Чтение онлайн

На этот вопрос проще всего было ответить утвердительно. На Омеге все следили за всеми. Или для того, чтобы поживиться, или наоборот, чтобы защитить себя. Так что, оглядевшись еще раз и не увидев ничего подозрительного, Джиллиан продолжила путь.

Хотя Джиллиан еще не знала Омегу досконально, но уже выучила, где можно купить приличной и недорогой еды. Девушка остановилась у одного из лотков с вкусными, и что немаловажно, дешевыми сосисками в тесте, и, отстояв очередь, получила свою порцию и направилась к стоявшему неподалеку столику. И тут она снова испытала это неприятное ощущение. Джиллиан быстро обернулась и встретилась глазам с мужчиной, показавшимся ей смутно знакомым. Он растворился в толпе, и Джиллиан, допуская, что ей могло просто показаться, все же решила на всякий случай держать ухо востро.

Она расправилась со своим обедом, запила его горячим чаем, купленным на соседнем лотке, и расслабилась, обняв пальцами теплую чашку. Наблюдая за проходящими людьми, Джиллиан почувствовала себя очень одинокой, впрочем, это чувство никогда не оставляло ее. Она всегда была в стороне. В академии другие дети дразнили ее, затем на «Айденне», где она была совсем одна, и теперь вот здесь, в этом опасном месте.

Хотя были и в ее жизни хорошие моменты. Когда папа навещал ее. Джиджи, так он ее ласково называл. Он был единственным, кто дал ей ласкательное имя. И, если не считать Кали, он был единственным человеком, с которым она могла спокойно разговаривать. Ее возбужденная речь перемежалась долгими паузами, когда Грейсон просто сидел рядом с ней и ждал. Он всегда так хорошо одевался для встреч с ней, но был таким худым, словно голодал.

Джиллиан подняла руку и коснулась зеленого кулона, который висел у нее на шее. Подарок от отца на окончание академии. И открытка, написанная как будто бы дрожащей рукой:

«Дорогая Джиджи! Красивая вещь для красивой девочки. С любовью, отец».

Грейсон не был ее настоящим отцом, но любил ее не меньше. И это значило многое. И поэтому она, как его настоящая дочь, хотела одного: отомстить. Проблема заключалась в том, что найти убийцу отца было очень и очень непросто.

Чай остыл, но Джиллиан уже согрелась и была готова двигаться дальше. Чувствуя в себе решимость, девушка выбросила чашку в мусорный бак и направилась к «Загробной жизни».

Ей было, чего бояться. Во-первых, что, наверное, показалось бы смешным ее товарищам по академии, Джиллиан никогда не была в ночном клубе. И, судя по репутации, «Загробная жизнь» являлась вместилищем всех тех вещей, от которых предостерегали ее Кали и Хендел. Джиллиан понятия не имела, как нужно себя вести в подобном месте. Там, как и на улицах Омеги, наверняка были какие-то свои нормы поведения, но какие?

Эта неуверенность сама по себе была ужасна. Но еще более осложняло ситуацию то, что предстояло сделать. Логика подсказывала девушке, что Т’Лоак будет буквально окружена телохранителями. Как же к ней прорваться? Эта мысль не давала Джиллиан покоя до самого входа в клуб.

Людей было очень много. Кто-то входил, кто-то выходил, кто-то просто слонялся без дела. И, как обычно на Омеге, большое скопление народа означало массу торговцев, уличных актеров и мелких воришек, хотя последних быстро опознавали и куда-то уводили телохранители Т’Лоак.

Набравшись храбрости, Джиллиан выпрямила спину и решительно шагнула ко входной двери. На ней была ее лучшая одежда: красная, до талии курточка, широкий ремень и серые брюки. Ничего похожего на наряды входящих в клуб женщин, но большего у нее не было.

По каждую сторону от двери стояло по огромному крогану. Они взглянули на Джиллиан, но не попытались остановить ее, пока она проходила через детектор оружия, направляясь на основной этаж. Танцевальная музыка била в уши, дым и запах ароматизированного табака растворялись в неясном свете.

Джиллиан остановилась, чтобы сориентироваться куда идти и что делать. В центре зала располагалась сцена, на которой под музыку двигались трое танцовщиц-азари. Они были красивы и практически обнажены. Джиллиан никогда не видела ничего подобного и застыла — восхищенная и пристыженная одновременно. Она не могла себе представить, как можно вытворять что-то подобное, и была поражена тем, что остальные посетители не обращали на танцовщиц практически никакого внимания. Более того, посетителей, казалось, интересует скорее выпивка и разговоры друг с другом, нежели то, что творилось на сцене. Кроме этих трех, были и еще танцовщицы, на платформе, закрепленной у потолка.

— Не желаете ли выпить?

Джиллиан обернулась и заметила в полуметре от себя официантку. Азари была одета в топик фосфоресцирующего цвета, короткую юбку и в тон им светящиеся зеленоватым цветом туфли на высоких каблуках. Она держала в руках поднос с двумя пустыми стаканами и выжидающе улыбалась. К своему стыду, Джиллиан не имела ни малейшего понятия о том, что ей следует делать. Обязательно ли покупать напиток? По карману ли ей это, и, если да, то что заказать?

Официантка с ободряющей улыбкой взглянула на девушку, словно бы понимая ее неловкость.

— Доводилось бывать здесь прежде?

Джиллиан покачала головой.

— Ну что ж, — сказала азари. — Может быть, безалкогольный коктейль? «Зесмини Блаш»? Смесь фруктовых соков с капелькой мяты.

— Да, благодарю вас, — Джиллиан почувствовала, как к ней возвращается голос. — И я бы хотела еще кое-чего. Мне бы хотелось встретиться с Арией Т’Лоак.

Даже если официантка и удивилась, она ничем не выдала себя.

— Ваш «Зесмини Блаш» будет готов через минуту. И я передам вашу просьбу, — и с этими словами азари удалилась.

Чтобы не стоять в толпе, Джиллиан решила пройти за ближайший свободный столик. Сидевшие рядом трое батарианцев устремили на нее взгляд двенадцати глаз, после чего вернулись к своим разговорам.

Время шло, и Джиллиан начинала чувствовать себя некомфортно, напиток ей так и не принесли, и разговаривать ей тоже было не с кем. Наконец, как ей показалось, спустя вечность, официантка вернулась.

— Ваш заказ, — сказала она и поставила перед ней высокий, наполненный янтарного цвета жидкостью, стакан, украшенный фруктовой долькой и коктейльной соломинкой. — Десять кредитов.