Чтение онлайн

Центральная рубка, на самом деле представляющая собой довольно большой зал, забитый аппаратурой и пультами управления, располагалась в самом защищенном месте супердредноута — в его центральной части, причем в специальной бронекапсуле, которая уцелеет, даже если весь остальной корабль распылит в ничто. Если честно, сомнительное решение, но так уж сделали разработчики, а Дархон расположение рубки просто скопировал.

Как выяснилось, в основном пульты управления были уже смонтированы. Причем инженер не стал даже селиться, сказав, что ему плевать. В какую каюту определят, в той и будет жить. Слишком ему не терпелось ознакомиться с возможностями знаменитого третьего супердредноута, о котором в среде кораблестроителей ходило столько самых разных легенд. Остальные вместе со с дроидами, доставляющими багаж, отправились по своим каютам, выбрав самые близкие к рубке, только военврач поселилась рядом с медсекцией, в которой на данный момент почти ничего не было, кроме четырех допотопных, с точки зрения Домогацкой, медскапсул. Получалось, что секцию придется формировать своими силами, оснащая оборудованием с корабельного кладбища. Не очень хороший выход, но другого, по всей видимости, не было.

Оказавшись к рубке, Инголин нашел инженерный пост на возвышении слева и опустился в специальное кресло, сопряженное с особыми устройствами, позволяющими включиться в полную виртуальность совместно с другими членами экипажа. Со стороны стороннего наблюдателя, не имеющего доступа к управляющим системах корабля, их действия казались чем-то непонятным. Сидящие в креслах люди зачем-то махали руками, водили ими перед собой, нажимали невидимые кнопки и крутили невидимые штурвалы. Те же, кто был включен в командную виртуальность, имели полный доступ к системам корабля, управляя ими при помощи мысленных усилий. Через импланты.

— Ну-ка, ну-ка, поглядим… — предвкушающе потер руки Инголин, подключившись и дождавшись подключения Артема с Бором. — Давайте, ребятки, сюда схему.

— Вот она, — вывел в прямой доступ конструкторские документы Дархон.

Даже ему создать чертежи в виде, принятом в давно уничтоженном институте «Новарх», оказалось далеко не просто. Ведь следовало скрыть слишком уж отличающиеся от человеческих технологии или хотя бы замаскировать их. Нельзя дать заподозрить этому несомненно талантливому инженеру о наличии хотя бы точечных двигателей, но говоря уже о гамма-пульсаторных. Да и к-поля защиты вызовут буквально шок у местных. Как и оружие. Те же бета-орудия, на расстоянии до десяти световых минут разрушающие любые межмолекулярные связи. Это значило, что после залпа любой корабль астероид или даже планета просто рассыплется в мелкую пыль. Или атрайдеры, перемещающие трехмерный объект в многомерное пространство, где он существовать в принципе не мог и мгновенно разрушался. Как и защита, создающая вокруг корабля оболочку, сдвигающую его на несколько минут в прошлое и тем самым делая его полностью неуязвимым для атак из текущего времени. Беда, что для запуска большинства этих систем требовались трансураниды в больших количествах, а их не было.

На виду Дархон оставил мезонные двигатели неизвестного здесь типа, ионники для маневровиков и гипердвигатели, позволяющие погружаться на восьмой уровень гиперпространства (на самом деле, на шестнадцатый, но об этом знал только сам искин). Бета-орудия и генераторы к-полей после недолгого размышления он тоже оставил видимыми, но указал, что требуются трансураниды, чтобы инженер сам ринулся их искать, желая опробовать новые типы оружия и защиты. Все остальное было обычным для Таоры — множество типов ракет, гиперторпеды, ионные, мезонные и гиперорудия. Но при этом намного превышающие по мощности и дальности ведения огня все известные модели.

