Чтение онлайн

— Начальник охраны, — произнес Тхуту, — я тебе приказываю арестовать военачальника Натхмина.

— Нет! — выдохнул Натхмин, растерявшись. — Нет, вы не можете меня арестовать! Я брат регента! Не троньте ни меня, ни моих людей!

Упомянутые люди были научены соблюдать иерархию и знали, кто обладал настоящей властью; они не двигались.

— Разоружите бывшего военачальника Нахтмина и свяжите ему руки, — приказал Тхуту.

Нахтмин пытался отбиваться. Три человека схватили его и вывернули руки за спину, потом один из них связал ему руки. Он закричал от боли. Кинжал, которым он надеялся зарезать Апихетепа и его командиров, упал на пол.

Почему он пытался убить на месте главаря заговорщиков и его единомышленников?

Апихетеп наблюдал за этой сценой в полной растерянности.

— Ты и твои командиры, бросьте свои кинжалы! — приказал Маху.

Но бывший претендент на трон Двух Земель, казалось, не понимал, что ему говорили.

— Ты хочешь, чтобы я позвал подмогу? Тогда придется тащить в Фивы раненых людей.

— Нет! — закричал Апихетеп хрипло.

Он выпустил из рук свой кинжал. Командиры колебались, потом поступили так же.

— Свяжите их, — приказал Маху.

Тхуту спустился по лестнице, и все последовали за ним.

Шесть командиров заговорщиков уже были схвачены на цокольном этаже, да еще целый отряд приспешников. В общей сложности было не тридцать заговорщиков, а сорок один, их всех удалось схватить благодаря наступлению Нахтмина. Нефербека хорошо поработал: эти люди собирались атаковать Мемфис утром.

— Отправьте их всех сначала в тюрьму Мемфиса, — приказал Тхуту. — Я сообщу, когда их надо будет перевести в Фивы.

По подсчетам самого Нахтмина, в действительности преступников было сорок один человек.

— Как тебе пришла идея проследить за нами во время атаки? — спросил Маху.

«Мудрость Хоруса», корабль Первого советника, спокойно поднимался по Великой Реке под огромным желтым парусом, раздувающимся над белым корпусом.

Двое мужчин пили пиво, глядя на ибисов, которые тоже на них смотрели, насмешливо и разумно. Сидя лицом к корме корабля, Маху не сводил глаз с обеих шедших следом лодок, в каждой из которых было приблизительно по двадцать пленников, находившихся под охраной такого же количества вооруженных стражников.

Гхуту не считал необходимым сообщать Маху обо всех причинах, заставивших его наблюдать за атакой и ради этого мучиться в душной комнате в доме одного мещанина Саисы, от которого потребовали держать язык за зубами. Будучи хорошим сыщиком и не доверяя даже военным, Маху внедрил в окружение Нахтмина своего разведчика, велев тому предупреждать его незамедлительно о любых подозрительных действиях военных, в любой час дня и ночи. Как только явился разведчик, Маху разбудил Тхуту, так как, в свою очередь, получил от него такой же приказ. Двое мужчин верхом на лошадях помчались к дому Апихетепа. Тридцать охранников устремились следом за ними, отставая на несколько минут.

Они прибыли вскоре после того, как солдаты Нахтмина вломились в дом. И как раз вовремя, чтобы спасти жизнь заговорщикам.

И чтобы узнать тайну этого заговора, а также его связь с попыткой убийства Ая.

— Возможно, Маху, мне самому неведомы все причины, по которым я выбрал эту стратегию, — пояснил Тхуту. — Но, разумеется, я был заинтригован связью между действиями Апихетепа и попыткой Сосенбаля совершить убийство, о которой мне сообщил Нефертеп. Я вспомнил о том, что Апихетеп хорошо знал Ая, — ведь именно регент пригласил его на праздник коронации. Если верить словам Нефертепа, он был даже любимцем Ая. Мне показалось, что Апихетеп мог прояснить ситуацию.

— Но что он мог сообщить? Почему Нахтмин так старался заставить Апихетепа замолчать? Почему Ай дал ему такой приказ?

Тхуту окинул начальника охраны долгим ироничным взглядом.

— Ты — умный человек, Маху. Почему задаешь мне вопросы, на которые ты, кажется, знаешь ответ?

У Маху вырвался короткий смешок.

— Потому что разоблачения Апихетепа могли скомпрометировать Ая, не правда ли?

Тхуту вздохнул.

— Первый советник, — продолжил Маху, — я прошу твоей помощи при допросе Апихетепа и его командиров. Ведь ты возглавишь чрезвычайный суд, не так ли?

Тхуту покачал головой.

— Может ли Ай помешать ведению этого процесса?

— Это то, что нам предстоит узнать, — ответил Тхуту.

— Может ли он возглавить суд?

— Нет, если только Царский совет не изменит своего решения.

— У меня голова идет кругом, ведь я приказал арестовать Нахтмина, — сказал Начальник охраны.

Тхуту улыбнулся.

— Маху, пока мы у власти, головы у нас безостановочно будут идти кругом.

Маху подумал, что однажды ему уже довелось обманывать Ая, когда тот пытался любой ценой узнать, кто был любовником царицы Меритатон. И вот он обманывает его во второй раз. И снова с благословения Амона!

Ох, уж этот старый шакал!

Выгрузка арестованных в порту Мемфиса проходила при большом скоплении народа. По внешнему виду многие из заключенных никак не напоминали обычный сброд, среди них были даже двое с величественной осанкой, хотя руки у них были связаны за спиной. Охранникам неустанно задавали один и тот же вопрос:

— Кто они?

Но те были немы, так как получили приказ молчать.

Арестанты под конвоем потянулись к тюрьме Мемфиса.

Тхуту отправился к Хоремхебу в казарму.

Военачальник принял его, оказав все подобающие почести.

— Советник, какая честь быть удостоенным твоего визита! — воскликнул он.

Он собственноручно придвинул Первому советнику кресло и по знаку Тхуту удалил помощника и писца, которые находились в зале. Первый советник сел.

— Сегодня утром я арестовал военачальника Нахтмина, — заявил он с бесстрастным выражением лица. — В этот час он находится на пути к тюрьме Мемфиса.

Выражение, которое приняло лицо Хоремхеба, в других обстоятельствах показалось бы комичным. Он достаточно долго сидел с разинутым ртом и застывшим взглядом.