
– Отлично. Камень, с тебя язык.
– Без проблем, – кивнул боец и порывшись в мешочке выудил на свет довольно увесистый булыжник размером с гусиное яйцо.
– Не пришибешь? – засомневался Мартин, оценивая массу камня.
– Не боись. Главное в подобном броске помимо точности – сила метания…
– Тебе виднее… Ну что ж, остальным я думаю задачу объяснять не надо?
Улыбки показали, что нет.
– Тогда вперед!
42
Друзья в едином порыве ринулись к дороге и три раза пропела тетива лука. Три дальних разбойника рухнули в пыль. Двое замертво, а один тяжело раненый – опять подвел гоблинский лук.
Выскочив на открытый участок. Шумом привлекая внимание разбойников, замахнулся Камень и разбойник в толстой кожаной шапочке получив булыжником в лоб буквально откинулся на спину распластав руки в стороны.
Отряд Ландскнехта таким образом быстро почти сравняв количество противников с собственным числом завязал схватку.
Продлилась схватка недолго. Разбойники не являлись профессиональными фехтовальщиками и вскоре семеро из них уже валялись на земле в лужах собственной крови. Еще четверым все же удалось бежать, поняв, что их песенка спета.
– Пусть бегут, – махнул на них рукой Мартин, останавливая начавшуюся погоню.
– Но ты же сам сказал… – пробормотал Трилист.
– Я помню, что я говорил. Они знают лес лучше нашего, и в погоне у нас просто нет шансов, только время потеряем или чего еще хуже в засаду попадем.
Друзья развернулись назад и вернулись к обозу.
– Камень, спутай своего пленника. Остальным снять одежду с разбойников…
Мартин последовав собственному приказу стал стягивать, сапоги, штаны и куртку со своего противника. Одежда по покрою очень сильно отличалась от того, что он когда-либо видел в своем мире. Особенно это касалось шляп. Ему например досталась зеленая шапка с длинным острым козырьком, длиной в локоть и с маленькими полями шириной в ладонь загнутыми вверх. Выглядело это очень несуразно, точно клюв дятла. Но делать нечего и как бы смешно не выглядело, он напялил ее себе на голову.
Подхватив остальную одежду и убедившись что остальные также разобрались со своими противниками, в том числе и гном с гоблином метнулся обратно в лес.
Пленник подталкиваемый Камнем еще плохо соображая что собственно горя происходит также следовал за остальными.
– Все, думаю здесь можно передохнуть, – остановил отряд Флокхарт.
Бойцы побросали одежду. Горг ко всему прочему еще и сумку из которой вывалились сухари, вяленое мясо и какие-то овощи или фрукты, так сразу и не разберешь.
– Так я и знал, – избавившись от своей ноши проворчал Рудал. – Только не съедай все сам, с нами не забудь поделиться.
– Я не жадный, коротышка, поделюсь. Уж как ты золото заныкивать не стану…
Пленник под шум начинающейся перепалки гнома и гоблина, наконец, начал приходить в себя и попытался вырваться, но не тут-то было. Камень наградив его ударом кулака в живот отбросил пленника к дереву и сноровисто с помощью Хребта привязал к стволу.
Мартин оставив процесс переодевание на потом и согласно гномьей поговорке: куй железо пока горячо, направился к языку.