— Ох ты ж, мать моя женщина… — выдохнул минут через десять Кирилл Владимирович. — Да это ж… Да как же ж… Да в «Новархе» гении сидели… Понятно, почему их полностью зачистили…

Он ошарашенно помотал головой, пытаясь осознать увиденное. Этот корабль, невзирая на то, что ему было куда больше ста лет, на порядок превышал по своим возможностям самые современные. Многие из примененных на нем инженерных решений настолько выбивались из привычной канвы, что Инголин даже не сразу сообразил, что это такое и для чего нужно. А когда сообразил, то покрылся холодным потом. Одновременно что-то не давало инженеру покоя, какое-то несоответствие. Но какое именно? Некоторое подумав, он понял: несовместимость использованных технологий, от допотопных до намного превышающих нынешний уровень развития, словно в одну повозку запрягли, как в басне Крылова, лебедя, рака и щуку. Вот только здесь эти трое дружно тянули в одном направлении. Что же все это значит?

Вскоре подошел Леонид Петрович и поспешил к главному пульту, напрямую подключился к нему и принялся изучать возможности корабля. Через некоторое время он отпустил соленое словцо, а еще через пару минут выдал малый боцманский загиб во всей его красоте. Затем повернулся к остальным, его волосы стояли дыбом, глаза округлились, руки подрагивали.

— Такого не бывает! — рявкнул старый пилот. — Это какие-то сказки! Такого просто не бывает!

— Бывает, как видите, Леонид Петрович, — с трудом сдержал смех Артем, прекрасно знаю, что инструктору показали едва ли четверть возможностей корабля. — Сможете пилотировать?

— Смогу, конечно, — немного успокоился старый пилот.

Еще через некоторое время подошли щитовик и канонир, сели за свои пульты и вскоре тоже принялись материться. Моисей Соломонович даже в сердцах стукнул себя кулаком по колену, затем растрепал свои кучерявые волосы, превратив их в воронье гнездо. Михаил Иванович был поспокойнее, однако ставшие почти круглыми глаза корейца все говорили о его душевном состоянии.

— Я никогда не работал с полями такого типа, — наконец взял себя в руки щитовик. — Генераторы втрое, а то вчетверо превышают по мощности самые совершенные из известных мне. И поля конфигурируются очень странно, мне, чтобы добиться наибольшей эффективности защиты, придется очень хорошо считать. Дархон, вы поможете с расчетами?

— Конечно, Моисей Соломонович, — уважительно ответил искин. — Но есть одна проблема.

— Какая?

— Для работы генераторов защиты этого типа требуются трансураниды, как, впрочем, и для и для бета-орудий. На борту имеется минимальный запас, приобрести их в системе практически невозможно, мы проверили. А без достаточного запаса мы будем малобоеспособны.

— На закрытом кладбище есть несколько кораблей, где можно позаимствовать достаточно много разных трансуранидов, — вмешался инженер. — Кстати, Дархон, я так и не понял, какой тип реактора здесь используется. И достаточна ли его мощность для полного энергообеспечения корабля.

— Так называемый мю-генератор, — ответил искин и назвал цифру выдаваемой мощности, отчего Кирил Владимирович только задумчиво хмыкнул. — Насколько мне известно, он демонтирован с найденного поисковиками института древнего корабля неизвестной расы. Рабочее тело — дарсаний, последний из известных периодических элементов, если судить по их таблице. Сейчас на борту имеется запас, достаточный для шестнадцати лет автономного существования корабля. При активном перемещении при помощи гипердвигателей срок уменьшается пропорционально времени, проведенного кораблем в гиперпространстве.

— Да уж… — покрутил головой инженер. — Нет, это все-таки глупость, ставить вместо привычных реакторов, пусть даже менее мощных, непонятное нечто, снятое с инопланетного корабля…

— Возможно, мне неизвестны причины принятия такого решения, — безразлично отозвался искин. — Однако менять реактор сейчас нецелесообразно, это увеличит срок ремонта корабля втрое. Сбросить реактор можно легко, он находится во внешней бронекапсуле, однако смонтировать новый будет очень трудно, для достижения необходимой мощности потребуется, как минимум, шесть реакторов марки «ТКН-9023», самых мощных в империи на данный момент.